Подполье на передовой

Степан Григорьевич Островерхов

Виктор Андреевич Андрющенко

Федор Павлович Зырянов

Гавриил Петрович Иванов

ПОДПОЛЬЕ НА ПЕРЕДОВОЙ

Документальная повесть

Краснодар, 1973 год.

Враг у порога

Степан Островерхов стоял на набережной, чутко прислушивался к едва уловимому гулу, который морской ветер доносил с запада. В этот гул влились протяжные звуки сирены воздушной тревоги.

– Идут, гады!
– вслух говорит Степан.
– Седьмой день войны, а они все идут и идут... На наш город!

В жизни Степана Островерхова это была уже не первая война. В 1917 году он был одним из организаторов отряда красногвардейцев здесь, в Новороссийске.

Выходец из рабочей семьи (отец его был слесарем механического завода в Майкопе), Степан с юношеских лет связал свою судьбу с революцией. И братья его - Андрей и Иван были красноармейцами. Они участвовали в героическом переходе Таманской армии в августе - сентябре 1918 года. Позднее Иван Островерхов в корпусе Гая с боями прошел до Польши. Там он и погиб.

Степан Островерхов стал тогда командиром бронепоезда. И не случайно - с 13 лет работал помощником машиниста, а в начале 1917 года был машинистом паровоза в Новороссийском депо.

Когда в октябре 1918 года части Красной Армии покинули Новороссийск, Степан Островерхов был оставлен в городе для подпольной работы. Вскоре он возглавил подпольный узловой железнодорожный комитет. В Новороссийске и на перегонах взрывались и горели вагоны со снарядами, паровозы, стоявшие в порту пароходы.

В апреле 1919 года белогвардейская контрразведка напала на след подпольщиков. Островерхова выследили и арестовали. После побоев и пыток он был приговорен к расстрелу. И был бы расстрелян, но белые взяли Царицын и объявили помилование. Расстрел заменили пожизненной каторгой.

Только не таков был Степан, чтобы покориться. Он принял активное участие в подготовке освобождения заключенных. Вскоре 700 узников, среди которых был и Островерхов, вышли на свободу. Многие из них влились в местный партизанский отряд. В марте 1920 года партизаны соединились с войсками 16-й дивизии Киквидзе и освобождали Новороссийск, Сухуми, Батуми.

С 1921 года Степан Григорьевич на советской и хозяйственной работе. А в начале 1941 года его назначили начальником МПВО вагоноремонтного завода. Большую работу он проводил как член совета красных партизан.

И вот война... Немцы рвутся на восток. Уже в окрестностях Новороссийска выбрасывают парашютистов-диверсантов. Степан Островерхов пришел в горисполком:

– Не могу сидеть сложа руки в такое время. Силы еще есть, и они пригодятся для дела.

Островерхова направили в военкомат, а там назначили его начальником штаба 2-го Новороссийского истребительного батальона.

В августе 1941 года из бойцов истребительного батальона, главным образом партизан гражданской войны, организовали особую группу в 25 человек, которая готовилась к борьбе в тылу противника па случай оккупации города. В ее составе был и Степан Григорьевич Островерхов.

Члены этой группы под руководством инструктора майора войск НКВД И.И. Маева изучали различные образцы оружия, подрывное дело, организацию разведки, пикетирования, засад, секретной связи, внезапных налетов.

В Краснодарском краевом партийном архиве имеется документ - докладная записка И.И. Маева на имя секретаря Новороссийского горкома партии Сескутова. "На занятиях обыкновенно присутствовало до 25 человек, - пишет И.И. Маев, - в числе которых помню товарищей Масалова, Золотарева, Островерхова, Логвинова, Марковца, Булычева и других... Все члены группы находились на казарменном положении с августа 1941 года по 30 мая 1942 года. После короткого перерыва в начале июня все мы были отозваны с места работы и снова поставлены на казарменное положение. Казармой нам служило опустевшее помещение детяслей вагоноремонтного завода. Здесь наша группа увеличилась, так как прибыли многие товарищи из района... Занятия стали проводиться усиленными темпами. Так продолжалось до 25 августа 1942 года".

Многие бойцы истребительного батальона получали задания разведывательного характера. Имел такие задания и Степан Островерхов. Особенно отличился он в мае 1942 года. Требовалось провести глубокую разведку на территории, временно занятой фашистами. Кроме того, надо было вывести из опасного места группу партизан, действовавших в тылу врага, предварительно подготовив для них новую базу.

Островерхов выполнил это задание, и командование батальона представило его к ордену Красного Знамени. Приказом по батальону Степан был награжден именными золотыми часами и грамотой.

В августе 1942 года город готовился к эвакуации. Горком партии и горисполком поручили группе коммунистов отгрузить и заложить на партизанских базах провизию, обмундирование и снаряжение, оружие и боеприпасы. Истребительные батальоны, преобразованные и переформированные в партизанские отряды, направились в леса и горы, в заранее предусмотренные места своей дислокации. В городе осталось несколько человек из группы партизан гражданской войны, в их числе и Степан Григорьевич Островерхов.

Для руководства партизанским движением и подпольной борьбой в тылу врага был создан краевой штаб партизанского движения в составе первого секретаря крайкома партии Селезнева, председателя крайисполкома Тюляева, представителя краевого управления НКВД Тимошенкова.

По указанию крайкома партии в городах и станицах края были оставлены более 170 активистов партийной и советской работы для организации подпольной борьбы в тылу врага. Такие организаторы были выделены и Новороссийским городским комитетом партии.

В Краснодарском краевом партийном архиве хранится справка, в которой отмечается, что "Островерхов С. Г. был оставлен в городе и с первых дней оккупации начал создавать подпольную группу".

5 сентября 1942 года противник захватил Волчьи Ворота, Абрау-Дюрсо, Южную Озерейку и вышел на дорогу Неберджаевская - Мефодиевка. Создалась непосредственная угроза городу и порту Новороссийску. Степан Островерхов отправился в горком партии: надо было получить последние указания, потому что, по всему видно, - не сегодня-завтра в город ворвутся фашисты.

Гулко отдавались шаги в пустом здании. Пожилой мужчина в полувоенной форме, поддерживая правой рукой перебинтованную левую, один ходил по кабинету первого секретаря.

– Мне бы первого секретаря, - сказал Степан Григорьевич.

– Товарища Шурыгина нет. И трудно сейчас кого-либо на месте застать. Дело, брат, горячее.

Степан Островерхов вспомнил: этот человек приходил во второй истребительный батальон по заданию горкома для проверки. Он сказал тогда: "Учитесь воевать. Дело, брат, горячее". Степан вспомнил эти его слова, улыбнулся.