Чтение онлайн

— Командор! Девятая ранена! — воскликнула Шейла с беспокойством, обернувшись к тому, кто курировал наши поединки.

Тот, с одобрением наблюдавший за жарким боем Первой и Третьей, не скрывая раздражения махнул нам в сторону дальнего угла полигона, где лежали лекарские принадлежности как раз на случай такой ситуации.

— Что у нее? Рука? Сражаться может? Бестолочи! Помоги ей, не стой столбом, — прокричал он, оценив ситуацию, после чего вновь повернулся к сражавшим.

Мы двинулись в указанную сторону. Я приподняла чуть повыше раненную руку и прошипела сквозь зубы:

— Надеюсь, это того стоило.

Сторонним наблюдателям, коих здесь было немало, могло показаться, что я просто ругаюсь от боли. Шейла шла, низко склонив голову, спрятав лицо за волосами. Лишь острые кончики ушек, доставшихся ей от матери эльфийки, выглядывали из ее пышной шевелюры, на данный момент плотно прижатые к голове, выдавая напряжение девушки. Движение губ заметить было и вовсе невозможно. На что и был расчет.

— Прости, — шепнула она на грани слышимости.

— Ну? — прошипела сквозь зубы, пока Шейла смазывала мне рану кровоостанавливающей настойкой.

— Прости. Этой ночью главнокомандующего не будет. Охранники сейчас новые — они боятся нас. Запирая на ночь комнаты, особо проверять не будут, поскорее побегут подальше от опасных демонесс. Если вставить в замок клок ткани — дверь до конца не закроется. Это лучший момент для побега! — Шейла тихо скороговорила, спрятав лицо за копной густых волос.

От неожиданности я дернулась, в упор уставившись на нее широко распахнутыми от удивления глазами. Тут же спохватилась, переведя взгляд на свою рану. Бросила мимолетный взгляд на охранников, стоявших неподалеку от нас. Но они особо на нас не смотрели, увлекшись боем других девушек. Что и говорить: Шейла подобрала очень удачный момент для разговора.

— О чем ты? Не вздумай! — процедила обеспокоенно, позволив тревоге на миг отразиться на моем лице.

— Я собираюсь бежать этой ночью и прошу тебя пойти со мной. Вдвоем у нас больше шансов выжить. Ну же, Элис! Ты ведь не дура, должна понимать: либо сейчас, либо никогда! — отчаяние в ее шепоте было почти осязаемым, а пальцы, вцепившиеся в мою раненную руку, сжались еще сильнее.

— А ошейник?

— Я все продумала. Я сильная, Элис. И ты тоже, хоть и скрываешь. Не знаю, почему они не видят, но я чувствую. Если призвать всю свою силу, ошейник не выдержит. Во всяком случае, не должен.

— Он и блокирует ее.

— Да, но она есть, разве ты не чувствуешь? Совсем близко, кажется, только протяни руку. Мы сможем, я верю в это. Ну же, решайся!

Что-то в ее словах было. Я действительно ощущала что-то эфемерное, близкое, чего так хотелось коснуться, но не могла. Или же не хотела, опасаясь, что тогда может случиться что-то очень плохое. Что-то, что сделает меня в большей степени демоном, чем уже есть.

— Зачем?

Я искренне не понимала, о чем она твердила и почему такие мысли вообще завелись в ее голове. Но знала, что ничем хорошим это не закончится.

— Элис, очнись! Мы здесь рабы, у нас нет никаких прав, наша жизнь висит на волоске. В любую минуту император может решить, что мы слишком опасны, чтобы жить, — судорожно продолжала шептать Шейла, стараясь на меня не смотреть, перевязывая руку.

— Мы виноваты перед этим миром и должны много тренироваться, чтоб в случае нужды встать на его защиту, — зажмурившись, пробормотала себе под нос непреложную истину, внушаемую нам с первых наших дней появления здесь.

— В чем мы виновны?! Не мы выбирали родителей! А Шестнадцатая? Помнишь ее? У нее могла бы быть счастливая жизнь в кругу семьи, если бы ее не отобрали у родственников и не отправили сюда! Прошу, пойдем со мной. Этой ночью!

— Это безумие. Откажись от этой идеи. К нам идут, — только и успела ответить до того, как нас пронзил приступ острой боли.

— Мне показалось или вы разговаривали? — стальной голос главнокомандующего ни с кем не спутаешь.

— Простите, не сдержалась, высказала этой идиотке все, что думаю по поводу своего ранения, — выдавила я, морщась от боли.

— Сама придурошная, даже держать удар не способна! — со злостью выплюнула Шейла.

Боль тут же прекратилась. Главнокомандующий довольно хмыкнул. Общение между нами было запрещено, но вот на такие споры глаза закрывали. Иногда мне казалось, что они нарочно нас провоцируют, сталкивают между собой, чтоб демонесс связывало лишь чувство долга и здоровая конкуренция. Если же при этом возникнет ненависть — еще лучше.

— Тренировка закончена. Вскоре прибудут ваши наставники. После обеда встретитесь с ними. Девятая, за то, что ты так глупо позволила себя ранить, твое место в рейтинге понижается на два пункта, — добавил мужчина прежде, чем отвернуться от нас.

Я смиренно опустила голову, но на деле мне было плевать на этот рейтинг. Тот, кто по результатам недели оказывался первым в списке, получал награду — часовая прогулка за пределами нашего гарнизона. Конечно, в сопровождении гвардейцев, но все же. Да и так перепадали кое-какие мелочи вроде новых лент для волос или какой-нибудь экзотический фрукт в дополнение к обеду. Но покидать территорию я не собиралась, а без мелких поблажек обойдусь, так что даже не пыталась бороться за первенство. Мне так было проще.

Во время обеда пыталась поймать взгляд Шейлы, чтобы хоть жестами как-то убедить ее отказаться от своей затеи, но тщетно. Она даже не смотрела в мою сторону. И все же я искренне надеялась, что Шейла говорила несерьезно. Смотреть на ее казнь точно не смогу.

И по-прежнему не понимала, зачем ей это? Для жителей этого мира мы все равно оставались врагами. Нам же лучше быть огражденными от них крепкой стеной. К чему эти разговоры о рабстве, отсутствии у нас прав?.. Все честно, разве нет? Это наша плата за жизнь, наше искупление за злодеяния тех, кто поспособствовал нашему появлению на свет. Не понимаю…

Покончив с едой, поспешила в зал, закрепленный за моим наставником. У каждой демонессы он свой. Это великие мастера, одинаково хорошо владевшие и холодным оружием, и магией. Как только миру стало известно, что демоны оставили здесь своих наследников, император, приняв решение оставить нам жизнь, отобрал лучших из лучших для тренировок с нами.

Мой наставник, Джером — полукровка-дроу, уже ждал меня в зале. Улыбнулся, увидев меня, но тут же нахмурился, переведя взгляд на перебинтованную руку.