Погасшее солнце
Шрифт:
— Ну, в таком случае жду вас сегодня вечером, — сказал профессор и напоследок проводил ученицу взглядом до двери. Когда она исчезла, он с грустью вздохнул, и вновь обратив свое внимание к склянкам, рассуждая о том, что иногда вот такие вот на первый взгляд «невидимки» способны на многое.
***
В женском туалете на третьем этаже было неимоверно душно. Марлин лениво взмахнула палочкой, пытаясь вспомнить хоть одно подходящее заклинание для этого случая, но потерпела фиаско. МакКиннон бесстрастно посмотрела на свою соседку по подоконнику и вновь сделала затяжку. Уже скоро должен быть обед, но прежде, чем спуститься в Большой зал, она и Каролина Эйвери — ученица седьмого курса факультета Слизерина, девушка одного из самых популярных парней школы, а именно Джеймса Поттера, да и просто главная стерва школы, решили покурить перед едой. Каролина, заметив эту улыбку, так же слащаво ухмыльнулась в ответ, показывая тем самым свои идеальные белые зубы. Кем они являлись друг другу? Определенно было то, что они не являлись друзьями, а сама МакКиннон не выступала против девушки исключительно по двум причинам: первая заключалась в том, что переходить ей дорогу в одиночку — опасно, а вторая…ей было просто комфортно с Эйвери. Не надо было строить моральную девицу с добродушной улыбкой, а наоборот, можно показать всю гниль своей души.
— Сегодня меня вызвал к себе Слизнорт, — Каролина выдохнула колючий дым в лицо девушки, на что последняя невольно нахмурилась, выпуская бычок из своих пальцев и раздавливая его каблуком недешевых туфель.
— И что же? — без капли интереса спросила Марлин, поправляя складки на мантии и смотря безразличным взглядом на Эйвери.
Каролина перевела взгляд на подругу и, театрально закатив глаза, заговорила голосом, который уж больно сильно смахивал на голос Гарация Слизнорта:
— Признаться, я не ожидал от Вас, мисс Эйвери такой выходки. Но, поскольку, вчера вечером Вы вместе со своей подругой проникли в мой кабинет и устроили настоящий вандализм, то извольте прийти сегодня на отработку, — фыркнув, она вновь принялась курить.
МакКиннон ядовито улыбнулась, вспоминая, как они под покровом ночи гуляли с Эйвери, смеясь, блуждали по безлюдным холлам Хогвартса, а потом случайно наткнулись на кабинет Слизнорта. Они, конечно же, не хотели разрушить его лабораторию, а просто вытащить Оборотное зелье, которое как раз нужно было Мародерам, а тут выпал такой шанс! Но неуклюжая по жизни Марлин одним движением руки случайно смахнула половину склянок и подняла такой шум, что наверное Филч от радости чуть коньки не отбросил. Однако настиг их далеко не противный завхоз, а сам Слизнорт, который, оказывается, сидел в соседнем кабинете. Марлин тяжело вздохнула, предчувствуя смертельную скуку, а потом взглянула из-под опущенных ресниц на Каролину. В последнее время ей начинало не нравится то, что она господствует в Хогвартсе, да и вечная улыбка на этих алых устах раздражает. МакКиннон улыбнулась в ответ Каролине, про себя думая, что она может положить конец ее правлению.
***
Время близилось к шести. Замок отчасти опустел, что для Лили было явным преимуществом. Лишний раз на глаза показывать не хотелось. Хотя, кто обратит на неё своё «драгоценное» внимание? Эванс нравилось быть изгоем. Для нее это лучшая участь, что могла бы с ней случиться. Однако Лили верит, что когда-нибудь она встретит такого человека, которой понял бы ее без слов. И вот тогда она оживет. Проснется и станет, как раньше. Доброй, веселой… Но почему-то с каждым годом, эта мысль увядает как цветок, который долго не поливали.
