Посланец
Шрифт:
– Нефтис, сообщи Смертоносцу-Повелителю о моем возвращении, – попросил Найл, когда они уже подъезжали к дому. – Я хочу встретиться с ним сегодня же.
– Сперва вас должен осмотреть Симеон, господин мой, – ответила стражница.
– Одно другому не мешает, – пожал плечами правитель.
Служанки встретили возвращение хозяина с искренним восторгом, дворец мгновенно наполнился радостной суетой. Минут через десять уже был накрыт богатый стол, Джарита приготовила свежую тунику и новые сандалии.
С одеждой получилось неудачно – старая туника присохла к ранам на спине. Между тем вид прозрачного бульона с тонкими, нежными, снежно-белыми прядями мяса листорезки, запеченных мух и жаркого из цикады, а также пирога с яблоками сделал свое дело, и Посланник Богини устремился за стол, отложив купание и смену одежд на потом.
– Только, главное, не увлекайся, – посоветовал вошедший в столовую Симеон.
– Ты уже здесь? – удивился Найл.
– Был поблизости, – усмехнулся медик, усаживаясь без приглашения, и сразу потянулся к графину с вином. – Наша прекрасная принцесса настолько заинтересовалась возрождением народа, что даже предлагает свою стражу детскому острову. А еще хочет обеспечить нас самыми лучшими продуктами. Дескать, пока Посланника Богини нет, то его стражниц можно в поля послать…
– Хотела, чтобы в городе, кроме ее гвардейцев, никаких других сил не оставалось, – сообразил Найл. – А со смертоносцами рассчитывала договориться…
– Ну это-то с первого дня ясно было, – расхохотался Симеон, налив себе полный бокал и опрокинув его в рот. – А вот едой-то все одно она город обеспечивает, да строительством, да еще за порядком приглядывает. Так что придется тебе, братец, ее простить. Кто еще будет этим заниматься? А я, грешным делом, решил, что уже все – она теперь правительница.
Найл, как раз разломавший муху и впившийся зубами в горячее мясо, вместо ответа только покачал головой.
– И сам вижу, что ты вернулся, – кивнул медик и опрокинул в рот еще вина. – Так что не вышло.
– Ты не понял, – поправил его Найл, прожевавший свой кусок. – Похоже, скоро здесь появятся совсем другие правители.
– Ладно, – отмахнулся Симеон, выпив третий бокал. – Потом поговорим. Показывай, что там у тебя с рукою.
– С рукой все в порядке… – Найл торопливо доел муху и встал. – Просто мне тунику не снять.
Правитель встал и повернулся к медику спиной. Симеон изумленно присвистнул:
– Тут придется изрядно поработать. Где тебя можно уложить?
– В спальне…
– Да нет, уложить тебя надо на стол. – И Симеон громко позвал: – Джарита! Иди сюда! Мне нужны стол, пара простыней и много горячей воды.
– Если мой господин уже поел, я могу все отсюда унести, – с поклоном сообщила служанка.
– Уноси, милая, уноси, – благосклонно кивнул медик. – Но графинчик я пока придержу.
Пока Джарита с помощницами расчищала стол, Симеон выпил еще полбокала, поставил почти опустевший графин на подоконник и начал колдовать над принесенным служанками чаном с горячей водой.
Следующие полчаса раем Посланнику Богини не показались: он лежал набитым брюшком на жестких досках стола, а медик прикладывал к спине горячие простыни, вымоченные в каком-то горько пахнущем отваре. Симеон вдохновенно мурлыкал себе под нос неторопливую мелодию и менял простыни, лишь только они начинали остывать.
Хлопнула дверь в столовую, склонилась в поклоне Нефтис:
– Вас желает посетить Дравиг, господин мой.
Правитель было дернулся, но медик, даром что тощий и хлипкий, с силой прижал его к столу:
– И не думай. Только-только корка отмокать начала!
– Но мне нужно… – попытался выбраться из-под руки Найл, однако медик добычи не выпустил.
– Я лучше знаю, чего тебе нужно. Подождет восьмилапый часок, они к этому делу привычные.
– Дай я ему хоть пару слов скажу! – взмолился правитель города.
– Скажи, – не стал спорить Симеон и повернулся к начальнице стражи: – Давай, Нефтис, зови его сюда.
– Да ты чего, – заерзал Найл. – Как я могу принять его в таком виде?
– Можешь при-ни-мать, а можешь не при-ни-мать, – опять замурлыкал медик, меняя очередную простыню. – Но пока я не закончу, никуда тебя не отпущу.
– Тиран, – вздохнул, сдаваясь, Найл.
– И это-о, разве это-о бла-го-да-а-а-а-рность! – Симеон накрыл пациента влажной обжигающей тканью.
Дравиг вошел в сопровождении двух молоденьких смертоносцев, опустился в ритуальном приветствии. Только тут до Найла дошло.
– Так ты жив?!
Вырвавшиеся у Найла слова сопровождались столь же спонтанной и эмоциональной мыслью, в которой удивление густо смешалось с искренней радостью.
– Да.
Сознание старого паука переполняло чувство, которое можно было смело назвать стыдом. Начальник охраны Смертоносца-Повелителя переживал из-за того, что бежал, а не кинулся спасать Посланника Богини.
– Оставь. – Правитель послал успокаивающий импульс. – Там требовалось немало мужества даже для того, чтобы просто выжить. Как тебе это удалось?
Дравиг выстрелил картинкой, и Найл опять увидел поле боя, на этот раз с огромной высоты.
Он пятился вверх по отвесной стене. Выставив длинные копья, захватчики в сверкающих шлемах разгонялись на своих «конях», но, приближаясь, двигались все медленнее и медленнее, завязая в стене ВУРа – взаимоусиливающего резонанса. Неподалеку столь же успешно держался еще один отряд смертоносцев. Вражеские арбалетчики остались далеко-далеко внизу, напоминая беспорядочной суетой новорожденных мошек, и сломить выстроенную объединенными сознаниями преграду здесь ничто не могло.
Однако Дравиг, едва начавший приходить в себя после столь страшного и стремительного разгрома, сопровождаемого к тому же сильнейшим болевым шоком, торопил пауков, стремясь уйти, пока пришельцы не успели сотворить еще какую-нибудь мерзость.
Скоро смертоносцы перевалили со стены на каменистую равнину плоскогорья. Почти все захватчики отстали, а пару чересчур увлекшихся преследователей пауки раздавили между отрядами и мгновенно разорвали на куски.
Из подзаправившихся бойцов Дравиг организовал группу прикрытия, а всех остальных бегом повел к крепости. Там отступающие успешно спустились, командир развернул их в цепь («как при облаве на людей», – промелькнуло в сознании смертоносца) и прочесал оазис вокруг озера, сметя все живое.