Чтение онлайн

– А вот как - лица похожи, фигурами тоже почти один в один, но опять же взгляды у вас разные. У настоящего князя взгляд гордый, полный достоинства, но слишком уж пытливый, удивленный что ль? Не тот интеллект!

– Но, но, я образованье имею, я тебе не доисторическая обезьяна.
– Обиделся князь.

– Но не до такого же!
– расхохотался Василий.
– Вот этот экземпляр, - показав на Владимира, смотрит на меня открыто, на равных. Он видит во мне человека, своего круга, своего времени. У него взгляд современника. Моего, естественно.

– Потрясающе!
– сказал Владимир и подал через стол руку Василию.
– Наш человек. И зачем же вас сюда моя мать направила? Для чего, понять не могу! Должна быть у вас какая-то миссия в 19 веке. Или просто ради шутки? Она у меня веселая женщина.

– А кто у вас мать, простите?
– с интересом глядя на своего современника, спросил Васька.

– Ведьма она. Колдунья, - он показал на Оксану, - ее праправнучка.

– И это говоришь мне ты? Человек 21 века? Какая еще ведьма!

– Обыкновенная, потомственная. А бабку мою, небось, помнишь? Она тебя всегда у себя в лесничестве привечала.

– Так вот почему Оксана мне так лесничиху напоминает! Похожи-то как! А ты почем знаешь, что мы мальчишками в лесничество бегали?
– подозрительно глядя на него, спросил Васька.

– Мать передала. Я с ней связь имею.

– Это какую такую связь? Тут наши сотовые не работают.

– А у меня кое-что другое есть, вроде стекла, а вообще будешь много знать...

– А-а, понял, - с иронией в голосе сказал Василий, - это типа - Свет мой зеркальце скажи, да всю правду доложи..., - и рассмеялся.

Поля и Ирина тоже засмеялись.

– И ничего смешного. Зря, что ли Пушкин сказки писал. Все на чем-то основано.

– Глупости все это. Я все никак поверить не могу в эту ерундистику. Как можно просто так попасть в 19 век?
– и лицо у него стало задумчиво-недоверчивым...

– Теперь, раз мы уж тут все собрались, давайте подумаем, что дальше делать!
– сказал Владимир.

– А кто ты таков, чтобы тут командовать?
– возмутился Василий.

– Васька, остынь, он мой мужчина, любимый, скоро мужем моим будет, - и с нежностью посмотрела на Владимира.

– Ну, раз так, тогда... Тогда я все равно ничего не понимаю, в какую мы все провалились дыру и вообще, зачем все это!

Старый князь вальяжно развалился в кресле в курительной комнате графа Васильчикова. Граф же вопросительно глядя на соседа, трясущимися руками, наливал себе в рюмку вишневой наливки, потому как накануне перебрал, даже не предлагая выпить князю. Князь на такое не обижался. Он знал, что сосед его любитель хорошо поесть и выпить. Это болезнь почти всех Русских помещиков. Князь же излишеств не признавал, если не считать любви к женскому полу. Он был подтянут, строен и в свои 47 лет выглядел весьма импозантно. Он с интересом наблюдал за тем, как меняется лицо графа, по мере попадания в его желудок живительной наливки, и поэтому решил выдержать паузу. Не начинать разговор, касающийся такого пикантного дела, а подождать пока спиртное подействует и граф станет значительно добрее.

Ну, вот граф растянулся в улыбке, ему явно полегчало, и он, положив ногу на ногу, поинтересовался у князя о причине его столь позднего визита.

– С чем пожаловал, сосед? Надобно ужо в постеле быть - завтра свадьба. Ты мне почти свояк, так чего церемониться? Выкладывай, зачем явился?

– Дело у меня к тебе, любезный граф, весьма деликатное...

– Ты об девицах что ль? Зачем позорил, да докторишку прислал? Чай знаем, кого за молодого князя отдаем. Девица она, и сомнений ни у кого возникнуть не может!

– Так я и не сомневался, соседушка, свадьба будет, все уж готово, только не совсем та, к которой готовились. Свояк ты мне будешь и так, но невесткой Полюшку твою хочу видеть.

– Что значит Полюшку? Сын твой на Марии жениться обещался!
– покраснев, заорал граф.

– Не горячись, удар хватит! Хлебни-ка лучше еще вишневой, и, давай, голубчик, с тобой спокойно дело обделаем.

– У Полины жених есть, ждем-с ужо. А Марию-то кто, замуж возьмет?

– Ну, и Полину твою замуж теперь выдать проблема! Да чего теперь судачить-то, сам ведь знаешь все, поди? Не дева она. С Владимиром моим они это дельце обстряпали. Владимир согласен под венец ее взять, а тот ваш, с чинами, возьмет ли?

Граф задумался, потом крякнул и налил себе еще.

– Что предлагаешь? Приданое Мариино не отдам Владимиру. Пусть так ее забирает, с чем была. А Машенька моя, - и прослезился, - в девках теперь век куковать будет.

– Есть у меня одно предложение, которое тебя может заинтересовать.

– Какое?
– оживился граф.

– Я на ней женюсь!
– сказал князь и подкрутил ус.

– Ты? Пень старый? Совсем ополоумел? Земли ее тебе покоя не дают? Так вот тебе - и показал ему фигу, - выкуси, Марию ему, ишь чего надумал!

– Ну, тогда пусть твоя молодая дочь в девках остается. Все ведь знают с изъяном она!

– А тебе лишь бы в глаз кольнуть! У самого-то рыло в пуху. Серьги ей дарит драгоценные, сам хотел ее еще до свадьбы своей полюбовницей сделать!

– Да господь с тобой! О чем ты?

– Сам знашь, о чем! Голубь, сизокрылый!

– Ну, пора откланяться, час поздний уж, так платье-то переделать бы на Полину... Завтра она под венец пойдет, ан нет, так пусть твои дочери с тобою навек и остаются. Я все сказал, пора и честь знать!

Осоловевший граф все-таки вскочил с кресла и кинулся за выходившим князем.

– Князюшка, так как же это, так скоро?
– и крикнул жене, - Полину ко мне срочно, и модистка с белошвейками, чтобы немедля к ней шли вместе с платьем!