Чтение онлайн

Корабль империи давал крен, далекое могильное дно, выпростав водорослевые щупальца, цепляло за днище, тянуло в свои объятия. Бежать, впрочем, - пока не бежали. Верно, по той простой причине, что бежать было некуда. Факт из разряда парадоксальных! Город был по-прежнему наш, и ни одна тля в этих каменных джунглях, включая мэра с губернатором, не осмелилась бы поднять голос против Ящера. Однако атака продолжалась, и этот же самый город при молчаливом попустительстве окружающих поедал моих людей одного за другим. Поедал самым зловещим образом. Мы слышали чавканье и урчание желудка, хотя по-прежнему не видели едока! Тех сил, что оставались в наличии, было вполне достаточно, чтобы положить носом в землю любую из городских группировок, но в том-то и заключался весь фокус, что мы не знали в какую сторону поворачивать стволы, не ведали, какой враг кромсает нас с такой беспощадностью.

Пару раз звонил Костиков, дружелюбно интересовался здоровьем. Я отделывался шуточками, но, внутренне леденея, чувствовал, что разговаривает со мной вовсе не капитан. Возможно, названивал тот чертов чревовещатель, чьи вздохи я имел уже удовольствие слышать.

Однако, даже понимая это, вслух я произносил совсем иное. Духа на то, чтобы объясниться со звонившим открытым текстом, мне недоставало. А возможно, проявляла себя старая тактика. Ты знаешь что-то про соперника, а он об этом ещё не догадывается, - значит, преимущество на твоей стороне. Зыбкое, призрачное, но преимущество.

Хотя, очень может быть, что я себя попросту обманывал. Тем более, что проверенные правила все чаще давали сбой. Со мной играли по-крупному и с нескольких направлений одновременно. Наверное, мне только казалось, что я топорщусь и сопротивляюсь, - на деле все выглядело иначе. То есть, скорее всего - с самого начала события развивались по чужому сценарию: кинофильм, таможня, «Харбин», «синие»… С послушанием я исполнял чужую волю, теряя лучших помощников, не подозревая, что мало-помалу превращаюсь в марионетку. Впрочем, как оно все было на самом деле, мы не имели понятия и сейчас. Знали только то, что нас обложили со всех сторон и в сущности уже осторожненько щупали за кадык-Ближе к вечеру смерч накрыл наш квартал, но ничего жуткого не стряслось. Я бы не удивился, если в кабинет заглянули бы те, кого увидел в своих галлюцинациях Безмен, - кто-нибудь из окружения Стэка или Мороза, тот же бравый Паша-Кудряш или неукротимый Кора.

Однако ничего подобного не происходило. Напротив, стало даже как-то спокойнее. Орудийный гул стих, здание словно выстлали толстым слоем ваты, потянулась мертвящая тишина. Звон наполнял голову, вызывал непривычное желание встряхнуться, проскрести череп щеткой изнутри. Приближаясь к окнам, я подолгу застывал на месте.

Пространство продолжало скручиваться и вихриться - теперь уже в непосредственной близости от конторы. Марево кривило видимое, - припаркованные машины, прохожие и деревья дрожали и плыли размазанными акварельными пятнами. Лаже в собственном кабинете я не раз и не два фиксировал крохотные оптические аберрации. Гонтарь, кажется, тоже кое-что примечал, но внешне продолжал сохранять полную невозмутимость.

Его парни с кобурами под мышками неотлучно сидели возле дверей. Маленький телевизор развлекал их диснеевскими мультяшками, и до аберраций им не было никакого дела. Действительно, аберрация - не волк, не съест и в лес не уволокет.

