Поход
Шрифт:
Я с самым решительным видом направился к выходу. В самых дверях меня настиг вопрос Хромого:
— А как же золото таскать?
— Пока начинайте без меня. Я позже присоединюсь. Не забывайте про то, что нужно сохранить Карибы в тайне! Предупреждаю на тот случай, если захотите перетащить туда дополнительных помощников.
— Это мы помним, — пробормотал Сиплый. — С мешками на головах телепортировать будем. Содер, а ты…
Это были последние слова, которые я расслышал. Взобравшись по лестнице на первый этаж, я пересек кухню и общий зал, подмигнув попавшейся на пути Герде. Та зыркнула на меня недовольным взглядом, и тут же потеряла ко мне интерес, направившись в прилегающую к кухне коморку, где обычно отдыхали девчонки-официантки.
Ох, чувствую, кого-то там ждет нагоняй!
Выскочив на улицу, я повел носом. Услышал запах свежеиспеченного хлеба, перемешанный с отвратительно-сладковатыми нотками свежевылитых в выгребную яму помоев, поморщился и поспешил прочь. Живот жалобно заворчал, напоминая о том, что наступило время обеда. поддавшись его уговорам, я свернул в один из маленьких трактирчиков, которых было по несколько штук на каждой улице. Все они скромно прятались на первых, а иногда и на вторых этажах, занимая, как правило, небольшие двухкомнатные апартаменты. Одна комната, меньшая по размерам, отходила под кухню, вторая, бОльшая, использовалась в качестве обеденного зала.
Такие трактирчики имели большую популярность у всевозможных клерков, коих в Гардаграде было на удивление много. Прочий люд, среди которого были рабочие, извозчики, уличные торговцы и им подобные, такие трактирчики не посещал, обедая тем, что было прихвачено из дома.
Выбранное мною заведение гордо называлось «Лучший на улице» и имело шесть столиков, пять из которых были заняты. Я скромно присел за шестой. Ко мне сразу подошла миловидная девушка и с доброй улыбкой приняла заказ. Минут через пять она вернулась и выставила передо мной пару тарелок и большой чайник.
— Эй! — возмутился бородатый мужик за соседним столиком. — Лайза, какого демона? Мы уже двадцать минут ждем заказ, а этот хмырь только пришел, и ему уже все вынесли!
— Известные личности обслуживаются вне очереди, — отрезала девушка, смерив меня приветливой улыбкой.
В душе у меня посветлело и настроение подскочило вверх еще на пару пунктов. Меня уже узнают даже на улицах и в трактирах, среди массы других людей. С одной стороны, мы с Содером всеми силами избегали популярности, но с другой… Это было чертовски приятное ощущение!
Я придвинул тарелку к себе, взял ложку и улыбнулся Лайзе в ответ.
— Какие такие известные личности? — продолжал качать права бородач.
Должно быть, он не видел, как я шел вместе с Хромым и Содером по перекрытым улицам. Ну, ничего. Сейчас его Лайза просветит.
— Ну, как какие? — девушка не спускала с меня глаз, чуть ли не с любовью наблюдая, как я беру ложку и погружаю ее в суп. — Те самые, что организовали незабываемый день всему Шестому участку.
Ложка с супом застыла на полпути ко рту.
— А-а-а-а… — понимающе протянул мужик. — Тот день, когда у тебя вся свадьба обделалась? И ты со своим женишком тоже.
Товарищи бородача тихо загоготали.
— Именно, — улыбка Лайзы стала елейной, но вот глаза…
Глаза у нее стали злыми-презлыми.
— Помню, помню, — мужик отвернулся. — Такие дни потом на всю жизнь запоминаются.
Я вернул ложку в тарелку и поднялся.
— Что же вы не едите, господин Гарет Плевакус, студиоз первого курса Академии магии? — поинтересовалась Лайза.
Нет, все-таки популярность это не мое.
— Вы знаете, я как-то расхотел, — выдвинув ногой стул, я вышел из-за стола и попятился к входной двери. — Совсем что-то с аппетитом в последнее время.
Лайза подхватила тарелку с супом и сделала недвусмысленный шаг ко мне.
— У меня из-за тебя жизнь разрушена! — сдавленно прошипела она.
— Но-но-но! — запротестовал я, продолжая сдавать назад. — В ваши-то годы, девушка, жизнь только начинается! Если с одним не получилось, то и не судьба! Другой предложение сделает!
— Другой? Весь район только обо мне и говорит! Все бабки каждый вечер кости перемывают! С подробностями! В белом платье была, и вся… — Лайза застонала. — Кому я теперь нужна? Может, ты на мне женишься?
— Я могу только по любви, — помотал головой я. — По большой и искренней! Иначе не могу!
Девушка остановилась и опустила тарелку. Значит, есть шанс, что она в меня не полетит.
— Тогда компенсируй затраты на свадьбу!
Я торопливо сунул руку в карман и нащупал пять золотых монет. Ровно на столько расщедрился Содер, выделив из нашего с ним общего фонда благосостояния на недельный отдых. Живущая во мне жаба протестующе квакнула.
— Компенсируем! — я достал руку из кармана, оставив монеты на месте. — Обязательно компенсируем!
— Правда? — растерялась Лайза.
— Конечно! Да так, что все ахнут! — присутствующие в трактирчике посетители дружно повернулись в нашу сторону, желая своими глазами лицезреть необъятные горизонты моей щедрости. — Но не сейчас! Пока денег нет. Но ты держись!
Не став дожидаться реакции той фурии, в которую превратилась миловидная девушка, я выскочил на улицу и чуть не бегом устремился к Академии. Желудок что-то тихо буркнул, робко постучав по позвоночнику.
— Потерпи, друг. В Академии тебя покормлю. Там абитуриенты всякие есть. Столовая работает…
Как и ожидалось, на прилегающей к Академии улице я обнаружил множество самых разнообразных карет. Их количество было заметно больше, чем в прошлом году, когда поступали мы. Непосредственно около ворот учебного заведения творилось настоящее столпотворение из многочисленных родственников абитуриентов, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы добраться до калитки. Есть подозрение, что если бы не мой медальон студиоза, который я специально повесил на грудь, то протиснуться сквозь толпу мне бы не удалось.