Чтение онлайн

Ринат усмехнулся:

— Хочешь сказать, что тебя не замучают угрызения совести?

— Моя совесть будет чиста, потому что вы категорически не хотите прекратить заниматься уголовщиной.

— Сейчас не время для нравоучений, Алиса. Лучше соедини с Лилу, — попросил Ринат.

— Я для тебя кто, оператор связи? — обиделась программа. — Тебе лень нажать несколько кнопок? Или ты уже привык, что я выполняю за тебя всю черновую работу?

Алиса была в своем репертуаре.

— Я тоже тебя люблю, — улыбнулся Ринат.

Секундная пауза, и…

— Алло, — голос Лилу.

— Подъезжай.

Ринат вышел из подъезда, напротив припарковался неброский серо-голубой «пежо». Ринат быстро залез на сиденье рядом с водителем, и машина тронулась с места. Несколько минут ехали молча, слушая музыку, потом Лилу сделала звук потише и спросила Рината:

— Как все прошло?

— Не знаю, — ответил он. — Этот гад мне тачку завесил… Тяпа по идее должен успеть.

Они проехали мимо огромного рекламного щита, сообщавшего, что через две недели в новом, только что построенном кинотеатре «Премиум-Плаза» состоится долгожданная премьера фильма «История одной разлуки» — бета-версия.

Интересно, для кого эта премьера долгожданная?

Шесть часов непрерывной мути, обреченной на провал. Несмотря на купленных критиков, на бешеную рекламу, сожравшую чуть ли не половину бюджета, на громкие имена, к обладателям которых ушла вторая его половина.

У Рината дома уже лежали два билета. Он знал, что такие же билеты были у остальных членов их клана. Знал и то, что идти все равно придется.

Лилу тоже проводила рекламный щит взглядом, качая головой.

— По городу таких море, — прокомментировал Ринат. — И везде одно и то же.

— Я недавно посмотрела альфа-версию российскую, — сказала Лилу. — Даже специально купила лицензионный диск.

— Потому что его пираты не выпускают, невыгодно, — насмешливо отозвался Ринат. — И как тебе?

— Знаешь… а фильм красивый. Наивный, нереальный, но красивый. И немного смешной.

Ринат презрительно фыркнул:

— Чистый бред. Я тоже видел.

— Мне даже не верится, что это сделала компьютерная программа, — продолжала Лилу, не обращая внимания на реплику Рината. — Неужели это мы… мы научили ее? Шутить, дружить, терпеть… и любить.

— Да уж. Ее любовь и дружба нам знакомы не понаслышке.

— Ринат… — Лилу ненадолго задумалась. — Тебе не кажется…

— Что?

— Ну… у меня такое ощущение… Может быть, я придумываю, но мне кажется, что она продолжает нами управлять. Это не прямое вмешательство, но все-таки она делает какие-то ходы и продолжает изучать нас.

— С чего ты взяла? — натянуто улыбнулся Ринат.

— Не знаю. Может, у меня паранойя? Мне кажется, что это она сделала так, что я не нашла работу и вернулась обратно в клан. Ворм, помнишь, рассказывал про то, что к нему приходили какие-то блатные? Тоже как-то все быстро прекратилось.

Ринат покачал головой:

— Тань, сколько раз я просил ее помочь мне…

— У Алисы другие приоритеты. Тебе не страшно, когда кто-то за тебя решает, как тебе лучше жить? У нее другая логика, другие ценности. Откуда ты знаешь, что правильно, а что нет? Откуда она это знает?

— Ну, во всяком случае она точно против незаконных дел, — вставил Ринат. — Только что в сотый раз пыталась мне прочитать лекцию о вреде уголовщины. Тань, она может поиграть с тобой в игру, пообщаться, может найти для тебя какой-нибудь экзотический рецепт приготовления свинины — но если бы она продолжала вмешиваться в нашу жизнь как раньше, то первым делом она бы пресекла деятельность клана.

— Если только она не преследует другие цели.

Машина остановилась на светофоре. Лилу повернулась к Ринату.

— По-моему, Алиса сделала это специально, — сказала она. — Чтобы мы были вместе.

Она была права. Ринат знал это. Знал, но боялся, что если об этом догадается Лилу, то, скорее всего, все будет кончено.

И тогда ее уже не вернешь. Никогда.

— А тебе это не нравится? — осторожно спросил Ринат.

Таня улыбнулась. Так, как улыбаются самому близкому человеку на свете. Прижалась к нему и тихо сказала: «Мне это… очень нравится.»

Загорелся зеленый свет, засигналили машины.

В крыше «пежо» открылся люк, и оттуда показалась женская ручка с оттопыренным средним пальцем.

Совсем в духе Лилу. Прежней Лилу.

Камера, установленная на светофоре для записи нарушений правил движения, повернулась к стоящему на перекрестке «пежо». Где-то в районном управлении ГИБДД на одном из серверов велась запись того, что происходило внутри машины. Никто из сотрудников управления даже не догадывался об этом.

Но кому-то это было нужно.

— Подождите! Вы хотите сказать, что кто-то связался с эмиром по спутниковой связи, по самому защищенному и зашифрованному в этом чертовом мире каналу? И этот кто-то сообщил эмиру, что его собирается ликвидировать лучший убийца в мире? И назвал эмиру имена его деловых партнеров в США?

— Да, Бобби, в целом картина верна.

— Черт! Я же просил вас не называть меня так!

— Я плачу тебе деньги, Бобби, и буду называть тебя так, как считаю нужным. Что ты думаешь по этому поводу?

— Это невозможно! Если бы наши или МОССАД узнали, где находится эмир, поверь, он был бы уже мертв. Ковровая бомбардировка, теракт, опытные киллеры. А информация про «Центрум Петролеум»…

— Не исключено, что предатель — среди самых близких ему людей. После разговора эмир был взбешен. Когда он узнал, что отследить звонок невозможно, он взбесился еще больше. Звонивший назвал не только имена. Он был в курсе, скажем так, тех деталей, о которых, кроме эмира, знали всего несколько человек. Самых проверенных. Теперь эмир напуган. А напуганный лидер — не очень хороший пример для правоверных.