Чтение онлайн

Я подсел к парню, чтобы он не смог уклониться от разговора. Но оказалось, что я неправильно оценил ситуацию. Парень был настроен очень дружелюбно.

— Привет, — сказал я ему. — Ты говоришь по-английски? Je parle francais un petit реu mats malheureusement je suis pas tr`es bon. Я говорю по-французски, но, к сожалению, очень плохо.

Он рассмеялся и ответил с легким акцентом:

— Да, я говорю по-английски.

— Ты здесь из-за того постояльца, который умер, верно?

— Да. Я слышал, это ты обнаружил его.

Слух распространился…

— Да, — подтвердил я, вытаскивая сигареты из кармана. — Я нашел его сегодня утром.

— Похоже, у тебя из-за этого проблемы.

— Все в порядке. Ты куришь?

— Нет, спасибо.

Я закурил.

— Меня зовут Ричард, — сказал я, выпуская дым изо рта.

— Этьен, — представился он в свою очередь, и мы пожали друг другу руки.

Вчера вечером я дал ему лет восемнадцать. Днем, однако, он выглядел старше — на все двадцать или двадцать один. По виду типичный житель Средиземноморья — короткие темные волосы, строен. Я представил себе его через несколько лет — поправившийся килограммов на десять, стакан «Рикара» в одной руке и boule — в другой.

— Все это так странно, — сказал я. — Я прилетел в Таиланд лишь вчера вечером, хотел по возможности расслабиться в Бангкоке, и вместо этого на тебе…

— Мы здесь уже месяц, но это происшествие даже для нас совершенно непонятная вещь.

— Ну, я думаю, любая смерть всегда немного непонятна. А где вы были за этот месяц? Наверное, не только в Бангкоке.

— Нет, нет, — энергично замотал головой Этьен. — На Бангкок вполне хватит нескольких дней. Мы были на севере.

— В Чианграе?

— Да, ходили в поход. Спускались на плоту по реке. Скучно. — Он вздохнул и, подавшись назад, прислонился к верхним ступенькам.

— Скучно?..

Этьен улыбнулся:

— Плоты, походы. Мне хочется чего-то другого, как и всем остальным. Но все мы делаем одно и то же. Никакого…

— Приключения?

— Я думаю, что ради приключений мы и приезжаем сюда. — Он показал куда-то за угол, мимо полицейского участка, на улицу Кхаосан. — Мы приезжаем в поиске приключений, а находим вот это.

— Облом.

— Да. — Этьен минуту помолчал, слегка нахмурился, а затем произнес: — Этот парень, который умер, он был очень странным. Мы слышали поздно по ночам, как он разговаривал сам с собой и орал… Стены в гостинице такие тонкие.

К собственной досаде, я покраснел, потому что вспомнил, как Этьен и его подружка занимались сексом. Я глубоко затянулся и уставился на ступеньки лестницы, на которых мы сидели.

— Неужели? — наконец сказал я. — Я так устал вчера, что заснул…

— Да, — поторопился подтвердить он. — Иногда мы специально возвращались в гостиницу очень поздно, когда он уже спал.

— Теперь он уже не помешает.

— Мы часто не понимали его. Я знаю, что он говорил по-английски, потому что я разбирал некоторые слова, но… это было нелегко.

— Мне тоже было трудно понять его. Он был шотландцем. У него был сильный акцент.

— Да? Ты слышал, как он кричал прошлой ночью?

Теперь наступила очередь Этьена залиться краской. Я сделал вид, что поглощен своей сигаретой. Мое замешательство из-за этого только усилилось. Странно, конечно, но если бы его подружка была некрасивой, то все происшедшее лишь развлекло бы меня. Но она была очень красива, и поэтому мне казалось, будто у меня с ней что-то было. У меня с ней действительно что-то было. В моем воображении.

Мы краснели, глядя друг на друга, пока неловкое молчание не стало слишком угнетающим.

— Да, — нарочито громко сказал наконец я. — У него был сильный шотландский акцент.

— Вот как, — отозвался Этьен, тоже более уверенным голосом. — Теперь понятно.

Он задумчиво погладил свой подбородок, как будто разглаживал бороду, хотя его светлая щетина красноречиво свидетельствовала о том, что до своей бороды ему еще очень далеко. Потом Этьен сказал:

— Он говорил о пляже.

Парень посмотрел на меня в упор. Наблюдал за моей реакцией, что было совершенно очевидно. Я кивнул, чтобы заставить его продолжать.

— Он обычно говорил об этом всю ночь. Я лежал на кровати с открытыми глазами, потому что не мог заснуть от его крика, и гадал — о чем он говорит. Похоже на головоломку. — Этьен рассмеялся. «Черрртов бляж», — произнес он, довольно умело подражая голосу умершего. — Мне понадобилось три ночи, чтобы понять, что он говорил про пляж. Настоящая головоломка.

Я снова затянулся, создавая тем самым паузу в разговоре и предлагая Этьену заполнить ее.

— Я люблю головоломки, — продолжил он, обращаясь уже как бы не ко мне. А потом погрузился в молчание.

Когда нам с другом было по семнадцать лет, мы с ним отправились в путешествие в Индию. Шутки ради мы решили пронести на борт самолета, следовавшего рейсом из Сринагара в Дели, по три грамма гашиша. У каждого из нас был свой план действий. Я поместил свою дозу в пластиковый пакетик, обмотал его для маскировки лентой, сбрызнул дезодорантом, чтобы отбить запах, а потом засунул в бутылочку с таблетками от малярии. Предосторожности были излишними: офицеры-таможенники не проявляли интереса к внутренним рейсам. Но я все равно хотел подстраховаться.

В аэропорту я здорово испугался. Я действительно испугался: глаза у меня лезли из орбит, я весь дрожал и был потный как свинья. Страх страхом, но я сделал одну совершенно непонятную вещь. Я рассказал абсолютно незнакомому человеку, которого случайно встретил в зале ожидания, что у меня в рюкзаке спрятаны наркотики. Он не вытягивал из меня клещами эти сведения — я сам рассказал ему. Я перевел разговор на наркотики, а затем признался, что я курьер.

До сих пор не понимаю, зачем я это сделал. Ясно ведь, что это чудовищная глупость, но я все равно ее совершил. Мне просто нужно было рассказать хоть кому-нибудь, что я затеял.