Чтение онлайн

Он огладил ладонью мой мягкий живот, затем не дав мне возможности опомниться, коснулся губами сначала внутренней стороны бедра, оставив там влажный поцелуй. Затем язык очертил небольшую линию и лизнул мои губы.

Меня моментально выгнуло. Пальцы рук вжались в мягкую обивку дивана. Гор за бёдра подтянул мне ближе к себе и закинув одну мою ногу к себе на плечо, коснулся языком клитора.

Я задушено простонала и зажмурилась. Мне казалось, что Гору будет достаточно лишь раз перехватить губами мой клитор и я просто взорвусь. Это была страсть. Обнаженная, сумасшедшая и почти животная страсть. Иначе объяснить, почему меня так трясло я не могла.

Я никогда не смотрела на других мужчин. И даже не фантазировала о том, а каково это попробовать секс с кем-то кроме моего мужа. Но у нас с Гором словно бы с первой встречи что-то зародилось. Что-то, что неминуемо привело нас к происходящему.

Мне всегда казалось, что я благоразумная и уравновешенная женщина. И это не в моем характере так громко стонать и сжимать пальцами жесткие короткие пряди волос на затылке Гора.

Его язык и губы были беспощадны. Меня выгибало всё сильней и сильней. Разрядка неслась на скорости света, чтобы врезаться сумасшедшей яркой вспышкой в стены моего сознания. Я нутром чувствовала, что сейчас вот-вот еще один миг и я просто умру.

Перед глазами всё плыло, пересохшее горло опаляло быстрое и рвано дыхание.

Гор выпрямился. Смутно, но я видела, что он достал из кармана джинсов презерватив. Несколько секунд промедления почти заставили меня захныкать. Я заерзала на диване, не в состоянии терпеть расстояние между собой и Гором.

Он навис надо мной точно скала и одним резким толчком вошел в мое тело. Мой стон уже больше был похож на крик. Столкновение оказалось ошеломительным. Я крепко обхватила спину Гора руками, чувствуя, как горячими волнами от низа живота и почти к самому солнечному сплетению разошелся оргазм. Он оказался настолько сильным, что несколько пальцев на ногах свело судорогой.

— Какая же ты, — хрипло прошептал Гор, опустив ладонь ко мне на щеку. — Невероятная.

Он продолжал двигаться во мне, усиливая отголоски оргазма. Под плотно сжатыми веками у меня пульсировали круги. Я всё еще не могла прийти в себя.

— Мариш, посмотри на меня.

Я с усилием разлепила глаза.

— Такой ты мне нравишься больше, чем заплаканной, — он поцеловал меня, ускоряя темп своих движений.

Когда Гор замер, и я услышала слетевший с его губ низкий стон, он прижался влажным лбом к моему плечу.

Весь внешний мир лениво и нехотя начал снова собираться в одну цельную и привычную для меня картинку. В голове с рассеянными мыслями на поверхность пробрался лишь один испуганный вопрос: куда делась неуверенная и до невозможности закомплексованная Марианна?

Заниматься поисками ответов в эту секунду мне совсем не хотелось. Ровно, как и плакать и ругать себя за то, что я позволила всему этому безумию случиться между мной и Гором. За сцену, в которой Гор ласкает мое такое обычное и совсем не стройно-модельное тело своим языком, я была готова отдать многое.

Пожалуй, более глупую женщину чем я, еще нужно хорошенько поискать. Потому что только абсолютно глупая женщина убежит в ночь от мужчины, который не просто дарил ей оргазм за оргазмом, а буквально боготворил ее тело. К такому мужчине нужно только крепко-крепко прижаться, обнять двумя руками и никогда в жизни больше не отпускать.

Но я была бы не собой, если бы не струсила. А самое смешное в этой ситуации то, что я и сама до конца не понимала, чего именно испугалась. Возможно, что всё дело в привычке. Я еще не до конца осознавала, что стала свободной женщиной. Штамп в паспорте теперь был лишь формальностью, с которой я планировала в скором времени разобраться.

А еще дело было в моих эмоциях. Они оказались такими яркими и полными, что у меня всё еще немного подрагивали пальцы. Нельзя же вот так и без остатка отдаваться человеку, с которым у нас вряд ли что-то будет в будущем. Мы просто поддались сильному обоюдному сексуальному влечению.

Эмоционально я была обнажена, а Гор… Он оказался таким, что дух просто перехватывало. И сексуально-физически мы совпали поразительно точно.

Кажется, я просто боялась, что, когда спадёт дымка этой эйфории, я увижу в бездне вердикт для себя. Кто я против Анастасии или любой другой женщины, похожей на нее? Никто. И несмотря на то, что Гор хотел меня и зачаровано рассматривал, находясь во мне, я никак не могла отделаться от навязчивого чувства своей непривлекательности. Не могла. Не получалось, будто кто-то меня заговорил.

И я просто трусливо убежала. Гор ушел в ванную. Я не смогла отказать себе в крошечной слабости коснуться взглядом его просто огромной крепкой спины. Она была потрясающей, пусть и слегка сутулой. Природа сбалансировано распределила все пропорции, создав редкую мужскую гармоничность. Я всё еще была искренне удивлена, как он весь сумел во мне поместиться и не причинить ни капли боли.

Как только я услышала щелчок закрывшейся двери ванной комнаты, быстро вскочила с дивана и принялась собираться. Ноги страшно дрожали. Мое тело было до того расслабленным, что я ощущала себе каким-то желе. Но это мне не помешало одеться и беззвучной тенью уйти.

Гонимая какими-то своими определенно в чем-то надуманными страхами, я забыла про свой телефон. Настолько дурацкое упущение обернулось таким образом, что мне всё равно придется вернуться на «место преступления». Из-за этого ситуация с моим трусливым побегом обрела новый и яркий оттенок глупости.

Мне оставалось лишь надеяться на то, что, когда я вернусь, квартира снова встретит меня тихой пустотой.

Я уговаривала себя, твердила, что раздуваю из мухи слона. Гор — неженатый. Я тоже уже почти в разводе. В нашем сексе не было ничего такого, чего бы стоило стыдиться. Даже наоборот — всё было прекрасно. Всё, начиная от наших поцелуев и заканчивая глубокими уверенными движениями Гора в моем лоне.

Следующие два дня прошли относительно спокойно. Я испекла для Наны ее любимые шоколадные кексы. Мы замечательно провели время вместе. Кажется, это было впервые, когда она ни разу не спросила меня об отце.

Стажировка в ресторане тоже прошла отлично. Мне не на что было жаловаться, кроме всё еще полуразрушенной личной жизни и отсутствия телефона. Я не знала, обнаружил ли Гор его или нет. Но и он сам не спешил напоминать о себе. Это одновременно и облегчало ситуацию и вносило в нее толику сверлящей сознание неопределённости.