Полуночный гость
Шрифт:
– Кто это?
– заворожено шевельнула губами Настя.
– Индрик-зверь. Люди же называют его единорогом.
– Да ведь нет его!.. Он - сказка!..
Вознесенная сильными руками, она неожиданно оказалась на спине волшебного зверя.
– Так убедись, выдумка ли он, - смеясь проговорил Змей, и единым толчком взлетел в седло.
Развернул коня своего встреч Насте, подъехал близко, так, что коленом коснулся.
– Смущена душа твоя. Каждое слово мое в сомнении разгадываешь - где правда, где умысел лукавый. Хочешь знать, кто есть Змей?
– Хочу, - тихо подняв на него взор, проговорила Настя.
И почувствовала, как уходит мягкость из его глаз, как превращаются они в два опасных лезвия. Побледнела Настя, покачнулась, чувствуя, что обретает он безграничную власть над нею. Скажи сейчас - вот огонь, иди, - и пойдет в огонь... Но в тот миг Змей быстро руку к ней протянул, пальцами легкими, теплыми лба коснулся. Вздохнула Настя, будто тяжесть великую с плеч уронила. Не понимая, на него глянула - что было?
– Ну, Настенька?.. Знаешь теперь?
Она успела удивиться вопросу, прежде чем поняла - да! знает!
Знает, как пришли на Землю великие и древние Змеи. Были они столь могущественны, что могли мысли взором в кипящие недра планеты проникать, бешеные стихии подвластны им были и вольный полет меж светил небесных. Полюбилась им Земля, и захотели они в добром соседстве с ее миром жить. Люди же еще зверям диким были подобны. Шли века и десятки веков, и сотни. Уходили Змеи к далеким мирам и опять возвращались в прекрасную обитель, совершенствовали дикую мощь юной планеты. Но все больше огорчали их те порождения Земли, которым дано было больше других. Они не обладали способностями пришельцев, но в избытке имея хитрости и сметки, придумывали искусственные подпорки своей слабости, начав с заостренной палки и остро отбитой каменной пластины. Порадовались бы Змеи их талантам, если бы одна пытливость ума вела людей по пути Познания. Но проводником тут было еще и стремление убивать. Скоро люди научились различать и ценить красоту, и много преуспели в том. Потом познали высокую и спасительную любовь. И изобрели новые способы убийства. Попытки Змеев изменить человеческую природу были, видать, слишком осторожны. И Змеи оставили человека самому себе, ушли из его мира.
Отголоски того, причудливо трансформированные памятью тысяч поколений, все же сохранились. Есть Змей, принесший людям познание, и за то проклятый, изгнанный. Есть мифы о летающих Змеях-драконах - грозных, жестоких. Есть атавистический страх пред земными гадами, которые почти искусственные творения: пришельцы пытались создать свои подобия из земного материала. Материал был выбран по качественным характеристикам, внешний же вид значения не имел - все равно существа могли бы принимать любую форму, как их творцы. Работы своей Змеи не завершили, разочаровавшись и потеряв интерес к людям для Змеев это не было жизненной необходимостью, так, что-то вроде интеллектуальной шарады. Но кое-что, привнесенное ими в избранный род, осталось: абсолютная неприручаемость - они ни при каких обстоятельствах не должны были оказаться под влиянием человека, опасная сила взгляда, налет таинственности и обособленности на всем племени. И еще - почему-то забылось настоящее имя гадов, люди стали называть их "змеи"...
– Теперь уж мало нас здесь осталось, и с людьми мы почти не общаемся. Остались те, кто очарован Землею и не нашел в беспредельном космосе ничего прекраснее. Но, как видишь, мы не одиноки, мир людей - не единственный. Земля изобильна иными существами. Но иные миры людям неведомы, хотя скрывается без особого тщания. Человек же, изначально соседствуя с ними, так привык к их проявлениям, что смотрит и не видит, слушает и не слышит. Что еще теперь смущает покой твой, Настя? Спроси.
– Ничего. И я хочу преклониться пред тобой.
Движением колен он послал вперед своего коня. Индрик легко догнал жеребца, сровнял шаг, пошел голова к голове.
– Постой... Зачем открылся ты мне?
– Я давно живу рядом с людьми, знаю - не все одинаковы. Ваша мудрая Библия остерегает: "Человек от природы зол", прежде чем научится говорить "на", он говорит "дай". Но позже каждому приходится сделать выбор между хищным животным существованием и жизнью существа разумного. И очень многие умеют выбрать правильно. Их меньше, но они - противовес злу всего остального мира. Он стоит лишь их чистотой и светом. И не только человеческий. Ты одна из светлых. В тебе сила великая. Но утвердится она не успеет, зачахнет от яда злобы людской, зависти, жадности. Нельзя, чтоб погубили тебя. Приди в мир Незримых, Настенька, принеси ему бесценные сокровища свои - красоту, чистоту и любовь. Приди Красой Ненаглядной, освети его и правь по законам любви...
– Как?! Я ведь человек! Иль обратишь ты меня ночницей, купавкой?
– Стань ведьмой, и оба мира станут равно доступны тебе.
– Ведьмой?!
– вздрогнула Настя. Почти прошептала жалобно: - Да что говоришь ты?
– Испугал я тебя, Настенька?
– взял он ее пальцы в теплые свои ладони.
– Не надо, не бойся, верь мне, Краса моя Ненаглядная.
– Я верю, - одними лишь губами, бессильно проговорила она.
– Коль ты погибель моя, пусть так... Напусти на меня чары, опутай... И погибель мне сладостна будет.
– Не погублю, добра одного хочу. Опять слово тебя испугало. Не слово, а бессмысленное понятие, которым люди его наполнили... Потому что сами пугались того, что выше их понимания. Ведьма - значит ведающая. Ей доступны древние тайные знания - это пугает других, темных. Ведающие - связь миров, и не только этих двух, что известны теперь тебе. Ведовство запредельно, часто необъяснимо. И шаг в него - опасный шаг, сделать его дано лишь немногим достойным. Наверно, имели к этому отношение и мои сородичи, как я сейчас. Послушай вот, это родилось среди людей:
Меня везли в железной клетке
Сквозь озверелую толпу.
Бросали камни и проклятья,
Вонзали взоры в наготу.
И дети грязною гурьбою
Бежали на меня смотреть.
Истошно женщины визжали,
И все кричали: "Ведьме - смерть!"
Мне не могла помочь природа,
Меня избавить от цепей.
И площадь, полная народу,
Дышала мукою моей.
Тогда... взглянула на толпу
Все пали ниц, дрожа от страха,
И там, где прожигал мой взгляд,
Змея рождалася из праха! *
* Стихи Натальи Мареевой
– Я не знаю, каким озарением пришли сии смутные строки к женщине. Она услышала их во сне и сама не поняла полного смысла. Теперь молчи. Не жду поспешного ответа. И не терзайся в поисках его - он придет сам. Смотри-ка, указал он рукой и рассмеялся.
– Что это?
– не поняла Настя, глядя на темное облачко, бегущее впереди, поодаль от них.
Экое диво - ветер пыль гонит! И вдруг поняла, что давно уж видит этот маленький пыльный вихорь, а он не рассеивается, и ветер аккурат дорогой его ведет, на поле не переносит.