Последний элемент
Шрифт:
И, не дав Джулии ни о чем спросить, выбежал из комнаты.
Вот тут-то Джулия наконец всерьез задумалась о том, что психическое здоровье Виктора пошатнулось из-за напряжения и переживаний, которые выпали на их долю за последние десять месяцев.
Пока Джулия и Боско бежали по пустынным улицам Нью-Джерси, в сотнях километрах от них происходил разговор, который касался их напрямую.
Учитель появился, как всегда, без предупреждения, окутанный розоватой дымкой. В его присутствии А неизменно охватывал внезапный иррациональный ужас. Как у животного, которое понимает, что надвигается опасность, и чувствует себя загнанным в угол. Почему так случалось, А не знал. Но интуитивно чувствовал угрозу, а интуиция гораздо важнее знания.
Хакер отвесил полагавшийся при встрече с Учителем поклон и замер, выжидая, пока тот к нему обратится.
Голос гостя грозно загремел в зале, уставленном компьютерами:
— Я дал тебе все, а ты вместо благодарности испытываешь мое терпение! Ты ввязался в личную войну с Боско. Непонятно зачем, просто чтобы потешить свое самолюбие. Тем самым ты поставил под удар наше братство, проявил неуважение ко мне, а этого я никому не прощаю. По твоей милости никто из алхимиков не может чувствовать себя в безопасности. Ты ненадежен. Почему ты так себя повел?
А ничего не понял, хотя у него и были смутные догадки, почему Учитель так зол. Но находиться в неведении было куда тяжелее, чем знать наверняка.
— По необходимости, — уклончиво ответил он.
— По необходимости?! Да у тебя было столько денег, сколько никому и не снилось! Ты мог иметь все, что только пожелаешь.
— Мне нужна была нежность… Чтобы меня любили. Ты отнял у меня родителей, запретил иметь семейное счастье. Поэтому я живу в виртуальном мире в окружении бездушных машин. Вся моя жизнь — цепь обманов и выдумок. Что случилось с моими родителями? Я все время искал их. Но они как сквозь землю провалились.
— Ты знаешь правила. Нельзя допускать утечки информации, которая может навести на наш след. Мне тебя жаль!
Для Альфреда эти слова были не просто унижением. Они пронзили его душу; все его прошлое, сама жизнь и все, во что он до сих пор верил, было вмиг уничтожено. Слова Учителя как бритва кромсали его мозг, лишая возможности мыслить и принимать взвешенные решения.
Нетвердым шагом, задыхаясь от ярости, хакер направился к таинственному гостю. Гнев и страх раздирали его существо, вытесняя остатки здравомыслия.
Он так давно ждал этой минуты…
— Я должен знать правду! Я алхимик! Я в числе избранных! Что ты сделал с моими родителями? — крикнул А, глядя в лицо пришельцу.
На сей раз голос Учителя прозвучал глухо и бесстрастно, в нем не было человеческих чувств:
— Ты был слишком важен для меня. Пришлось обрубить концы. Твои родители не мучились.
— Ты хочешь сказать, что убил их? — А изо всех сил швырнул во врага компьютерный монитор, но монитор грохнулся на пол, чуть-чуть не долетев до его груди. — Я искал, где только мог, нашел даже дату моего рождения. Ты сменил мне имя. Мое настоящее имя — Александр Колмогоров. Но я нигде не нашел следов моих родственников. Даже самых дальних.
— Александр, я знал, что ты ищешь родных… — голос пришельца вдруг зазвучал удивительно мягко, но это пугало и настораживало гораздо больше, чем яростные вопли. — Я всегда знал, что ты это сделаешь. Мне ничего не стоило указать в метрике неправильную дату твоего рождения и подделать еще кое-какие сведения. Но я надеялся на твой разум, хотя в глубине души всегда опасался, что ты меня предашь. Ты слабый человек. Чересчур беспокойный и непредсказуемый.
Хакер сжал кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони. Однако боль была не только физической.
— Ты, может, и вправду самый умный человек из всех, кто когда-либо жил на земле, но ты автомат, не умеющий любить! — воскликнул А к великому удивлению Учителя и заметался по комнате как одержимый, молотя кулаками, пиная и швыряя на пол компьютеры, мониторы, принтеры и модемы, громя все, что попадалось ему под руку. Пытаясь зачеркнуть свою жизнь одним росчерком пера.
Потом вдруг остановился и в ужасе посмотрел на свою правую руку. Вместо руки была какая-то жуткая мешанина из мяса, крови, костей. Какая-то невидимая сила смяла ее, как жалкий клочок бумаги.
Учитель смотрел на эту сцену отсутствующим взглядом.
— Александр, ты плохо меня знаешь. Хотя не могу сказать, что я об этом сожалею, ведь это неправда.
Тут А заметил, что фаланга одного из пальцев на его левой руке сама собой начинает двигаться, выворачивается из сустава и отрывается.
Тело пронзила невыносимая боль. Но это было только начало.
Учитель приблизился. Голова его была надменно поднята, в голосе слышался нечеловеческий холод:
— Теперь то же самое произойдет с костями твоих ног, с плечевыми суставами. Но не волнуйся: когда дело дойдет до внутренних органов, ты будешь уже мертв.
Хакер А уже несколько минут не громил свою лабораторию. Просто больше не мог. Свернувшись калачиком, он лежал в углу, закрыв голову руками. В полуобморочном состоянии, задыхаясь от слез, он бросил последний взгляд, исполненный ненависти и презрения, на того, кто столько лет заменял ему отца.
Последняя мысль юноши была о Джулии, и легкая улыбка озарила его измученное лицо.
Увидев, что А улыбается, убийца изумился.
— Надо же! Я думал, ты в последний момент будешь рыдать и молить о пощаде. А такой реакции, конечно, не предвидел. Да, чем старше я становлюсь, тем отчетливее понимаю, что человек — это уравнение, которое решить в принципе невозможно, — негромко промолвил он.
И исчезая в таинственной красноватой дымке, которая обычно предваряла его появление, подумал: «Пожалуй, мальчишка был отважнее, чем мне казалось. Хотя все равно заслуживал смерти. Он знал об опасности, знал о своих обязанностях. Но ему захотелось поиграть с людишками, а ведь только Я могу играть с ними в кости!»
Когда последние клубы красноватого дыма рассеялись, превратившись в воспоминание, в зале валялись лишь разбитые мониторы, искореженные железки, разбросанная еда, сломанная мебель и странное бесформенное месиво в углу. То, что осталось от человека, который был при жизни гораздо человечнее, чем казалось ему самому.