Чтение онлайн

— Хотя между нашими семьями не возникало вопроса о приданом, мне бы не хотелось предавать забвению древний уважаемый обычай. Как иначе человеку проявить свою любовь к дочери и уважение к зятю?

Шамир сделал протестующий жест.

— Не надо, Мухаммед, твоя дочь сама по себе подлинное сокровище.

— Дорогой доктор, — перебил банкир, — неужели ты откажешь мне в этом скромном удовольствии?

— Разумеется, нет, — Шамир вновь опустился в кресло.

— Сын мой, — сказал Риад, обращаясь к Бейдру. — В день вашей свадьбы на твое имя в моем бейрутском банке будет открыт счет на миллион ливанских фунтов. Делай с ними все, что захочешь.

Бейдр через весь стол посмотрел на Мариам. Она зарделась и не смела поднять глаза. Бейдр повернулся к банкиру.

— Высокочтимый отец. Аллах свидетель твоего великодушия. Единственное, о чем я хочу просить, это чтобы ты научил меня, как лучше всего распорядиться столь щедрым даром.

— С удовольствием, — быстро произнес Риад. Все шло по плану. Он так и рассчитывал, что этот банковский счет послужит первым шагом к сотрудничеству.

Шамир поднялся, показывая, что ужин окончен, и посмотрел на Бейдра.

— Будь добр, покажи твоей невесте сад, пока мы будем отдыхатьвбиблиотеке.

Бейдр обошел стол и с улыбкой помог Мариам встать.

— Кажется, им не терпится от нас избавиться.

Девушка кивнула, и они взявшись за руки отправились в сад. Миссис Риад шепнула Набиле на ухо:

— Ну, разве не чудесная пара?

Они молча дошли до бассейна и вдруг одновременно открыли рты.

— Ой, извини, — воскликнула Мариам.

— Это я должен извиниться. Что ты хотела сказать?

— Ничего особенного, а ты?

Оба смутились. Бейдр обласкал девушку взглядом.

— Я хотел спросить, что ты обо всем этом думаешь? Я имею в виду наш брак.

Мариам потупилась.

— Можешь не отвечать. Наверное, это бестактно с моей стороны. Тебя ведь не спрашивали, верно?

— А тебя?

Наступила очередь Бейдра смущенно опустить глаза. Достав из кармана пачку сигарет, он протянул ее Мариам.

— Закуришь?

Девушка отрицательно покачала головой.

Бейдр глубоко затянулся, а затем не спеша выпустил дым.

— Все это несколько старомодно, ты не находишь?

— Да.

— Живя в Америке, я совсем забыл, как это делается У нас на родине.

— Мне всегда хотелось попасть за границу, — призналась она. — Но папа был против. Тебе нравится?

— Да. Там на все смотрят гораздо проще. Как правило, говорят что думают.

Мариам замялась.

— У тебя есть девушка?

— Постоянной — нет. А вообще-то были. А у тебя?

— Папа очень строг. Мне ничего не разрешали. Когда я решила поступить учиться, чуть не дошло до драки.

Наступила пауза. Бейдр рассеянно смотрел на кончик своей сигареты. Мариам первой нарушила молчание.

— У тебя синие глаза.

— Да. Отец говорит, это восходит к периоду Священных войн. С тех пор в нашем роду время от времени встречались юноши с синими глазами.

Мариам отвернулась к морю, а когда заговорила, то ее голос звучал еле слышно.

— Наверное, я тебя разочаровала — после всех этих эмансипированных девушек?

— Это не так, — быстро возразил Бейдр. — Я никогда не принимал их всерьез. Они пустышки и совсем не такие, как мы.

— Зато очень красивые. Высокие…

— Мариам.

Она повернулась к нему.

— Ты тоже очень красива.

— Да? Ты правда так считаешь?

Он легко коснулся ее руки.

— Правда. Скажи, ты все еще хочешь поехать за границу?

— О, да!

— Тогда мы отправимся в Европу в свадебное путешествие.

Так они и поступили. Поженившись в конце июля, молодые провели медовый август, путешествуя по Континенту. А когда в середине сентября Бейдр привез Мариам обратно в Бейрут, чтобы самому отправиться продолжать учебу в Америке, она уже носила под сердцем его ребенка.

После ужина на верхней палубе возобновились танцы. Бейдр, как обычно, исчез сразу после того, как накрыли столы. Он привык проводить деловые встречи, пока все заняты едой и не замечают отсутствия хозяина.

Джордана устроилась за одним из столиков напротив двери, чтобы видеть, когда он вернется. После девяти лет супружества Бейдр все еще оставался для нее загадкой.

В нем было что-то такое, чего она никак не могла понять. Временами ей казалось, что он ее совершенно не замечает, и вдруг, ни с того, ни с сего, он застигал ее врасплох, и у нее рождалось ощущение, будто он видит ее насквозь.

Как сегодня. Конечно же, она обратила внимание на коробочку с бриллиантами от Ван Клифера, но по какой-то ей самой не понятной причине предпочла проигнорировать его подарок… Возможно, хотела дать ему понять, что он так дешево от нее не откупится, не получит отпущения грехов за все свои уходы и возвращения. В отличие от всех знакомых мужчин-американцев, он не позволял манипулировать собой. Бейдра нужно принимать таким, как есть, и с Зтим ничего не поделаешь. Его реакция была незамедлительной и однозначной: хамство жены разбудило в нем зверя.

Но больше всего Джордану потрясла собственная реакция. Как будто его грубость подействовала на нее успокаивающе. На щеке ярко багровел отпечаток его ладони. Джордана вызвала секретаршу и попросила принести немного льда. Потом она примерно час сидела, делая холодные примочки, пока не спала опухоль.

Тогда-то ей и пришла в голову замечательная идея насчет костюма. Он хочет, чтобы она стала мусульманской женой, — она исполнит его пожелание. Жена, гурия, рабыня… Это ли сулил Аллах, когда они вместе входили во врата рая?..