Чтение онлайн

Когда они коротали время за игрой в покер, дожидаясь, пока ураган достигнет расчетной точки, Кэнтрел рассказал Новаку, почему он согласился лететь, и Новак не поверил своим ушам.

– Ты, верно, спятил, старина, - сказал он.
– Это что же получается? Лезешь в ураган только из-за того, что какая-то дамочка и парочка мафиози давят на тебя и надоели хуже горькой редьки? По-моему, это не выход. Честное слово, овчинка выделки не стоит!

И тогда Кэнтрел рассказал второму пилоту, что начиная с 27 июля 1943 года, когда инструктор из летной школы в Брайане, штат Техас, поднялся в воздух на одномоторном самолете и впервые в истории авиации пролетел через зону урагана, такие полеты стали обычным делом.

Однако Новак остался при своем мнении.

– Чушь все это!
– только и сказал он.
– Разве может полет в зону урагана стать обычным делом? Может быть, для тебя все это просто азартная игра? Твоя жизнь поставлена на карту, а ты сдаешь туза сопернику?..
– Новак вдруг заволновался и бросил карты на стол.
– Послушай, старина, а может, ты хочешь покончить счеты с жизнью? Ничего себе, в хорошенькую историю я вляпался. Командир корабля - подпольный камикадзе!

– Единственное, чего мне сейчас хочется, - это чтобы ты продолжал играть в покер, - мрачно ответил Кэнтрел.
– Ну а ты-то, умник, почему вызвался?

Темнокожая физиономия Новака расплылась в белозубой улыбке.

– Я? Я, старина, хочу доказать самому себе и другим, что я действительно мужик, а не тряпка. Ну чем я хуже остальных олухов?

Самолет приближался к взлетной полосе, пилоты закончили опробование оборудования.

В наушниках раздался голос диспетчера аэропорта:

– СЭМ-ноль-один, разрешаю проследовать к месту старта.

Кэнтрел вырулил на взлетную полосу, нажал на тормоза и включил двигатель на полную мощность. Дождь почти прекратился, и небо на горизонте начало светлеть.

Новак откашлялся.

– СЭМ-ноль-один к взлету готов.

– СЭМ-ноль-один, взлет разрешаю. Ну, ребята, ни пуха ни пера!

Кэнтрел рассмеялся.

– Вас понял, - сказал он многозначительно. Он отпустил тормоза, и огни на взлетной дорожке понеслись им навстречу, словно трассирующие пули.

Полет вдоль восточного побережья Флориды проходил спокойно, и через полчаса Кэнтрел, взяв в руки микрофон связи с пассажирским салоном, обратился к группе десанта.

– Через несколько минут мы ляжем на курс, ведущий в зону урагана, объявил он.
– Если кто-то из вас еще не пристегнул ремни, самое время этим заняться. Минут через пятнадцать мы войдем в зону урагана, начнется такая болтанка, точно самолет скачет по ухабам.

Теперь самолет вел Новак, а Кэнтрел занимался прокладкой курса и держал связь с аэропортом. Получив от диспетчера данные о местонахождении самолета, Кэнтрел включил противообледенительную систему и сам сел за штурвал.

На карте, которую передал ему Кэнтрел, Новак очертил кружок и проставил около него время. Самолет начал левый разворот на 70°, набирая высоту. Новак бросил последний взгляд на береговую линию Флориды, пока она не исчезла под облаками.

Несколько минут самолет пробивался сквозь белую мглу, а затем ярко засияло солнце. На горизонте, словно огромный базальтовый утес, маячил ураган "Хильда".

Глаза у Новака вылезли из орбит.

– Вот так чудище!
– воскликнул он.
– Прямо из книжки "Бермудский треугольник"!

Пока они летели вдоль побережья, оба были заняты, сейчас же в их распоряжении было минут десять, когда они могли немного отдохнуть и перекинуться словом.

– Что ты об этом думаешь?
– спросил Кэнтрел, выравнивая самолет.

– О Бермудском треугольнике?
– Новак открыл новую пачку пузырящейся жевательной резинки.
– Не знаю, вроде смешно верить в весь этот бред Атлантида и всякое такое, но ведь в здешних местах действительно происходят чудеса...

Кэнтрел включил автопилот, вытащил сигару и откусил кончик.

– Что ты имеешь в виду?
– спросил он, прикуривая от большой бензиновой зажигалки "Зиппо" в серебряном корпусе, черной эмалью на ней были изображены игральные кости.

– Ну, возьмем для начала Фицпатрика. Что с ним произошло?

Кэнтрел пожал плечами.

– Ты же слышал, что об этом говорили на инструктаже.

– Болтали, что он вроде бы выбрался на берег?
– Новак надул из жевательной резинки большущий пузырь, и он лопнул.
– А я тебе говорю: этот бедолага и в глаза не видел острова. Ведь шлюпка-то его осталась на борту, кумекаешь? А пушка? Даже если он отправился вплавь, все равно нужно быть круглым идиотом, чтобы не захватить с собой пистоль!

– Надо быть круглым идиотом, чтобы пытаться справиться со Снэйтом в одиночку. А раз у него в голове не мозги, а опилки, то он и про пушку мог забыть.

– Ну ладно, а что ты скажешь про те пять военных самолетов, которые в сорок пятом году бесследно пропали где-то между Флоридой и Багамскими островами?

– Это ты про девятнадцатое звено?
– Кэнтрел выпустил струйку дыма в потолок.
– Да просто их командир потерял ориентировку, и у них кончилось топливо.

– Говоришь, потерял ориентировку?..
– спросил Новак с сомнением. Брось ты! Этот парень был летным инструктором, и они совершали учебный полет!

– Знаешь, чем вы, романтики, отличаетесь от нормальных людей? Если факты не вписываются в вашу схему, вы на них просто плюете.

– Видишь ли, стоит только запаниковать, как острова Флорида-Киз можно запросто спутать с Багамскими. А то, что тот парень впал в панику, всем хорошо известно. Ведь он даже забыл включить аварийный канал связи.

Раннее солнце начало нагревать кабину. Новак потянулся и приоткрыл вентиляционное сопло.

– А ты помнишь, что произошло с самолетом "Мартин Маринер", который исчез во время поисков девятнадцатого звена?

Кэнтрел пожал плечами.

– Самолеты этого типа отличала одна особенность - при переходе на турбулентный режим у них иногда отказывала регулировка подачи топлива, а в тот день еще и скорость ветра была тридцать узлов. Самое разумное объяснение: самолет взорвался в воздухе.

– Ну хорошо, а как ты считаешь, что случилось с самолетом ДС-3, командир которого уже сообщил, что видит огни Майами? Или вспомни-ка судьбу самолетов "Стар Тайгер", "Стар Эриэл" и "Суперфорт", которые тоже исчезли в районе Бермудов?