Помолись за нас...
Шрифт:
– Тогда я перережу ему глотку. – ухмыльнувшись, я, наконец, вышла из палатки, тут же наткнувшись на ледяной взгляд.
– Это же Натаниэль Скил! – послушался вскрик откуда-то справа, мы разом обернулись, писатель попятился назад, но не успел, толпа девиц моментально окружила его, вынуждая нас с Каем отойти на несколько шагов, поймав извиняющийся взгляд Натана, я смогла кивнуть и улыбнуться, давая понять, что все хорошо.
– Ты задержалась у нее, - тихий шепот дразнит, проникая в самое сердце и жестоко раздирая его, лишь потому что так напоминает его «Повтори».
– Она порадовала меня фактом о том, что не все ее предсказания сбываются, – так же тихо отвечаю, пряча глаза, – не переживай, я не пыталась выяснить о тебе.
– Неужели поумнела? – губы складываются в улыбку, но взгляд внимательный, пронизывающий.
– Кай, послушай, не делай так больше, ладно?
– Не делать чего? – мужчина ухмыляется, конечно же он знал о чем я, да даже если б не догадался, прочел бы в мыслях.
– Того, что ты делал в кинотеатре. – заливаюсь румянцем, опускаю глаза, рассматривая собственную тень под ногами. – Я встречаюсь с Натанам, возможно, может быть что-то серьезное, а ты начинаешь…
– Чувствуешь, что придаешь его? Верно? – от его насмешки становиться не по себе, но я тихонько киваю. – Ты придаешь его не потому, что я тебя лапал, словно последнюю шлюшку, а потому, что ты получала от этого удовольствие. Прежде, чем ты скажешь, что это не так, я напомню тебе, что умею читать мысли, а твои были до смешного очевидными, не вини меня в своих грехах, зверюшка.
Голова резко закружилась, не верю, что он сказал это, назвал последней шлюшкой, хочется убежать, дальше, глубже, во тьму, навсегда. Но что-то гаденькое внутри тихонько поддакивает вампиру, он прав, Господи, он прав…
– В любом случае, не смей больше меня трогать, ясно?!
– А иначе что? – мужчина наклоняется так, что бы глаза с зелеными искрами находиться на уровне моих. – Что ты можешь, лисенок? Поцарапаешь мою спину в порыве страсти?
– Пошел ты на хрен! Я сказала, этого никогда не случиться! Да я лучше сдохну, чем лягу с тобой в одну постель!
– Твоя наивность так мила. – язык скользит по заострившимся клыкам, а я ловлю себя на том, что слежу за этим движением словно зачарованная.
Да черт бы вас всех подрал!
– Простите. – смущенный голос писателя приводит меня в чувства и прерывает гневные триады в сторону ненавистного вампира.
– Сложно быть знаменитостью? – зло ухмыляется Кай, зачесывая черные волосы назад.
Боже, и почему эта дурацкая челка всегда приковывает внимание? Особенно, когда скользит по его лицу и беспорядочным потоком прикрывает один глаз.
Натан одарил нахала снисходительной улыбкой и, промолчав, взял меня за руку:
– Ты хорошо себя чувствуешь? Выглядишь бледноватой.
Краем глаза замечаю зеленые сполохи в глазах вампира, кажется, поведение писателя ему не понравилось, губы скользят в улыбке:
– Ты такой заботливый, - перевожу взгляд на Скила, – я в порядке, правда.
Натаниэль наклонился, коснулся губами моей щеки и, не отпуская руку, повел сквозь веселящуюся толпу.
Его пальцы были теплыми, так странно было чувствовать это, пожалуй, я могла бы насладиться моментом и расслабиться, но все мое внимание было уделено шедшему за спиной темноволосому мужчине, чьи ледяные глаза как-то уж слишком внимательно изучали происходящее вокруг.
Нервно прижавшись к писателю, я молила Бога, чтобы все закончилось хорошо, чтобы сегодня никому не приспичило убивать меня, но, увы, Бог давно уже не слышал моих молитв…
Стоило нам отойти подальше от всеобщего празднества и свернуть в безлюдный переулок, как послышался странный звук…знакомый до боли…до ужаса…до дрожи в коленях…
Чужие пальцы сомкнулись на моих плечах, кажется, даже сквозь верхнюю одежду я ощущала на сколько они холодные, рывок, и меня буквально отшвырнуло к стене дома.
Еще не очухавшись, я поняла, что там, где я стояла буквально мгновение назад, пронеслась пуля. Ноющая боль атаковала спину, кажется, там останутся синяки, я смогла приподняться и едва не подавилась потоком воздуха, вампир стоял, прищурившись смотря в темноту, если бы не он, мое тело сейчас украшало бы этот и без того жутковатый квартал.
– Какого…?- Натан не успел договорить, звук повторился, вторая пуля, рассекая воздух, попала в цель, и мой крик пронзил тишину.
Нет! Пожалуйста! Только не это!
На дрожащих ногах, которые резко перестали меня слушаться, я кинулась к писателю.
Пожалуйста! Пожалуйста!
Но рука Кая сомкнулась на моем локте, все еще переливающиеся зеленью глаза были устремлены в темноту.
– Отпусти! Черт! Отпусти! Он умирает! – отчаянно пытаюсь вырваться, но вампир не реагирует. – Отпусти меня!
Что было сил пнула наглеца, видимо, не ожидая подобного, он ослабил хватку, я воспользовалась моментом и кинула к Натану.
Только подожди, слышишь?! Подожди! Не смей умирать!
Пуля попала в живот, и я прекрасно знала, что ужасная кровоточащая рана была смертельной.
Карие глаза покрылись дымкой, но все внимание писателя было устремлено на меня, его рука дернулась, но, видимо, ему уже не хватило сил чтобы поднять ее, губы приоткрылись, послышался, кашель, тонкая струйка крови…
Нет! Ты не можешь умереть!
– Ты такая красивая, Вен. – его голос звучит тихо и слабо, снова кашель, его кровь на моих руках, и ее все больше и больше…
– Все будет хорошо, – по щекам текут слезы, – ты не умрешь.