Сам Гонтарь держал под рукой компактный «АК-СУ», из-за пояса у него торчала массивная рукоять «Гюрзы». Без сомнения моя нервозность сказывалась и на нем, однако, задачи Гонтаря были попроще - оберегать и охранять, не вдаваясь в метафизические подробности. Время от времени он обходил здание со своими орлами, по рации в алфавитном порядке проверял все службы, выглядывая в окна, контролировал движение «сладкой парочки». Наши «Чип и Дейл» были на месте. Кружась подле дома в простенькой «Оке», они по мере сил изображали любовный дуэт. Как всегда роль свою эти ребята разыгрывали безупречно, и можно было не сомневаться, что при первой же опасности крохотная машинка огрызнется огнем. Оскаленным и ощетинившимся зверем мы ждали необычного. Слюна капала с клыков, когти в нетерпении скребли землю, но ничего по-прежнему не происходило.

Наверное, уже ближе к пяти, привычно подняв жалюзи, я с облегчением убедился, что смерч освободил квартал полностью.

Марево пропало, вихрь отодвинулся в сторону. Мы были целыми и невредимыми. Рабочий день заканчивался, пора было отпускать народец по домам. Я высунулся в коридор, и, увидев меня, бритоголовые битюги бдительно встопорщились, энергичнее замесили челюстями импортную резинку. Дирол с ксили-том защищал их с утра до вечера, а они защищали меня. Гонтарь по моей просьбе в очередной раз задействовал сканирующую аппаратуру, проверяя здание на предмет всевозможных «ушей». Детекторы безмолвствовали. Можно было со спокойной душой выбирать якорь и отчаливать. Я сделал знак телохранителю, собираясь отдать соответствующие распоряжения, но в этот миг ожили все три телефона одновременно, а из хрюкнувшего селектора долетел обрадованный голос секретаря:

–  Босс!.. Они нашлись! Дин везет Безмена в офис, все машины с ним!

Чувствуя, как отчаянно кружит от счастья голову (а я испытывал в этот момент именно счастье!), я неспешно поднял одну из трубок. Попал, что называется, в яблочко, угадав сразу на Дина-Гамбургера.

–  Все в порядке, босс, - гулко пророкотал спецна-зовец.
– Малость, пришлось пошуметь, но, в целом, справились.

–  Как Безмен?

–  Икает, бедолага.

–  У кого вы его отбили?
– я устало присел в кресло.

–  У кого?..
– Дин странно усмехнулся.
– Надо думать, у молодчиков Врангеля.

–  Что? Какого ещё Врангеля?

–  Известно, какого! Барона. Петра Николаевича. Это ж его пушки весь день молотили. Да ещё танки английские подошли - каракатицы эти долбанные. Один застрял по пути, а остальные прорвались.

–  Танки?
– я ошеломленно стискивал трубку в руке.

–  Ну да… Там пулеметиков с каждого борта - аж несколько штук! Пришлось гранатками покидаться.

–  Подожди! Ты о чем говоришь?

–  Так обстановку докладываю. Вы же там, наверное, ничего не знаете, вот я и рассказываю. Наступление у них началось, со всех сторон прут. По железной дороге бронепоезда подкатили - с третьей Кубанской дивизией, а на Котлубани генерал Покровский хозяй ничает. Сволочь ещё та, хотя воевать, надо признать умеет. Народ гирляндами развешивает по всем горе дам. Его-то мы обошли, но с правого фланга Улагай налетел со своими пластунами. Едва отбились. Так что, думаю, не сегодня-завтра Царицын падет. Большевички совершенно деморализованы. Пачками отходят…

Меня начинало потихоньку трясти. Продолжая слушать, я протянул руку к соседнему аппарату, помедлив, поднял трубку. Вторая мембрана тоже донесла голос Дина, но этот Дин вещал совершенно об ином:

–  ..Короче, весь кодлан в сборе, босс. Натолкалось их там, как селедок в бочке. Не Таврический дворец, а базар-вокзал. Бузят, понятно. Знают, что манифестанты за Учредительное собрание. Только это все семечки. Там уже Дыбенко, так что все под контролем.

–  Какой, к черту, Дыбенко?!
– голос мой чуть не сорвался.