Шрифт:
Павел ВОРОНЦОВ
ПОХОД
А мы все пробираемся к радуге
Мертвыми лесами да хлябью болот
По краям да по самым по окраинам
И куда еще нас бес занесет...
(К.Кинчев.)
Никто ныне не знает, кем был тот человек - великим ученым или злодеем, святым или сумасшедшим. Но он пришел в город, теперь некому помнить, как он назывался и где, пришел и сказал: люди, я знаю где живет Смерть. Идемте со мной, мы расправимся с ней навсегда.
И не важно, как он пришел в город - в парчовом ли халате или в рубище, по дороге мощенной желтым кирпичом или по песку - важно, что он пообещал победить саму Смерть. Нет никого, кого люди боялись бы больше, ведь она имеет над ними власть, все же остальные людские властители имеют лишь то, что они имеют через Ее посредство. Он сказал - путь в страну, где живет Смерть, лежит под мостом радуги. Пройдем под ним и победим.
Так начался Поход.
И, видимо, человек тот был озарен огнем благородного безумства, раз многие вняли ему. И брат оставлял брата, а муж - жену, и отец - сына, а сын - отца. "Предатели" - говорили те, кто уходил, остающимся, и нечего было ответить последним, ибо правда в том, что все люди желают бессмертия.
Долог был Поход. Мост радуги манил людей за собой, так продолжалось годы и века. Многие умерли в пути, ведь был он тяжел, но всегда на место павших приходили живые. Весть о Походе разошлась далеко, и везде, через какой бы город Поход не проходил, к нему присоединялись новые и новые люди. Те, что видели далекий свет радуги и хотели пройти под ней, что бы сразится и победить Смерть.
И нашлись верные, и нашлись малодушные. И первые отдавали за Поход свои жизни а вторые призывали остановиться и повернуть назад, и их убивали. У Похода была цель, благая цель, а что такое маленькая человеческая жизнь, если у нее нет цели?
Пищу идущим давали те, через чьи земли пролегал Поход, а когда не давали - брали силой. Несколько смертей не стоят бессмертия.
И так было тысячи лет.
Так продолжается и по сегодня. Поход все идет и несть ему конца. Кто знает, в чей город входят сегодня его глашатаи? Быть может в твой. Но никому не удалось еще достичь подножия радуги. И будет так еще долго.
А Смерть... Смерть смотрит на Поход и смеется. И берет свою дань, как взяла в свой черед и человека, начавшего Поход. Ибо она - Смерть, а они смертные, и кто иной им судья?