Шрифт:
Пролог
Рад представиться, меня зовут Рингольд. И я действительно рад.
Не смотрите на мою постную рожу, ведь я ещё живой, значит, рад — и не иначе!
Думаю, с чего бы начать, естественно, с самого начала, вот только, что стало точкой отсчета? Однажды в студеную зимнюю пору… Шучу или пытаюсь, издержки профессии, черт возьми.
Отправной точной в этой истории был ночной клуб «Экселент». Где я, молодой, горячий, ага уже тридцать, а в голове детство все играет. В общем, в компании товарищей решил культурно отдохнуть. И отдохнул на свою голову.
Подцепил девочку. Да какую на хрен девочку! Одним словом, шалаву какую-то. Чтоб она сдохла, тварь! Хотя, скорее всего, уже. Так вот, как оказалось, подцепил я не только ее, но и кое-что похлеще. Нет, не сифилис и не другое милое заболевание, уж лучше бы их, чем то, что вышло. Да целый букет лучше, чем СПИД!
Увы, на работе периодически приходилось проходить обследование. Нет, не ментом был и даже не военным. Банковским работником, долги, по сути, выбивал, культурно, без перегиба. То есть ствол в рот не засовывал!
Интеллигент туды-сюды, но относился к службе безопасности.
В общем, на очередном обследовании все это вскрылось, и меня попросили, вежливо так. Пиши, мол, заявление и катись куда хочешь.
А дальше пошло все туда, куда Макар телят не гонял. Друзья отвернулись, помощи ждать неоткуда. Пришлось продать «честно» заработанную квартиру, деньги в обмен на жизнь. Таблетки, лечение, все без толку. Родители? А что родители? Вот кому по-настоящему было плохо. Старики, других детей нет, да и не будет уже. Своё жильё продать хотели, но я не позволил. Мне уже не помочь, а они могли на улице остаться. Еле отговорил, сопротивлялись до последнего. В общем, дача, речка и птички. Как же чертовски хотелось жить, хоть вой. Я и выл!
В одну из августовских ночей прихватило меня прямо в беседке. Больно было, мамочка! А жить хочется, вот ещё бы глоточек, ещё один через боль! И я уж думал, все, вот и приплыли. Морально готовился увидеть невыносимо яркий белый свет, или как там загробную жизнь описывают, но ничего подобного. Была лишь боль, непрекращающаяся, жуткая. А потом я сам до конца не понял, что произошло: врата открылись, или чакра в каком месте заиграла. Но я почувствовал чужое желание умереть, сдохнуть, уйти, а сам жить хочу! Кажется, я кричал, что не готов был вот так все закончить. А дальше? Да что дальше, то ли умер, то ли сознание потерял.
Глава 1
Приходил в себя я не спеша с ощущением дикой боли, будто меня выворачивали наизнанку. Знаете, как будто спишь, но вот-вот проснешься. И не пошевелиться, и глаза не открыть. Меня как будто разрывали: медленно, с чувством, с толком, с расстановкой, — потом вновь собирали, и так по кругу. Мысли текли вяло, но тут я услышал или почувствовал, что «скоро все закончится, терпи».
Я и терпел, но боль все не проходила: то отпускала, то накатывала вновь, — все волнами. Не знаю, сколько времени так прошло, но в какой-то момент голова начала проясняться, как будто стало светлей, пусть и ненамного.
— Эти дети Исиды наворотили дел, что б им икалось в посмертии.
— А ты кто? — не сумел произнести, а лишь подумал я.
— Кто-кто, ты моя кровь, одно из моих продолжений, много семени я расплескал в свое время. Я твой предок.
— М-да, вот и крыша поехала или поскакала, свой личный таракан. «Предок», вот оно как, — даже в посмертии чувство юмора осталось при мне.
— Заткнись, щенок, совсем распустился. Брошу на хрен всю работу — и сдохнешь в муках, как и должен был.
— Прости, прости, — поспешил я извиниться, ощутив некоторое раскаяние перед невидимым бестелесным собеседником. Может, это и не галлюцинация вовсе — старался человек, а я не проявляю должного уважения.
— То-то же, — прошептал голос, и боль прошла, однако пошевелиться я так и не смог. Даже тела не чувствовал, как будто его и не было.
— Ну что ж, ты жив, как и хотел.
— Хорошая новость, — хоть и мысленно, но я улыбнулся, мог бы шевельнуться — пошел бы в пляс, не каждый день узнаешь, что ты выжил, а не сдох, как собака в подворотне.
— Вот только не все так весело, за все надо платить!
Рано обрадовался, похоже. Умеет же «Предок» настроение испортить, чуть что — за все надо «платить». И чем же я заплатил?
— И какова плата? — все веселье быстро испарилось, уступив место волнению и даже страху.
— О, она не так велика, как могла быть. Ты всего лишь теперь не человек, — «предок» произнес это с каким-то глумлением. Словно смаковал мое испуганно встревоженное состояние.
Мысли в голове побежали, как стадо напуганных антилоп, кто же я, если не человек: таракан, белочка, червяк, — кто?!
— Да что ж ты так пугаешься, как девка хер впервые увидавшая? Подумаешь, не человек, а мутант? Ничего страшного, всяко в жизни бывает.
Я так и решил его про себя назвать «Шепот».
— Что значит, мутант, как черпашка-ниндзя, что ли?
— Не знаю, что это за черепашки. А твое тело всего лишь пытались усовершенствовать, привить свойства, которыми ты не обладал. Правда, криво-косо, да и не до конца процедуру провели, такое ощущение, что специально. Думается мне, сдохнуть тебя оставили, мало кто такое переживет, — донесся ответ Шепота.
— И как на мне это отразилось? — я мысленно содрогнулся, перед внутренним взором промелькнули картины одна страшнее другой.
— Стал сильнее, выше, быстрее, иммунитет к ядам, регенерация тканей выше — и так, по мелочи. Да и я постарался, так что стало еще лучше. Прям мечта! Бесплоден, что еще? А, эмоции попытались затереть, но я их, конечно, приглушил, раз это делали, значит, не просто так, но все же они будут.
— Спасибо, хоть живой остался, — подумалось мне.
— Обращайся в случае чего. Шучу, свои проблемы решай сам, делать мне нечего, как твоим спасением заниматься. Для первого раза было, конечно, увлекательно, но я найду занятие интересней, — пробурчал Шепот.