Пономарь
Шрифт:
Несколько дней я ничего не знал. Но потом она позвонила. Сказала, что убежала от того человека и слоняется по Москве. Я звал ее домой, но она крикнула, что ненавидит меня. Это было очень странно. Раньше она просто не умела ненавидеть. Потом я встретил ее дома, когда она забирала свои вещи. И все повторилось. Слезы, крики отвращения. Я ничего не понимал. И вот на днях, произошло это.
Я... В общем, мне было нехорошо, мою дверь взорвали, и ко мне должны были прийти ремонтники. Стекла вставить. Меня сопровождал Костя, брат. Я попросил его купить молока. Он ушел, и появилась она. Света.
На этот раз она была неестественно ласковой. Она такой никогда не бывала. Она кинулась меня обнимать. Говорила, что хочет заменить мне Лизу. Лиза – моя жена. Она недавно умерла...
И я вдруг понимаю, что она имеет в виду... Пока Света на мне висела, она умудрилась расстегнуть мне брюки! Я оттолкнул ее. Она упала на диван и опять закричала, что ненавидит. В дверь заглянул рабочий. Она крикнула что-то про насилие и убежала. Вот, собственно, и все...
– Да, грустная повесть... – промолвил следователь:
– А вы не помните, что дословно она сказала перед уходом?
– Э-э-э... “Он хотел меня изнасиловать.”
– Что ж, спасибо. Теперь мне все ясно, кроме двух моментов. Первое. Что послужило причиной такой нелюбви к вам, что девушка решилась на прямой подлог? И второе. Генетический анализ спермы, которую у нее обнаружили, говорит, что она принадлежит ее прямому родственнику. Но полового контакта с ним у нее не было.
– Странно. – Пожал плечами Игорь Сергеевич. – После гибели Лизы у меня был только один контакт. Да и то, это был лечебный процесс.
– Лечебный?
– Да, один мой друг познакомил меня с тантристами. А у них почти все ритуалы предполагают сексуальный контакт.
– Вы можете направить ко мне этих людей?
– Конечно.
– Тогда, на сегодня все.
– Как? – Привстал Дарофеев. – Разве вы не понимаете, что я не преступник?
– Не волнуйтесь, это-то я вижу. Ваше присутствие необходимо для закрытия дела и ознакомления с его материалами. А так – вы свободны. Видите, я полностью доверяю вам. Даже не беру подписку о невыезде. И пригласите вашего брата.
Пока Константин давал показания, Игорь Сергеевич и Дроздов решили съездить в подвальчик к тантристам.
Целитель без труда нашел дом, в котором он бывал, и они спустились по ступенькам. Дверь была заперта на висячий замок, но из-за нее доносился странный гнилостный запах.
– Трупом пахнет. – Определил Петр Никитович. – Надо вызывать бригаду.
Прибывший наряд милиции взломал хлипкую преграду. Включив в зале свет, они увидели страшное зрелище. По всему помещению лежали тела погибших. Валялись стреляные гильзы.
Алтарь, на котором когда-то лежал Игорь Сергеевич, тоже был изрешечен пулями. Множество следов от выстрелов виднелось и по стенам.
Медэксперт попросил подмогу и начал осмотр трупов.
Дарофеев прошелся по помещению, несмотря на недовольные взгляды милиционеров. Он пытался найти девушку, которая тогда спасла его. Ее тело оказалось в самой большой куче, у стены с мандалами. За последние дни целитель видел немало лиц мертвых людей, но это ошеломило его своим неземным спокойствием.
Несмотря на смерть, взгляд девушки сохранял просветленность. И экстрасенс смог оторваться от созерцания лишь когда подошедший к телу медик прикрыл ей глаза.
Внезапно в помещении резко посветлело. Появился человек с видеокамерой на плече. За ним шла девушка, держащая ртутную лампу.
– “Криминальные новости.” Что здесь произошло?
Одному из оперативников дали микрофон.
– По нашим сведениям, – Подобравшись, говорил милиционер. – Здесь находилось молитвенное помещение одной из сект. На него было произведено нападение, в результате которого погибли двенадцать сектантов. Нападавшие использовали автоматическое оружие. Причины этого массового убийства неясны, но можно предположить…
Не обращая внимания на телевизионщиков, Игорь Сергеевич все еще смотрел в лицо девушки. Внезапно он понял, что плачет. Слезы медленно стекали по щекам целителя, падали в лужицу запекшейся крови.
Впервые Дарофееву было жалко убитого человека. Но жалость вызывал не сам факт гибели, а то, что в этой незнакомой тантристке, целитель вдруг увидел свой идеал женщины. Тот образ, который он хотел сделать из Лизы, но у него не получилось.
И сейчас, разглядывая черты убитой, Игорь Сергеевич скорбел о том, что ему не удалось познакомиться с ней ближе. Не довелось поговорить, поделиться своими знаниями, опытом, самому почерпнуть что-то новое.
За душу убитой целитель был спокоен. Но это тело могло бы еще жить...
Снимая общий план, оператор остановил объектив камеры на Игоре Сергеевиче. К целителю тут же подошла девушка с микрофоном:
– Господин Дарофеев, в последнее время вы оказались в самой гуще криминальной жизни Москвы. Можете ли вы что-нибудь сказать по поводу вашего присутствия здесь?
Игорь Сергеевич поднял глаза.
– Уйдите. – Тихо сказал он. – Пожалуйста.
К бригаде телевизионщиков подбежал капитан Дроздов:
– Кто здесь главный?
– Ну, я. – Отозвалась девушка.
– Я из ОБОП. – И Петр Никитович показал репортеру удостоверение. – Вы обязаны вырезать все кадры, в которых присутствует этот человек.
Девушка попыталась что-то возразить, но Дроздов прервал ее:
– Это закрытая оперативная информация.
– Пожалуйста. – Пожала плечами репортер. – Господин Дарофеев, отойдите, пожалуйста. Оператору надо сделать еще один общий план.
Когда телебригада наконец ушла, Игорь Сергеевич поблагодарил Дроздова.