Полигон
Шрифт:
— Виски поламывает, — отозвался Грищук.
— Значит, мы уже в радиусе действия… И дальше нам нельзя.
— Да, ребята, дальше не надо, — подтвердил проводник. — Раз башка заболела — дальше ни-ни! А то не успеете оглянуться, как сами шатунами станете.
— Отходим назад, — распорядился Роман.
Отступили метров на пятьдесят — заметно полегчало. Не почувствовал никаких неприятных ощущений только один Бен, остальные морщились и пытались потереть то виски, то лоб. Прямо через шлемы.
— Плохо… — процедил сквозь зубы Грищук. — Какую-нибудь бы высокую точку поблизости… Территорию осмотреть…
— А можно на вон тот грузовик влезть, — дядя Гера показал влево, на замершую возле шоссе облезлую тушу «Камаза».
Роман огляделся — да-да, вон и тот самый «Камаз» с развороченной взрывом кабиной, на котором восемь месяцев назад их группа отстреливалась от собачьих стай и дожидалась возвращения Мальцева.
Дежа вю… Сплошное дежа вю.
Рюкзаки оставили внизу, сами вскарабкались на крышу кабины.
— На-ка, глянь, — дядя Гера сунул Бену бинокль.
— Дядь Гер, а что это там светится? — удивленно воскликнул Бен. — Искорки такие белые…
— Дай-ка окуляры… А-а, это «светлячки». Или «звезды». Их по-разному зовут… Артефакт такой. Очень полезная штука — с ним устаешь меньше. Если одну такую звездочку ты себе за пазуху засунешь, то твой сидор тебе покажется килограммов на пять полегче. Бежать сможешь дольше… Дорогие это штуки. Потому за ними и лезут! Вон, их отсюда две видно, а за оградой наверняка еще есть. Уж сколько выбросов миновало с той поры, как «Вымпел» мертвым стоит, а никто туда не смог и близко подойти. Сечешь? Там наверняка этих артефактов накопилось! Вот сорвиголовы и пытаются… Откуда, думаешь, там шатуны? — дядя Гера кивнул в сторону забора.
— Подходит какой-нибудь отчаянный сталкерюга, видит «звездочки» и думает: ничего, я быстро, авось успею схватить и выбежать! Подумаешь, голова заболит — можно и потерпеть немного! Бежит туда… И кранты. Ничего сообразить не успеет, как уже рассудок потерял.
«Вот бы прихватить с собой такую «звездочку», — подумал Бен. — «И не только сейчас прихватить, чтоб поклажа полегче казалась, а и обратно, домой прихватить! Вот бы ее Светке привезти! Я бы ей сказал — смотри, Светлячок, я тебе «светлячок» привез — настоящий, живой… Тьфу! Нельзя сейчас об этом думать!» — одернул он сам себя.
Нельзя. Никогда нельзя загадывать.
Роман, присев на одно колено, разглядывал территорию сквозь прицел «Винтореза». Тоже как в прошлый раз… Перед заходом Мальцева он точно так же выцеливал шатунов перед корпусом…
— Ага, есть! Бродят, голубчики… — пробормотал он себе под нос. — Ну-ка, ну-ка, еще шажок левее…
Несколько секунд он сидел молча, потом аккуратно и плавно надавил на спусковой крючок… Бу-бух! — приглушенно хлопнул выстрел.
— Один готов, — удовлетворенно отметил Роман. — Бен! Цени! Тебе территорию расчищаю! Смотри, слева на десять еще один!
Бен снова поднес к глазам бинокль.
Возле корпуса брел, пошатываясь, человек в камуфляжном костюме, с капюшоном на голове, и беспорядочно водил стволом автомата из стороны в сторону. Было похоже на то, что он раздумывает — а куда бы это ему выстрелить?
— Это и есть… шатун? — голос Бена дрогнул.
— Да, — ответил дядя Гера. — Даже странно, что здесь, по пути они нам не попались. Обычно далеко от «Вымпел» разбредаются…
Хлопнул второй выстрел из «Винтореза». Шатун скособочился влево, по инерции прошел вперед еще три шага и, скрючившись, упал. Но при этом все еще перебирал ногами, словно опрокинутая на бок заводная игрушка. Рана оказалась не смертельной; Роман целил в туловище — с большого расстояния в голову попасть сложнее, а тратить зря патрон при их дефиците — нерационально.
— Это же… совсем человек… — пробормотал Бен.
— Он раньше был человеком, — жестко оборвал Роман. — Ученые отлавливали некоторых. Там всё, кранты! Полная потеря рассудка. Тот же овощ, только ходячий. Плюс еще стреляет во все, что движется. А когда кончатся патроны — то стволом, как дубинкой, пытается добить все, что движется. Так что не грузись… Это уже не люди.
— Ты хотя бы добей его, что ли, — тихо попросил Бен.
— Там и без меня управились… Вон, смотри, снорк прискакал. Передача «В мире животных»… Закон джунглей в действии. Оп-па! Еще один шатун на свет вылез! Ну, получи, фашист, гранату!
«Винторез» глухо выплюнул короткую очередь из трех патронов. Похоже, Ромкой овладел боевой азарт. Бен покосился на него с удивлением — таким своего друга он еще не видел.
— Хор-рошая машинка! Гм, кажется, все… Все, что можно было сделать с этой точки обстрела — я сделал… Бен, Грищук! Сейчас слезаем, и идем вон туда, — Роман указал на сухой осокорь метрах в двухстах правее «Камаза». — Самые нижние ветки высоко… Придется вам меня подсадить. Оттуда тоже зачищу, сколько смогу.
«Он ведь старается ради меня…» — отрешенно подумал Бен, глядя, как Роман с плеч Грищука карабкается на нижние ветви осокоря, снимает со спины «Винторез» и пристраивается для стрельбы. — «Но всех-то отсюда Ромка не достанет… Наверняка они еще будут внутри… А я… Когда на меня попрет пусть обезумевший, но — человек…Лишь бы не дрогнуть! Отступать поздно. И некуда.»
Хлопки «Винтореза» следовали один за другим еще несколько минут. Бен сначала смотрел снизу вверх на Ромку, потом перевел взгляд. Полумертвая серо-бурая рощица вдалеке… Раскоряченные ветки в пожухлой листве, совсем не похожей на весеннюю, и черный бурьян со странными, непривычной формы листьями. Потом опять посмотрел снизу вверх … Усевшийся на толстой ветке Ромка был похож на большую рысь — если, конечно, бывают рыси цвета хаки. Он, приникнув к окуляру прицела, выцеливал очередного монстра во дворе НИИ. «Он так спокойно это делает… Похоже, они для него и вправду уже не люди», — подумал Бен. — «А я… Я даже до сих пор не понимаю, как отношусь к ним, и ко всему этому… Нет. Конечно, я пойду и буду стрелять, как учили, но… Но до меня до сих пор не доходило, насколько это все серьезно…»
— Все, — раздалось сверху. — Кто на свет вылез, тех больше нету. Бен, лови ствол! И отойди, я слезаю.
Ромка сначала повис, уцепившись за ветку, а потом спрыгнул вниз.
— Идемте обратно к машине. Мы тебя там будем ждать.
Рядом с Ромкой шагал Грищук, и от него исходила все та же волна опасности. Вроде бы она не усилилась; странно, думал Бен; финальный пункт их маршрута уже совсем рядом… Хотя впереди еще — неизвестность. Он даже не заходил за забор, а уж что будет внутри…