Подруга
Шрифт:
— Странный у тебя маршрут, — удивилась Тхар. — И до столицы и обратно ты за неделю никак не успеешь, это я тебе гарантирую.
— Я не в столицу, — покачал головой Радег, откидываясь на спинку стула и потягивая отвар — запеканки больше не было. — Я не совсем обычный купец, — орк таинственно замолчал. Но девушка напротив приподняла бровь с таким скучающим выражением, что он вздохнул и продолжил: — Я вожу заказы. Достаточно дорогие.
— Ну и что? — равнодушно поинтересовалась Тхар, хотя внутренне её уже тошнило от самоуверенного парня, который считает, что она должна ему пасть в ноги, или скорее, повиснуть на шее, только из-за того, что содержимое его обоза в два раза дороже любого другого. Нашёл, чем годиться!
— Ну и то, что я выполняю определённые заказы. Допустим, сейчас везу мебель из сейкальского дуба в усадьбу одного графа, а усадьба эта по дороге в столицу, — немного резко отозвался орк, раздосадованный тем, что ожидаемое впечатление произвести не удалось.
— Богато живёт граф, — пожала плечами Тхар. — Если целый обоз мебели может себе позволить.
Орк хмыкнул.
— Нет, в обозе только две повозки с его мебелью. Такие, крытые, высокие. Может, ты заметила…
— Не обратила внимания, — честно ответила Тхар и снова расстроила орка полным равнодушием к его персоне и занятиям: — Радег, мне идти пора. Так что тебе, думаю, самое время седлать Шесха и ехать к твоей мебели и прочим частям обоза.
Орк вздохнул и поднялся:
— Ладно, раз гонишь…
— О, если б ты ехал на юг… — проникновенно сказала девушка, прекрасно осведомлённая о том, что орк движется в противоположном направлении. Тоже встала и ещё шире распахнула и так открытую дверь в недвусмысленном намёке: "на выход!".
Радег неожиданно торжествующе ухмыльнулся, подошёл и насмешливо глянул на девушку сверху вниз:
— А я обратно поеду на юг! Значит, всё-таки хочешь ещё раз меня увидеть?
Тхар фыркнула и вышла первой.
— А иначе с чего тогда про юг заговорила? — спросил ей в спину орк с таким удовольствием, что Тхар не выдержала.
Нахальный орк бесил её с первого же момента его появления на усадебных землях. И сейчас Тхар развернулась и резко ответила, глядя в глаза опешившему от выражения неприкрытой злости на её лице Радегу:
— С того, что уже не знала, как от тебя отделаться! Знал бы ты, как я ненавижу подобных самовлюблённых нахалов, которые являются без приглашения, в святой уверенности, будто им рады! Которые считают, что стоит им свистнуть, и любая девушка побежит за ними! А если не купится на их смазливую морду, так всегда можно упомянуть деньги и близость к титулованным персонам! А про юг я заговорила, потому что я пойду на юг! На настоящий юг, до самого Краевого мыса! Туда, где ты никогда не бывал и куда никогда не попадёшь! Потому что всю жизнь будешь возить мебель для графов и считать чужие деньги!
Тхар крутанулась на месте так резко, что короткая левая коса хлестнула её по щеке. Девушка, ещё более раздосадованная неожиданной болью, быстрым шагом пошла в конюшню — обниматься с Дружком. Она уже понимала, что поступила некрасиво, но ни одного слова не взяла бы обратно. В своих странствиях она не раз попадала в неприятные ситуации, и со временем у неё выработалось устойчивое отвращение к избитым приёмам доморощенных обольстителей. В основном, ей удавалось отшутиться или ускользнуть, но тут, дома, она не выдержала.
— Вот хотя бы Ллио взять, — жаловалась она шёпотом Дружку. — Он вообще меня смущался! Да даже того же Гарраша вспомнить — это я его соблазняла, а не он меня! А этот…
Тхар услышала, как открывается створка ворот в конюшню и вздохнула, выпрямляясь. Ей не хотелось, чтобы кто-нибудь из работников застал её в расстроенных чувствах, поэтому она глубоко вдохнула и медленно выдохнула, стёрла с лица всякое выражение и вышла из стойла.
У входа, неуверенно придерживая рукой норовящую закрыться створку, стоял возмутитель спокойствия.
Из расстроенной Тхар мгновенно превратилась в боевую и выразительно покосилась на оставленные кем-то из работников грабли.
— Ой! — ненатурально испугался орк. — Кажется, мне пора спасаться бегством — вон там ещё серп рядом с тобой висит!
Тхар машинально посмотрела на указанное орудие мести, потом на орка и засмеялась. Радег улыбнулся и подошёл ближе.
— Извини, — сказали они оба одновременно. Тхар удивилась:
— Ты-то за что извиняешься?
— За слепоту, — усмехнулся орк, а Тхар отметила, что без самовлюблённой усмешки его лицо гораздо приятней. — Мне сразу следовало догадаться, что ты… — орк отвёл взгляд, — не обычная… ммм… селяночка…
— А ты у нас знаток селяночек? — поинтересовалась девушка с намёком.
Радег снова перевёл взгляд на неё, чуть насмешливо улыбаясь:
— Ты мне понравилась.
— А ты мне — нет, — хмыкнула девушка, мгновенно посерьёзнев. — Мы, может, ещё и могли бы подружиться, если бы ты не приставал ко мне…
— Я к тебе не пристаю! — искренне возмутился орк. — Я за тобой ухаживаю!
— А я не хочу, чтобы ты за мной ухаживал, — поморщилась девушка. — Моё сердце занято, давно и прочно. А если для тебя это не аргумент…
— Аргумент, — успокаивающе поднял руку раскрытой ладонью к девушке Радег и улыбнулся: — Попробуем подружиться?
— Тебя обоз ждёт, — резко ответила Тхар и, обогнув орка, вышла из конюшни.
На него она больше не сердилась, но воспоминания о Гарраше очень часто приводили её в дурное настроение.
— Тхар, — окликнул её Радег. Девушка обернулась, орк подходил к ней, рядом трусил уже осёдланный конь. — А всё-таки, если захочешь, через семь дней я буду в Черевякино. Чтобы туда доехать отсюда, надо выехать на тракт, потом свернуть у мельниц к лесу…
— Да знаю я, — отмахнулась Тхар. — И, кстати, есть дорога гораздо короче.
— Какая? — мгновенно заинтересовался орк.
— Обоз не пройдёт, — отрезала Тхар.
— Но я-то проеду, — усмехнулся Радег. — Чтобы тебе не ехать так далеко…
Тхар расхохоталась и пояснила, заметив недоумённо-обиженное лицо орка:
— Я ходила гораздо дальше Черевякино, уж поверь мне. А куда на юг ты идёшь? — неожиданно посетила её интересная мысль.
— Ну, не до Краевого мыса, — хмыкнул Радег, рассеянно берясь за узду Шесха. — Всего лишь до залива — в Заречный.