Чтение онлайн

Над палубами стали крутиться мошки и деловито жужжать мелкие болотные комары, вдоль левого борта долго плыла небольшая трехметровая черная пиявка, но места присосаться так и не нашла.

Хотя по берегам все еще стояли на широких ажурных корнях мангровые деревья, становилось понятно, что путешественники находятся уже не в море.

Места для высадки не имелось, пришлось ночевать на воде, и утром появились первые укушенные: бледные и вялые от потери крови моряки демонстрировали круглые комариные укусы. В ближайшие дни эти люди не годились уже ни работать на веслах, ни держать руль.

— Подниматься нужно, выше, — поторапливал Назию Посланник, — Уйдем от болот, станет полегче.

Теперь корабли шли одновременно и на веслах, и под парусом, отвоевывая у реки километр за километром, пока русло неожиданно не повернуло строго на юг, и не растворилось в широком разливе.

Слева по борту раскрылась обширная прямоугольная поляна, окаймленная густым низкорослым кустарником, на которой паслось стадо долгоносиков, и Посланник Богини решил дать людям возможность немного отдохнуть. Стаи комаров и мух остались позади, борьба с течением вымотала гребцов. Все давно соскучились по твердой почве под ногами и горячему мясу вместо опостылевшей соленой рыбы.

— Назия, — окликнул он морячку, — подведи корабли к зарослям метрах в ста за поляной.

— Там неудобно высаживаться, Посланник.

— Ерунда, высадимся. Зато долгоносиков не спугнем.

Покрытые яркими, сверкающими панцирями жуки обладали вкусным, нежным мясом, и обычно не вырастали в размерах больше человека — а значит, их можно запекать на огне целиком.

Морячка кивнула, поняв мысль правителя, вперила взгляд в корабельного паука, и тот передал приказ командующей на малые суда.

— Спустить парус! Рулевой, нос налево не торопясь!

Два других корабля продолжали свое движение еще минут пять, после чего резко повернули носы к берегу.

Шериф Поруз опять организовал высадку по всем правилам, и заметно отстал от отряда Юлук, просто попрыгавшего в кустарник — люди вперемежку с жуками и смертоносцами. Не пытаясь таиться, они дружно ломанулись сквозь растительность: люди протаптывали проходы для восьмилапых, пауки прощупывали мысленными импульсами путь, отпугивая или парализуя встречную живность. Северянину, чтобы их догнать, пришлось на время забыть про тактику и разведку, про боевое охранение и стрелковое прикрытие, и просто бежать следом. Попавшихся по дороге гусениц, мух и мокриц люди оставили на поживу паукам, а сами заняли позиции в тени кустарника. Долгоносики тревожно зашевелились, поглядывая в ту сторону и отступили на несколько метров к воде.

— Пора, — кивнул Найл.

Навул вместе с двумя братьями и двое моряков спустились в подтянутую Нефтис пирогу, быстро переплыли на берег и затаились в траве. Пирога сделала еще две ходки, доставляя им подкрепление, потом в хрупкую посудинку осторожно забрались смертоносцы.

Появление на берегу пауков, излучающих лютую злобу, заставило жуков забеспокоиться, более крупные самцы переместились на эту сторону стада, прикрывая слабых и молодых собратьев. Тут из травы поднялись братья и дружно бросились вперед, на ходу метая копья.

В долгоносиков они не попали, но цели своей достигли: стадо сорвалось с места и, не разбирая дороги, кинулись бежать.

Сидящие в засаде охотники выступили из кустарника только тогда, когда до дичи оставались считанные шаги, хладнокровно, на выбор поражая самых крупных жуков — от прямого удара граненого наконечника тяжелого боевого копья никакие панцири спасти не способны. В течение считанных секунд у ног братьев по плоти полегло практически все стадо — лишь нескольким счастливчикам удалось разбежаться по сторонам и затаиться в кустарнике, раздвигая гибкие ветви своим длинным носом.

Пока пирога перевозила на берег остальных людей и пауков с флагмана, на берегу уже успели собрать хворост.

Нескольких добытых долгоносиков перевернули на спину и развели огонь прямо под ними. Вскоре над разливом потянулись соблазнительные ароматы жареного мяса.

В ожидании обеда правитель обошел поляну по периметру, удивленный ее странными, правильными очертаниями. Почему на мягкой, жирной земле рядом с водой ней не росли ни деревья, ни кустарник?

Найл присел на корточки, ковырнул ножом переплетение корней и тут же наткнулся на твердую преграду.

Камень? Он рассек дерн крест-накрест, отогнул пронизанной белыми мелкими травяными корешками пласт и изумленно присвистнул, увидев гладкую блестящую поверхность.

— Вот это да! — повернул к нему проходивший мимо шериф. — Неужели сталь? Если под этой поляной лежит стальная плита, то она стоит столько, что на нее можно купить небольшую страну!

— Нет, не сталь, — покачал головой Найл, вкладывая нож в ножны. — Нет ни единого следа ржавчины.

— Свинец?

— На нем не осталось царапин от острия ножа.

— Серебро?.. — неуверенно предположил северянин.

— Даже серебро темнеет от времени, а эта плита совершенно чиста. Поруз не спросил об алюминии — к моменту его рождения весь этот металл, выработанный далекими предками, уже превратился в белый порошок.

— Тогда что?

— Какой-нибудь сплав, — пожал плечами Посланник Богини. — Может, титановый; может, никелевый, молибденовый, магниевый, иридиевый, литиевый. Хорошо бы добыть хоть маленький кусочек и показать его нашим кузнецам. Может, они встречали нечто подобное?

— Если бы все это можно было превратить в клинки, — мечтательно обвел взглядом поляну северянин. — Вы получили бы самую сильную армию во Вселенной, мой господин.

Найл усмехнулся. Он знал, что где-то в просторах космоса поглощают пространство крейсера, один выстрел которых способен уничтожать целые звездные системы, и тренируются воины, в сравнении с вооружением которых даже хранящиеся под Черной Башней жнецы покажутся каменным топором.

— Вы смогли бы одеть всех в полные металлические доспехи, дать металлические щиты, обеспечить двойной, тройной запас арбалетных болтов, — стал пытаться доказать свою правоту шериф, неправильно понявший улыбку правителя.