Чтение онлайн

– Но началось это сразу по приезду в Знойный, ведь так?

– Кажется, так. То есть, это не первый мой визит в Знойный. Я выступал здесь и раньше, но тот концерт... Понимаете, я вышел к роялю и вдруг с ужасом понял, что не умею играть. Совсем! А ноты... Я смотрел в них и чувствовал себя годовалым ребенком. Вы не поверите, но я чуть было не шлепнулся в обморок. Представляете? В зале тысячи зрителей, оркестранты готовы и ждут сигнала, а я...

– А вы, если можно так выразиться, не совсем в ударе.

– Да нет. Пожалуй, что хуже. Когда нет настроения играть - это одно, а то что я испытал в те минуты... Впрочем, вам этого не понять.

– Почему же?
– я чуточку обиделся.- Что ж тут непонятного? Творческая анемия, провал в памяти и как следствие - эмоциональный шок. Интереснее другое, маэстро, когда все снова вернулось к вам. Или вы этого не помните?

– Отчего же.. Недели две тому назад. Я как раз переехал в Царицын,там у меня знакомый врач. Мы провели сеанс медиосна, и через пару часов я уже работал за роялем.

"Чушь!" - мысленно сформулировал я.- "Медиосон еще никому и никогда не помогал..." Скосив взгляд в сторону скорпионов, я обнаружил, что они явно заинтересовались нашей беседой. Привстав на своих многочисленных ножках, они глазели в нашу сторону и что-то явно про себя прикидывали. Я удивленно шевельнул бровью. "Нет, братцы-отравители, так мы не договаривались!.." На всякий пожарный я окинул внимательным взором диван, на котором мы сидели, и пушистый ковер на полу. Ни один из насекомых-диверсантов в поле зрения мое не угодил.

– Значит, я так понимаю: теперь у вас все в порядке?

– В полном! Играю лучше прежнего. И даже затрудняюсь предположить, что же все-таки произошло в тот раз.

– Скажите... А может, вы кому-то крепко насолили?
– я с надеждой прищурился.- Ну, вы понимаете меня - какие-нибудь конкуренты, завистники? Или брат вашей невесты публично поклялся отомстить вам за поруганную честь сестры...

– Что?
– от изумления он даже подпрыгнул на диване.- Брат моей невесты? О ком это вы?

– Вот и мне бы хотелось это выяснить. В конце концов вам могли чего-нибудь подсыпать в питье.

– Какое питье?

– Ну, например, виски. Двойное и с содовой. Или коктейль...

Он неожиданно хрюкнул и залился щебечущим смехом. Версия моя не прошла, это было ясно. Я глядел на него с нескрываемой досадой, и отчего-то мне казалось, что я снова слышу звучание фанфар. Скорпионы на кактусах обеспокоенно зашевелились и неуверенно двинулись к нам. Скрежет фанфар был ими воспринят, как вызов. Отсмеявшись, композитор ткнул в меня пухлым пальцем.

– А вы, я вижу, любите детективы!
– он улыбался.- И не пытайтесь отпираться!

– Что ж, люблю,- честно подтвердил я.

– Правильно,- он радостно закивал.- Иначе ни за что не стали бы говорить об отравителях и конкурентах. Очнитесь, молодой человек! На дворе двадцать первый век, не за горами двадцать второй. Какие в наше время завистники?

– Но что-то ведь с вами стряслось!
– упрямо пробурчал я.

Композитор озадаченно заморгал. Зажмурившись, вдруг выбросил вперед руки и с немыслимой скоростью пробежался пальцами по невидимым клавишам. Я невольно залюбовался. Это показалось мне интереснее его симфоний. Вихрь точных беззвучных ударов... Успокоенно распахнув глаза, он виновато улыбнулся.

– Извините. После того случая иной раз накатывает. Кажется, что вот-вот все повторится.

– Понимаю,- я, нахмурившись, уставился на распахнутую дверь репликационной кабины. Мысль не успевала за подсознанием, мчась по темному извилистому тоннелю интуиции. Кажется, ожил мой внутренний голос. Я не был еще уверен,- свет маячил далеко впереди. Бутылка, яйцо, горсть скорлупы...

– Скажите, вы всегда пользуетесь репликаторами?

– То есть?
– он даже удивился.- А чем еще прикажете пользоваться? Сегодня у меня Знойный, завтра Свердловск, Мадрид, Вашингтон... Не по железной же дороге мне кататься!

– Но есть еще флаеры.

– Благодарю покорно! Все эти взлеты, падения, посадки, может быть, подходят более юным дарованиям, но только не мне.

– Значит и в Знойный, и в Царицын вы перемещались одним и тем же способом?
– я уже поднимался.

– Разумеется!

Склонившись над толстеньким композитором, я с чувством пожал ему руку.

– Кажется, вы действительно мне помогли!

Он проводил меня до кабины непонимающим взглядом. Прежде чем шагнуть в репликатор, я сердечно улыбнулся сочинителю симфоний.

– Помните, я сказал, что ваши фанфары - это нечто неописуемое? Так вот - знайте, я сказал вам правду!

– Спасибо,- он просиял.- Удивительно, что вам с вашей профессией это настолько понравилось...

– Не думайте о нас плохо! Сыщики тоже люди,- я проследил за маневрами скорпионов.- Кстати, не задерживайтесь здесь. Похоже, эти таракашки тоже питают к вам симпатию.

Репликация!..

Слово сияло и переливалось в моем мозгу всеми цветами радуги. Вот, что заставляет яйцо выскакивать из бутылки! Содержимое пропадает,остается скорлупа, блеклая оболочка...

Одно было непонятно. Неужели шеф догадывался обо всем с самого начала? Хорош же он гусь после этого! Да и я хорош! Конкуренты, химия, отравители... Да чтоб все это было, нужно лет этак на сто, а то и поболе вернуться в прошлое. Сегодняшний криминал в дефиците, и мы ревниво рвем его на части, не взирая на то, что в основном он глуп, безобиден и скучен. Кто-то за чем-то не уследил, где-то над кем-то подшутили - и шутка оказалась неудачной... Тем не менее это являлось нашим хлебом, и чья в том вина, что из-за отсутствия серьезных дел мы порядком поглупели и обленились? Ажахян был прав на все сто, утверждая, что мы любим детективы. А что нам еще любить? Это наш главный и по сути единственный способ накопления следственно-криминальных знаний - опыт, без которого никуда. Что тут еще можно сказать? Увы, и трижды увы...