Чтение онлайн

Полианна захлопала в ладоши.

— Ой, я так рада! — весело закричала она. — Тетя Полли! Я, наконец, поняла, что у меня есть, чему радоваться. Я могу быть рада, что все-таки ходила. Ведь если бы я и раньше не ходила, я не смогла бы научить их играть.

Никогда еще короткие зимние дни не казались Поллианне такими тягостными и длинными. Однако присутствие духа она не теряла. Ведь теперь в игру включилась сама тетя Полли, и она придумывала столько всего, чему можно радоваться, что Поллианна просто не могла ее разочаровать. Именно тетя Полли разыскала однажды рассказ о маленьких бродягах, которые нашли упавшую дверь. Несчастные дети укрылись под ней от метели, а потом принялись жалеть бездомных, у которых такой двери нет. Позже тетя Полли рассказала племяннице об одной старушке. У нее осталось всего два зуба, и все-таки старая леди нашла, чему радоваться. «Как хорошо, — говорила она, — что мои два зуба растут один над другим, и я могу ими кусать».

Поллианна старалась не проводить времени даром. Подобно миссис Сноу, она принялась вязать. Теперь по белому покрывалу, под которым она лежала, тянулись яркие шерстяные нити, а Поллианна радовалась, что в аварии не пострадали ее руки и пальцы.

Друзья по-прежнему передавали девочке приветы и пожелания, а некоторым мисс Полли даже позволила повидать племянницу. Один раз Поллианну навестил Джон Пендлтон, а Джимми Бин был у нее уже дважды. Джон Пендлтон сказал ей, что Джимми с каждым днем его все больше! и больше радует. А Джимми рассказывал, какой у него теперь великолепный Дом. Он также утверждал, что мистер Пендлтон «оказался ну, просто отличной семьей». Кроме того, и Джон Пендлтон и Джимми сказали Поллианне, что обрели друг друга только благодаря ей.

Ну, разве после этого можно не радоваться! — поделилась она с тетей Полли. — Знаете я все время благодарю Бога, что мои ноги когда-то ходили!

Весну Поллианна встретила все в том же состоянии. Предписанное лечение пока не приносило сколько-нибудь видимых результатов, и домашние все больше свыкались с мыслью, что худшие опасения доктора Мида сбываются. Почти все жители Белдингсвилля постоянно получали информацию о Поллианне. А один из жителей собирал ее с особой тщательностью. Он знал историю болезни девочки настолько хорошо, словно каждый день лично осматривал ее, и с каждой новой сводкой о состоянии ее здоровья его охватывало все большее беспокойство. Когда же и к весне состояние девочки не улучшилось, человек этот понял, что медлить больше нельзя. Вот почему, поколебавшись еще недолго, доктор Чилтон (а это был именно он) отправился с визитом к мистеру Джону Пендлтону.

— Пендлтон, — перешел он к делу, едва только хозяин провел его в кабинет. — Я решил обратиться к вам, ибо вы, как никто другой, знаете о моих отношениях с мисс Полли Харрингтон.

Джон Пендлтон удивленно посмотрел на приятеля. Он и впрямь знал кое-что о взаимоотношениях Томаса Чилтона и Полли Харрингтон, однако отношения эти прервались больше пятнадцати лет назад, и он не мог понять, отчего доктору взбрело в голову ворошить эту старую историю.

— Я помню, Чилтон, — стараясь вложить в слова как можно больше сочувствия, ответил он.

Но вскоре он убедился, что церемониться нет надобности. У доктора была какая-то цель, и он был столь поглощен ею, что тон мистера Пендлтона волновал его меньше всего.

— Итак, Пендлтон, дело в том, что мне необходимо осмотреть девочку, — быстро проговорил он, — поймите, я просто должен это сделать.

— Ну, и сделайте, — отозвался мистер Пендлтон.

Сделайте! — с отчаянием воскликнул доктор. — уж вам-то, Пендлтон, должно быть известно, что больше пятнадцати лет я не переступаю порог этого дома! Вы знаете, что сказала мне мисс Харрингтон, перед тем как мы расстались? Ну, так знайте: она заявила, что если я хоть раз получу приглашение в Харрингтонское поместье, это будет означать, что она готова признать вину и выйти за меня замуж. Вот почему я сомневаюсь, что она меня позовет.

