Шрифт:
Глава 45. Саймон.
Всё рушится. Ломается. Становится прозрачным.
Где все проблемы, которые не давали тебе покоя ночами? Где все мысли?
Её губы мягкие.
Я не знал, почему она до сих пор плачет, не знал, почему позволяет мне целовать её и прижимать так близко к себе.
Прошу тебя, не исчезай сейчас, не бросай меня одного на этой дороге.
Впервые за долгое время я нормально дышу, что-то отпустило внутри, такое цепкое и сильное, оно просто отвалилось.
Но прямо сейчас, как только я сам поцеловал её, почувствовал, как же больно находиться с ней настолько близко.
Она разрушала меня с каждой секундой всё больше и больше. Такая пустота внутри пугала. Где мысли о ненависти? Почему я ничего не чувствую к ней, кроме абсолютного влечения.
Я даже не знаю, когда именно это началось.
Неделю назад? Или вчера?
А внутри так спокойно, никаких криков и приказов самому себе остановиться.
Кеана отстраняется и смотрит на меня испуганными глазами, но через секунду отводит взгляд в сторону, пытаясь отойти от меня, но затем удивляется, когда я не отпускаю её, а только прижимаю ещё ближе.
– Саймон, мне кажется…
Если сейчас я услышу, что она сожалеет или попросит отпустить её, то я не сделаю этого.
Прямо сейчас в этой темноте, не далеко от дома Джимми. Я не отпущу её. Когда угодно, но только не сейчас.
Рукой я дотрагиваюсь до её щеки и осторожно вытираю слёзы, кажется, она задерживает дыхание и открывает рот, чтобы снова сказать что-то. И это выводит меня из себя. Пусть мир остановится на время, я хочу ещё немного остаться на этой дороге.
– Просто помолчи, дай мне немного времени.
Я дотрагиваюсь пальцем до её нижней губы, и она делает маленький вдох.
– Саймон, нам нужно…
Ничего. Не смей даже произносить это.
Я снова целую её, и она сразу же отвечает, обнимая меня. И теперь, когда мы стоим вот так вдвоём, я впервые за долгое время спокоен. Я не знаю, что ответить ей позже на это, как оправдать себя?
К черту, Саймон, хотя бы сейчас прекрати думать об оправданиях и сожалениях, забудь своё имя и представь, что и её зовут по-другому.
Кеана прерывает поцелуй и смотрит на меня таким тёплым взглядом, что я не могу отпустить её прямо сейчас.
Я обещаю себе, что никогда не буду рядом с ней, она никогда мне по-настоящему не понравится. Это только сейчас минутная слабость, моя личная слабость, единственная и болезненная.
Как бы я хотел никогда не знать её, никогда не думать о ней, и сейчас, когда она снова пытается немного отстраниться, не прижимать её ещё сильнее.
Я осторожно поднимаю руку и опускаю её на затылок Кеаны, притягивая в свои последние объятия.
Я отпущу её сразу после того, как в последний раз почувствую это спокойствие. Вдыхаю запах её волос и схожу с ума. Запомни этот момент, ухватись за него и не отпускай.
Кажется, у меня серьёзные проблемы, если я чувствую подобное, находясь рядом с ней, я не знаю, о чём она думает. Её слёзы говорили, что ей не нравилось, тогда почему Кеана отвечала на поцелуй?
Сейчас она в моих руках и у меня есть все шансы сломать её, больше чем в любой другой день. Но мне не хочется делать этого, не хочется навредить ей.
– Забудешь то, что тут было?
Она поднимает голову и смотрит на меня, глаза блестят, и я молюсь, чтобы она снова не заплакала.
– Нет, не забуду.
Теперь я отпускаю её и мне становится холодно и больно.
Эту боль. Я чувствую её на протяжении уже долгого времени, внутри меня снова происходят какие-то изменения, всё становится холодным и мёртвым.
– Ничего не поменяется, ты понимаешь это?
Слёзы.
Даже в такой темноте я знаю, что она плачет, дыхание такое медленное, и снова взгляд вниз.
– Знаю…знаю, ты ведь не тот парень.
Плечи трясутся, и она начинает вытирать лицо, мне хочется сбежать сейчас. Оставить её одну со всем этим.
Я сам начал, мне и нужно дать ей понять, что это ничего не значило.
Но, чёрт возьми, значило!
Для меня это был не пустой поцелуй или знак унижения, как тогда на озере.
– Я знаю, что мне не стоило этого делать. Потому что твоё поведение…и ненависть ко мне не изменятся. Ты ведь не тот человек, который чувствует что-то подобное?
Кеана подходит ко мне и я не успеваю отойти, словно время останавливается, и всё замирает, я ничего не слышу и не чувствую.
Только её тёплую ладонь, которая касается моей груди и останавливается в районе сердца.
– Чувствуешь? Саймон, ты слышишь хоть что-нибудь?
Я отворачиваюсь и отхожу от неё.
– Нет.
Её рука всё ещё висит в воздухе, потом она сжимает её и опускает вниз.
– Тогда зачем ты сделал это?
Вспомни, Саймон.
С чего всё началось, просто подумай…ты сразу же найдёшь ответ.
– Я этого хотел…
Кеана смотрит с надеждой в глазах и делает шаг в мою сторону.
– Тогда почему ты сказал, что ничего не чувствуешь?
Вспомни, Саймон.
Вспомни кто она такая!
Я делаю маленький вдох и подхожу к ней, мы снова стоим близко друг к другу, я стираю с её щеки слёзы и пальцами касаюсь подбородка, ухмыляюсь и поворачиваю её лицо в сторону.
– Потому что тебя я не хочу.
Словно пощечина. Она отходит от меня и теряется в этой темноте. Я делаю вид, что меня не интересует, что сейчас она чувствует, просто разворачиваюсь и бросаю напоследок:
– Сядь в машину, я подкину тебя до дома.
Тишина. Ничего нет: ни машины, которая стоит на обочине, ни тёмной дороги. Ничего больше нет. Потому что она сбегает далеко от меня, бежит, словно я пытаюсь преследовать её.