Полигон
Шрифт:
– Продолжай дышать! И не смей двигаться! – Алексей, услышав в голосе наставника тщательно скрываемое волнение не на шутку замандражировал. – Расслабься! Просто медитируй, как медитировал до этого! Не знал, что ты владеешь базовым единением с миром.
Судя по голосу Арт Скал взял себя в руки.
– Понимаешь, Алексей, говорить можно все, что угодно. Никогда не обращай внимания на болтовню. Только на поступки. Только на конкретные измеримые действия. Кстати, да, – спокойный голос наставника приносил Алексею серьезное облегчение, смягчая все усиливающийся зуд в макушке, – у тебя сейчас в различных местах будут сильные позывы к чесотке или щекотке. Пробитие энергоканалов у всех проявляется по-разному.
Алексей молча слушал умиротворяющие, прохладные слова мага, которые помогали ему войти в транс.
Сейчас он испытывал такие же ощущения, как на занятиях йогой, но только в сотни раз сильнее. Он буквально чувствовал эти самые энергетические каналы. И чувствовал, как по ним струится жар огня.
Алексей попробовал вдохнуть огонь в себя через макушку и выдохнуть через копчик. Тело тут же пронзила волна сухости и жара, чуть не выбившая из него дух.
– Спокойней! – шепотом крикнул Арт Скал. – Спокойней, парень, спокойней! Не спеши, просто дыши. И не нужно дышать огнем. Дыши энергией. Увидь тонким зрением тысячи, миллионы нитей, пронизывающих все окружающее пространство, слейся с ними, почувствуй себя абсолютно наполненным, а потом полностью опустошенным и еще раз, и еще…
Алексей, послушавшись наставника, задышал медленней и ровнее. На секунду ему показалось, что он увидел себя со стороны - стоящего на крыше таверны на второй день своего появления в Пороге, и направивших на него свои арбалеты стражников.
Ухмыльнувшись своим мыслям, он создал перед замеревшим Алексеем зеркальный щит, комбинируя свои земные знания и конспекты Седерика и, удовлетворившись полученным результатом, вдохнул, снова возвращаясь на каменный островок, плывущий где-то посередине озера лавы.
– Ты куда сейчас улетал? – не на шутку удивился Арт. – Не надо так делать. Ладно, с этим позже разберемся, а сейчас постарайся почувствовать пульс огня. Услышь его ритм, его сердцебиение…
Алексей послушно расслабился, обращаясь в слух.
Где-то вдалеке с грохотом взрывались вулканы. Вокруг их островка то и дело вспухали огненные пузыри и выплескивались фонтанчики раскаленной магмы. Раз за разом налетал суховей. Огни загорались то тут, то там. Огни пылали вдоль всего горизонта. Огни полыхали вокруг Алексея. Огни. Ог-ни. О-гни. А-гни. Аааа-гни.
Алексей не помнил сколько времени он провел под бой барабанов и стучащий в голове ритм «А-гни. А-гни. А-гни».
– А-гни, – прохрипел парень, распахивая глаза.
Вместо привычных голубых зрачков на Арта Скала уставились два маленьких солнца.
– Единение с огнем, – прошептал вольный, неверяще смотря на Алексея, – Великая Сеть! С первой попытки!
– Знаете, наставник, – хмыкнул Алексей, из его носа вырвался небольшой огненный язычок, – мне кажется я уже видел этот сон в детстве. Вот сейчас, когда он произошел на яву, я точно знаю, что это уже когда-то случалось!
– Охотно верю, – кивнул Скал, вновь принимая невозмутимый вид, – но на моей памяти еще не было мага, который бы не сумел уловить пульс пламени. Пусть со второй, с десятой, с сотой попытки, пусть не настолько хорошо, как у тебя, но каждый ощущал единство с этой стихией.
Наставник отвернулся от Алексея и уставился на горизонт, где с каждой секундой разрастался огненный гриб.
– Самое сложное – это почувствовать свой пульс и вернуться обратно, – Арт на мгновение окутался огненным коконом и, полыхнув напоследок, исчез.
– Вернуться обратно, говорите? – Алексей хотел было почесать затылок рукой, но вместо ладони увидел перед собой сгусток огня. – Ух ё!
– А-гни! А-гни! А-гни!
Казалось весь мир потонул в огне и полыхает в едином ритме. Даже огненный гриб увеличивался в такт дыханию Пламени.
«Черт возьми, что делать? Как отсюда свалить? Что значит почувствовать свой пульс?!» – мысли лихорадочно заметались в голове, то сталкиваясь, то спотыкаясь друг об друга.
– А-гни! А-гни! А-гни!
Алексей не вытерпел и вскочил на ноги, во все глаза наблюдая за приближающимся грибом.
– Что за?
Ног, как и рук тоже не было. Ниже пояса полыхал огромный факел.
– Я что, – Алексей, не удержавшись, нервно хохотнул, – ифрит?
– А-гни! А-гни! А-гни!
Тем временем каменная площадка, которая незаметно исчезала с каждым мгновением, уже почти ушла под магму, выступая над огненным покрывалом лишь на пару сантиметров. Алексей со страхом, перемешанном с любопытством наблюдал, как площадка становится все меньше и меньше, растворяясь в огненном озере и, не выдержав, подпрыгнул вверх.
Оставшийся кусок площадки размером с ладонь с бульканьем расплавился, а Алексей завис в обжигающем воздухе перед закрывшим горизонт огненном грибом.
– Мама! – выдавил из себя парень, ловля выпрыгивающее из груди сердце.
– Тук-тук-тук-тук-тук-тук!
Сердце билось загнанным зверьком, молоточками долбя по сознанию Алексея. А со всех сторон доносилось мерное:
– А-гни! А-гни! А-гни!
– Почувствовать свой пульс! – озарило парня и он, забыв обо всем на свете, сконцентрировался на своем пульсе, выводя его на первый план. Увеличивая его громкость, погружаясь в него.
– Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук!
В тот момент, когда парень услышал и почувствовал свой пульс, но ощутил и свое тело. И захлебнулся обжигающим ветром, набирая в легкие воздух для того, чтобы зайтись криком.
Болело все. Волдыри на плечах, обожжённое горло, сгоревшие ресницы, обугленные ноги…
По какому-то наитию, а точнее вспомнив эффектное исчезновение Арта, Алексей обернулся огненным коконом и через боль, жар и пекло сосредоточился на своем пульсе.
– Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук! Тук!