Лили остановилась и тряхнула головой. И без того паршивое настроение, а она еще добивает себя мыслями. Наверное — это просто ее кредо, стиль жизни что ли. В ее глазах всегда было понимание всех проблем, ее мысли, но, почему-то, этого никто не видел. В этом мире люди многого не замечают. Они не видят из-за своего эгоизма, им наплевать, для них ты — никто. Ничтожество. Ноль. У нее были чувства, идеи и планы, однако это никого не интересовало. На нее не обращали внимания, хотя, наверное, это лучше, чем издевательства.
Девушка прискорбно поджала губы и быстрым шагом дошла до класса. Неслышно отварив дверь и убедившись, что в классе никого нет, она положила сумку и принялась выполнять задание: класть склянки и ингредиенты в шкаф, а также отмывать котлы.
«Весёлое, однако, дело. И что-то помощники не спешат…», с иронией думала Лили, старательно вымывая склянки и котлы, а затем, вытерев их, прятала далеко в шкаф. На мгновение остановившись, она пустым взглядом прошлась по окрестностям Хогвартса и подумала, что все же ее школа — намного лучше, нежели дом, где ее не ждет никто. Родители уже как два года разбились автокатастрофе, а Петуния, ее старшая сестра просто ненавидит Лили. Она всегда считала, что они разбились из-за нее, что это она виновата в их смерти и это всегда неимоверно обижало младшую Эванс. Мысли Лили резко прервал скрип двери. Повернувшись, она увидела, что в класс зашла Каролина Эйвери и Марлин МакКиннон, местные популярные звездочки.
Посмотрев по сторонам, Каролина небрежно бросила сумку на пол и улеглась на парту. Увидев этот жест, МакКиннон картинно закатила глаза и, оглядев Эванс с ног до головы, лукаво подмигнула девушке. Лили на секунду опешила и забыла, что у нее в руках серебряный котелок, отчего последний со звоном приземлился на пол. Эйвери недовольно поморщилась и посмотрела на Гриффиндорку таким взглядом, который так и кричал в лицо о том, насколько Эванс тупая.
— Ну, что стоишь или палочкой пользоваться не умеешь? — прожигая ее взглядом, спросила Эйвери.
— Оставь ее, Каролина, — насмешливо возразила Марлин, заинтересованно оглядывая рыжее чудо со всех сторон.
— Хотя, зачем тебе, собственно, палочка? Ты же грязнокровка, такие, как ты, здесь учиться не должны, так что проваливай, пока не поздно, — не обращая внимания на Марлин, сказала Каролина, раздраженно прикрыв веки.
Лили, молча, выслушала ее. Больно. Было очень больно. За что к ней такое отношение? В чем она виновата? И дело же не в ее словах…как к ней относятся? Как к дерьму, если не хуже. А ведь она такая же, как и они. Возможно странная и ненормальная, но у нее есть глаза, руки и все то, что делает людей похожих на людей.
На смену боли пришла ярость. Не думая о последствиях, она выпалила:
— А таким, как ты, прямиком дорога в Азкабан!
Лили сама остолбенела от своей наглости, а посмотрев на Каролину, волна страха прошлась по рукам. В ее глазах читалось недоразумение и шок… Повернувшись, Эванс пулей вылетела из класса, при этом сильно задев Каролину плечом, из-за чего та отшатнулась в сторону, зацепившись за стул. Она что-то прокричала в след, но Лили, не останавливаясь, шла вперед. А в голове только одна мысль:
«Что же ты наделала, Эванс?!»
========== Глава 3 ==========
— Сегодня полнолуние, Господа, — тихо сказал Сириус, хотя все и так это знали. Римус, как всегда виновато опустил голову, ему стыдно, но только за что? Питер похлопал его по плечу, однако в глазах так и читалось: «Бедняжка».
Бедняжка, возможно, это не самое лучшее слово, чтобы охарактеризовать его состояние, но почему-то другое не подходило. Римус думал, что Мародеры отвернутся от него, когда узнают его секрет, но он ошибся, очень сильно ошибся, ведь эта тайна, одна-единственная тайна сплотила сердца верных друзей. Иногда, Сохатый рассуждал о том, кого это носить на плечах такую ношу в одиночку? Кого это смотреть на себя в зеркало и понимать, что ты опасен для общества? Хотя, на благо и по приятному стечению обстоятельств, Римус Люпин был не один. У него были Мародеры.