Пономарь
Шрифт:
– Это надолго?
– Нет. Час, полтора… – Прикинул Синельников.
– Пятнадцать минут. Ладно? Мне доработать надо.
Милиционеры ждали в машине, а целитель опять проводил массовый сеанс.
3.
– Где-то я его видел…
Игорь Сергеевич вглядывался в лицо покойника.
– Точно! – Вспомнил Дарофеев – Он хотел нас с братом подвезти, когда мы за Светой ехали!
– Да, тогда его и взяли.
Синельников стоял по другую сторону операционного стола и рассматривал крупные стежки шва, шедшего от горла до лобка трупа.
– Этот же тип и организовал похищение Лизы. – Неожиданно сказал Игорь Сергеевич.
– Да, – Удивился капитан. А ты откуда знаешь? Вычислил?..
– Нет, как-то само пришло. У меня такое бывает. Спонтанное ясновидение.
– А-а-а. А от чего он умер, определить сможешь?
– Попробую. Но для этого не надо было привозить меня сюда. Целитель по специфике своей работы редко сталкивался с трупами вплотную. Одно дело – работа с нематериальной душой, и совсем по-другому чувствуешь себя, когда перед тобою во плоти мертвое тело.
Дарофеев чувствовал запах формалина, свежей крови, да и дух покойного отошел еще недалеко. Все это подавляюще действовало на экстрасенса который предпочел бы работать в более спокойной атмосфере.
– Я думал, тут тебе будет легче… – Оправдывался Синельников. – Но если это место не подходит, найдем тебе другой кабинет.
– Да, пожалуй лучше уйти. Тут слишком много мертвой энергетики. Сбивает.
Предложенное Николаем Николаевичем помещение было до потолка забито парой десятков мешков, издававших странный прелый запах.
– Мак. – Пояснил капитан. – Вчера коллеги изъяли. Не успели пока уничтожить. Мешать не будут?
– Да, нет…
Расслабив мышцы, Дарофеев перешел на экстрасенсорный уровень восприятия. Опыт непосредственного общения с духами у Игоря Сергеевича был, и он, настроившись на вибрации нижнего астрального уровня, вызвал Нияму. Тот вышел на контакт почти сразу.
– Кто ты? Назовись, пожалуйста!
– Я – Ниязов Михаил Рашидович по прозвищу Нияма.
– Скажи, пожалуйста, Нияма, расскажешь ли ты то, что меня интересует?
– Да.
– Скажи, ты умер своей смертью?
– Нет. Меня убили.
– Можешь сказать мне кто?
Образ бандита заколыхался перед внутренним взором Дарофеева.
– Его зовут Гнус.
– Можешь ли ты назвать мне его настоящее имя и кто он?
– Я хочу сказать, но ОН мне это запретил.
– Можешь ли ты преодолеть этот запрет?
– Нет.
– В моих ли силах оградить тебя от кары, следующей за нарушением запрета?
– Нет. И не пытайся. Этот человек пока что гораздо сильнее тебя.
– Он живет в Москве?
– Открыть тебе это я не могу.
– А может ли кто-нибудь из духов предоставить мне эту информацию?
– Да. Но не сейчас.
– Когда? Кто?
– К тому времени ты сам все узнаешь.
– Хорошо. Можешь ли ты сказать, как тебя убили?
– Гнус эфирно воздействовал на пять точек смерти.
– Спасибо, Нияма. Не хочешь ли ты сам сказать мне что-нибудь?
– Готовься к потрясениям. Твои испытания не закончены.
– Спасибо.
– И еще. Твой враг вскоре наберет столько отрицательной кармы, что она перекроет его прошлые заслуги и он станет доступен для твоего видения.
– Значит, это он, прикрывающийся черной дырой?
Дух Ниямы больше не отвечал.
– Спасибо. – Повторил Дарофеев в пустоту.
Повторив Синельникову разговор с духом, Игорь Сергеевич засобирался домой.
– Тебя не выпустят. Зайдем ко мне в кабинет, я тебе пропуск отмечу…
Но в кабинете их поджидал сияющий Дроздов.
– Ну, Игорь Сергеевич, – Улыбнулся милиционер, – С женой не хотите повидаться?
– Ее освободили?!
Дарофеев подался вперед.
– Пока нет. Но мы знаем где она. Сейчас выезжает группа захвата. Можно к ней присоединиться.
– Что случилось? Спросил Николай Николаевич.
– Наблюдатель на Металлургов сообщил, что в эту квартиру внесли большой чемодан. Потом в окне он мельком видел женщину, похожую по описанию на Дарофееву, и двоих охранников.
Целитель поглядел на часы. Пол третьего.
“Это даже лучше, – Подумал Игорь Сергеевич, Что Лизу освободит милиция. Меньше буду должен мафии.”
4.
На балконе четвертого этажа сидел мужчина и читал книгу. Он внимательно провожал глазами каждого, проходящего мимо подъезда и время от времени поглядывал за балконную дверь. – Охранник.
Синельников указал на сидящего.
– А он не заметит? – Забеспокоился Дарофеев.
– Ребята – профессионалы. Они по крыше пройдут.
Николай Николаевич и Игорь Сергеевич сидели в “жигуленке” около дома, где находилась похищенная женщина, и ждали окончания операции.
До начала захвата, экстрасенс, по просьбе Дроздова обследовал квартиру. Сконцентрироваться было трудно, мешали проезжающие машины, какой-то любитель “хэви металл” выставил на окно колонку.
Но медитация прошла гладко, и теперь оперативники точно знали, что захватить им надо только двоих бандитов. Боевики были вооружены, Игорь Сергеевич разглядел у обоих по автомату, в комнатах были еще несколько гранат и парабеллум. На балконе пятого этажа появился человек. Дарофеев узнал одного из ехавших с ними спецназовцев.
Он привязал к перилам балкона веревку, осторожно глянул вниз, уточняя расположение бандита.
Через минуту или две очевидно наступил момент атаки. Парень вскочил на перила, повернулся лицом к дому и, держась за веревку, прыгнул вниз.
Несмотря на внезапность, охранник все же успел среагировать. Он начал вставать, правая рука его потянулась за пазуху, но ноги спецназовца ударили его в грудь. Бандит проломил своим телом балконную дверь и скрылся из виду. Оперативник кинулся вслед.
Еще через минуту ожила рация.