— Но зачем вам дожидаться приглашения? Пойдите просто так и осмотрите девочку.

— Знаете, — хмуро ответил доктор, — я еще все-таки не потерял гордости.

— Неужели вы даже ради Поллианны не можете забыть о гордости и об этой ссоре?

— Забыть о ссоре? — возмущенно повторил доктор. — Да я совсем другое имел в виду. Если бы дело шло только о ссоре, я согласился бы пройти весь путь до ее дома на руках или на коленях, только бы помочь девочке. Нет, все дело в профессиональной гордости. Я доктор, а она больная. Не могу же я врываться в дом без вызова. Вот, мол, пришел и умоляю принять мои услуги. Понимаете, Пендлтон?

— Слушайте, Чилтон, а из-за чего вы с ней поругались? — решился спросить мистер Пендлтон. Доктор в сердцах взмахнул рукой.

— Из-за чего? — он вскочил с кресла и снова забегал по кабинету. — А вы, Пендлтон, часто можете сказать, из-за чего все началось? Иногда глупый спор по поводу глубины реки или размеров дома приводит к страшным конфликтам. Тем более, когда речь идет о влюбленных. Наверняка все началось с какой-то чуши, а кончилось годами несчастливой и неприкаянной жизни. Так что, забудьте об этой ссоре, Пендлтон. Я, во всяком случае, готов забыть о ней. Мне не обходимо осмотреть девочку! — воскликнул док тор. — Я верю, девять шансов из десяти, что она может снова начать ходить. И я хочу, чтобы Поллианна Уиттиер снова встала на ноги.

Произнося последние слова, доктор, который по-прежнему быстро расхаживал по комнате, как раз приблизился к открытому окну в сад. В саду же, под окнами, Джимми Бин в это время старательно полол клумбу с цветами. Услышав, что говорит доктор Чилтон, он затаился и принялся слушать дальше.

— Поллианна? Ходить? Что вы имеете в виду? — удивился Джон Пендлтон.

— Я имею в виду, что история ее болезни, если судить по слухам, которые до меня доходят, очень похожа на ту, что была у пациента моего приятеля по колледжу. Но это неважно. Важно, что он вылечил ее. Мой приятель специализируется по таким болезням. Я тоже немного занимаюсь ими, и мы переписываемся. Вот почему мне просто необходимо осмотреть девочку.

Джон Пендлтон выпрямился в кресле.

— А если вам попробовать через доктора Уоррена? — посоветовал он.

— Боюсь, ничего не получится, — помотал головой доктор Чилтон. — Правда, Уоррен проявил себя как человек благородный. Он сказал мне, что с самого начала предложил мисс Полли вызвать меня к девочке для консультации. Но мисс Харрингтон так решительно запротестовала, что он больше не решается возобновить разговор об этом. Я высказывал ему свои доводы, но… Понимаете, Пендлтон, есть еще одно обстоятельство, которое меня связывает. За последнее время некоторые из самых именитых пациентов мистера Уоррена перешли ко мне. И все-таки мне необходимо осмотреть Поллианну. Вы только подумайте, какое это может иметь для нее значение.

— Вот, вот, и какое для нее будет иметь значение, если вы ее не осмотрите, — подхватил мистер Пендлтон.

— И, однако, я ничего не могу предпринять, пока ее тетя не вызовет меня. А она никогда этого не сделает.

— Значит, надо заставить ее это сделать.

— Каким образом?

— Не знаю.

— Вы не знаете, а я тоже. И никто не знает, — горестно произнес мистер Чилтон. — Мисс Полли слишком горда, да и сердится на меня до сих пор. И еще, как назло, связала себя много лет назад этим глупым обещанием. Но стоит мне подумать о бедной Поллианне… А что, если я действительно мог бы избавить ее от этой страшной участи?.. А на пути между мной и ею стоит вся эта чушь под названием «гордость» и «профессиональная этика»! Я просто…