Чтение онлайн

— А как скоро ты это узнаешь?

— Один из моих людей после полудня должен вернуться с докладом.

Амплиат кивнул.

— Ну что ж, почтеннейшие, если вас интересует мое мнение, я бы сказал, что мы должны помочь акварию всем, что в наших силах. Никто не скажет, что древняя колония Помпеи осталась глуха к воззванию, исходящему от императора. А кроме того, у меня в Мизенах рыбные садки, поглощающие воду в таких же количествах, в каких Бриттий поглощает вино. Я желаю, чтобы акведук заработал как можно скорее. Итак, что скажете?

Магистраты неуверенно переглянулись. В конце концов Попидий сказал:

— Возможно, мы чересчур поторопились... Один лишь Куспий рискнул выказать неповиновение.

— А я по-прежнему думаю, что этим должна заниматься Нола...

— Тогда решено, — оборвал его Амплиат. — Марк Аттилий, я могу предоставить тебе все, что нужно для твоей работы. Только будь так любезен, подожди немного снаружи.

Он обернулся и крикнул управителю:

— Скутарий! Принеси акварию его сандалии! Остальные присутствующие не сказали Аттилиюни слова, и вообще старались на него не смотреть. Они напоминали сейчас непослушных мальчишек, которых их наставник застал за дракой.

Инженер забрал свои сандалии и вышел через тепидариум в полутемный коридор. Занавески за ним быстро задернулись. Аттилий прислонился к стене, чтобы обуться — и попытаться послушать, о чем же там будет идти речь, но так ничего и не услышал. Со стороны атриума послышался всплеск, как будто кто-то нырнул в бассейн. Это напомнило Аттилию, что в доме по случаю праздничного дня полно народу. Его могли поймать за подслушиванием, и акварий решил не рисковать. Он отдернул вторую штору и вышел в залитый солнцем атриум. Вода в бассейне, потревоженная ныряльщиком, все еще слегка колыхалась. Жены магистратов продолжали сплетничать, но теперь к ним присоединилась немодно одетая женщина средних лет. Она скромно сидела в сторонке, сложив руки на коленях. Мимо них прошли двое рабов с подносами, заставленными тарелками. Откуда-то пахло едой. В доме явно шли приготовления к пиршеству.

Тут Аттилий краем глаза заметил какое-то темное пятно под водой. Мгновение спустя пловец вынырнул на поверхность, и у аквария вырвалось:

— Корелия Амплиата!

Девушка его не услышала. Она встряхнула головой, откинула черные волосы с глаз и собрала их на затылке. Корелия, не зная, что за ней наблюдают, запрокинула голову и подставила бледное лицо солнцу.

— Корелия! — шепотом позвал инженер, не желая привлекать внимание прочих женщин, и на этот раз девушка обернулась. Ей потребовалось несколь-ко мгновений, чтобы разглядеть его — мешало светящее в глаза солнце, — но как только Корелия его увидела, она тут же направилась в его сторону. Девушка была одета в сорочку из тонкой ткани, длиной по колено. Выходя из бассейна, она прикрыла одной рукой грудь, другой — низ живота, словно Венера, поднимающаяся из волн. Аттилий же прошел сквозь таблиниум, мимо погребальных масок клана Попидиев; изображения мертвых были соединены между собою красными лентами, показывающими, кто с кем состоит в родстве. Паутина власти, тянущаяся через поколения.

— Акварий, — прошипела Корелия, — тебе нельзя здесь находиться!

Она поднялась на ступеньки, ведущие в бассейн.

— Уходи сейчас же! Мой отец здесь, и если он увидит тебя...

— Поздно. Мы уже встретились.

Но все-таки Аттилий немного отступил, так, чтобы не попадаться на глаза женщинам, сидящим на другом краю бассейна. Он подумал, что ему следует отвернуться, что вежливость этого требует — но не мог оторвать взгляда от девушки.

— Что ты здесь делаешь?

— Что я здесь делаю? — Корелия посмотрела на него, как на полного недоумка. — А где мне еще быть? Этот дом принадлежит моему отцу.

До Аттилия сперва не дошло, что она имеет в виду.

— Но мне сказали, что тут живет Луций Попидий...

— Да, живет.

— Но... — пробормотал сбитый с толку Аттилий.

— Мы должны пожениться, — спокойно произ-несла Корелия и пожала плечами, и в этом движении было столько безнадежности и тоски, что внезапно Аттилий все понял: и внезапное появление Амплиата во внутренних покоях, и то почтение, которое выказывал ему Попидий, и готовность, с которой остальные чиновники подчинились бывшему рабу. Амплиату как-то удалось перекупить крышу над головой у Попидия, и теперь он вознамерился на полную катушку использовать свое право собственности, выдав дочь за своего бывшего хозяина. При мысли о том, что этот стареющий повеса будет делить ложе с Корелией, Аттилия охватил гнев — хоть он и старался убедить себя, что это не его дело.

— Но ведь Попидий уже немолод. Он наверняка женат.

— Был. Его вынудили развестись.

— И что же Попидий думает по поводу этого соглашения?

— Он, конечно же, в точности, как и ты, думает, что это недостойно — брать в жены женщину, которая настолько ниже его по происхождению.

Аттилий заметил, что на глазах у девушки заблестели слезы.

— Вовсе нет, Корелия, — быстро произнес он. — Напротив. Я бы сказал, что ты выше сотни таких, как Попидий. Выше тысячи.

— Я ненавижу его, — сказала девушка. Но Аттилий так и не понял, кого же она имеет в виду, Попидия или своего отца.

Из коридора послышались быстрые шаги и голос Амплиата:

— Акварий! Корелия вздрогнула.

— Уходи, умоляю тебя! Ты хороший человек, тывчера пытался помочь мне. Не позволяй, чтобы он поймал тебя в ловушку, как поймал всех нас!

— Я — свободнорожденный римский гражданин, — холодно произнес Аттилий. — Я служу императору и нахожусь здесь по официальному делу, связанному с починкой императорского акведука. Я не какой-нибудь раб, чтобы скармливать меня муренам. И, если уж на то пошло, не старуха, чтобы избивать меня до полусмерти.

Теперь пришла очередь Корелии изумляться. Она прикрыла рот ладонью. — Ата?

— Да, Ата, если ее так зовут. Вчера ночью я нашел ее на улице и отнес к себе. Ее выпороли до потери сознания и выбросили умирать, словно собаку.

— Чудовище!

Корелия отступила назад, пряча лицо в ладонях, и погрузилась в воду.

— Ты злоупотребляешь моей добротой, акварий! — заявил вошедший в таблиниум Амплиат. — Я же сказал, чтобы ты подождал меня!

Он гневно взглянул на Корелию:

— А тебе после вчерашнего следовало бы быть умнее! Цельзия!

Робкая невзрачная женщина, сидевшая по другую сторону бассейна, — та самая, на которую Аттилий уже успел обратить внимание, — подхватилась с кресла.

— Забери нашу дочь из бассейна! Ей не подобает демонстрировать свои титьки при посторонних!

Амплиат повернулся обратно к Аттилию.

— Ты только глянь на них! Прямо стая жирных куриц в гнездах!

Он замахал руками, изображая хлопанье кры-льев, и закудахтал. Женщины недовольно прикрылись веерами.

— Хотя нет. Эти даже летать не умеют. Что касается римской аристократии, одно я могу сказать точно: за возможность поесть вволю они отдадут что угодно. А их женщины в этом отношении еще хуже. Я буду через час! — крикнул он. — Не подавайте на стол, пока я не вернусь!