Чтение онлайн

– Да, господин! Слушаюсь!

Жженый долго смотрел на него, затем повернулся к затаившим дыхание подчиненным.

– Идет война. Я рассчитывал на вашу сознательность, но ошибся. Да. Моя ошибка. Нельзя было доверять вам больше, чем вы того заслуживаете. – На лице Жженого на миг появилась, а потом исчезла довольно жуткая гримаса. Он указал на труп. – Уберите эту дрянь. Ты и ты. Остальные – за мной. Тальпик?

– Да, господин.

– Внутренняя связь работает?

– Я снял блокировку.

– Ладно. Эй, шевелитесь, скоты! Расслабились! Тальпик, дай мне наших умников!

Двое подхватили труп и понесли его за руки и за ноги в сторону двери.

Умники – это, должно быть, ученые, работавшие в здании над настройкой системы мультисвязи. И которых хибо собирались взорвать вместе с их аппаратурой.

Джнахин скомандовал отход. Почему он медлил до сих пор? Кажется, охотница догадывалась. Капитан надеялся на возвращение Канни Офир, только по этой причине он так рисковал, теряя время. Конец был логичным – хибранийцы оказались отрезанными от Эки Доджон, а вскоре, даже при благоприятном развитии ситуации, их возьмут в кольцо. Наемники высыпали на площадку перед транслятором. Доп-Ма распределил своих людей. Десять отправились на запад, пять на восток. Асура сверилась со схемой – чтобы обнаружить хибо, им придется обогнуть транслятор и очутиться возле генераторов. У «Секир» пока есть шансы уйти незамеченными в лес; правда, чтобы попасть в зону эвакуации, придется сделать приличный крюк.

– Щелчок, – передал Фаррел, – слышишь?

– Да. Похоже, будет бой, капитан.

– Уходи немедленно. Направляйся в «лагерь». Как поняла, Щелчок?

– Поняла. Но как же вы?

– Мы направляемся на север…

Асура видела, как Доп-Ма развернулся к выскочившему из бокса Жженому и вытянулся в струнку. Возможно, бывший солдат. Наемник указал на здание транслятора. Доп-Ма козырнул и, взяв троих бойцов, потрусил туда.

– Я заминировала южный край площадки, турели начнут обстрел, как только я отдам приказ.

Это была неплохая идея. Джнахин одобрил.

– Шум отвлечет внимание от вас, капитан.

– Добро, Щелчок. Уходи, мы сами справимся, если что. – Фаррел говорил спокойно, словно о вещах, не относящихся к войне. – И осторожно, враг прочесывает периметр.

– Знаю. Встретимся в «лагере».

Капитан отключился от Эки.

– Приготовились. По моей команде.

Асура давно догадывалась, где может быть Офир. Вариантов не так много: либо она ушла в лес – только вот зачем? Вряд ли струсила. Либо находится внутри здания транслятора.

– Капитан, – подал голос Нойной Варад. – Мы понимаем, почему вы медлите, но нас могут окружить.

В этот самый момент наемники Доп-Ма пытались открыть дверь центрального входа. Они были буквально в нескольких метрах от хибранийцев.

Жженый рассудил правильно, что если нарушители здесь, они нацелились на аппаратуру. Асура ждала, когда напряженная тишина взорвется.

– Вы сами говорили, что вам нет дела до Офир и ее фокусов, – добавил Нойной. – Нам лучше поспешить.

– Знаю, – отозвался Джнахин. – Но сейчас мне тем более охота узнать, чего ради мы забрались в эту дыру.

Произошло то, что и должно было. Как только открылся центральный вход, раздался взрыв. Доп-Ма и троих его людей отбросило метра на два. Одновременно с этим на южном краю площадки раздалось еще несколько взрывов: сработали заложенные Эки заряды. После того как схлынула звуковая волна, стали слышны крики и стоны раненых. Спокойная ночь превратилась в ад.

– Уходим!

Ждать дальше не имело смысла, риск слишком велик. Группа снялась с места и направилась на север, к лесу. Позади застрекотали автоматические турели. Асура видела, как падают наемники. Кто-то получил порцию игловидных пуль и отправился к праотцам, кто-то залег за кучами мусора или стройматериалов. Наемники открыли стрельбу, полагая, что нарушители наступают с южной стороны. Жженый заорал в эфир, чтобы прекратили, но его не слушали. Охрана поддалась панике.

В десятке метров от здания транслятора начинался лес; хибо быстро достигли зарослей, где Фаррел приказал остановиться. Он не хотел давать врагу лишний шанс обнаружить их. Единственная возможность получить фору, пока Жженый не организует своих людей и пока сюда не прибудет подкрепление, – это следовать через «окно». Точно как с южной стороны, в северной зоне периметра тоже были проходы между зонами охвата датчиков.

Асура подумала, что все довольно удачно сложилось. Майор Батта не видел смысла брать мины со светокамуфляжным покрытием, а Джнахин настаивал. Победи в споре эмадинец, охрана бы давно заметила прикрепленные на видном месте заряды.

Пока капитан прокладывал маршрут по голокарте, «Секиры» залегли в зарослях. Асура пристроила ствол винтовки между кустами. Таг Ирган очутился рядом с ней, приставив приклад к своей щеке. Беспорядочная перестрелка продолжалась, но теперь, в основном, огонь вели турели. На схеме было видно, что взрывы и огонь уничтожили семерых охранников. Неплохой результат для боя, который, в сущности, еще не начался.

Асура готова была всадить пулю во всякого, кто появится из-за поворота здания, и чуть не сделала это. Мозг не сразу отреагировал на появление двух фигур, выскочивших изнутри.

– Это я, не стрелять! – Майор Офир. Не одна.

Таг Ирган ругнулся. Эмадинка захватила трофей – он шел, спотыкаясь, и не мог видеть, что под ногами, из-за мешка на голове. Руки пленного за спиной сковывали наручники.

Канни добежала до зарослей и вломилась в них, заставив наемников расползтись в стороны. Человек, которого она вывела из здания, упал мешком, замычав от боли.

– Что вы творите, госпожа майор? – прошипел Фаррел, оторвавшись от коммуникатора.

– Свою работу, – сухо отозвалась Офир. – Думаете, я всю жизнь мечтала присматривать за вами и подтирать ваши сопли?

– Потише, майор, – бросил Зетам Ратьес. – Никто не оскорбляет нас или нашего капитана.

– Я и не стремлюсь, – пожала плечами эмадинка, выуживая цепь из кармана и пристегивая ее одним концом к своему поясу, а другой – к наручникам пленного.

Асура посмотрела на человека, лежащего на боку. Он тяжело дышал.

– Почему вы не сказали мне? Я командую операцией. – Фаррел злился. Никто не оскорбляет капитана, Ратьес прав, а то, что проделала Офир, и было оскорблением.

– Не хотела мешать, – ответила Канни.