Шрифт:
Глава первая
Колючий свет резал глаза, заставлял щуриться. Дезире держала на вытянутой руке заполненную малиновой полупрозрачной жидкостью колбу. Придирчивый взгляд выискивал изменения исследуемого материала – камня размером с кулак ребенка. Наконец, тот начал медленно менять цвет, постепенно сбрасывая грязно-зеленый налет. Жидкость тут же приобретала желтый, а потом вновь красный оттенок.
– То, что нужно, – прошептала девушка и нервно облизала пересохшие от волнения губы.
Осколок ничем особо не примечательного куска камня или, скорее, льда, стал прозрачным, практически не различимым в растворе.
Значит, она не ошиблась. Девушка поставила колбу на стол, принялась осторожно выуживать из нее прозрачный кристалл. Снова засмотрелась игрой света в осколке гидрата метана – одного из самых главных сокровищ послевоенного мира. Один такой кусочек способен был обеспечивать работоспособность электрогенератора в экономном режиме в течение нескольких дней. Универсальный источник энергии – одно из немногих чудес, оставшихся и все еще используемых после катаклизма.
Слабое, но утешение, если учитывать тот факт, что для добычи полезных ископаемых почти не осталось функционирующего оборудования. А то, что осталось – принадлежало нескольким крупным синдикатам, каждый из которых имел свою собственную небольшую армию и оттого неимоверно взвинчивал цены на добываемую продукцию. Что-то изменить в сложившейся ситуации было столь же реально, как и попытаться вновь сдвинуть с места генную инженерию. Все пропало, все кануло в лету.
То, что когда-то было призвано сделать человека еще более величественным, в итоге принесло только горе и ядерную войну, щедро сдобренную магией. К месту пришлись и идеи отдельные гениев – поиск новых путей к более эффективному уничтожению себе подобных не так прост. То, что изначально создавалось во благо, со временем показало свою оборотную сторону, став грозным оружием – инструментом в выяснении истины.
Казалось, что совсем недавно уровень развития медицины был столь высок, что операции по пересадке жизненно важных органов не вызывали никаких проблем. Сами же органы выращивались в лабораториях в считанные часы, словно подоспевшие после дождя грибы. Были пересмотрены фундаментальные понятия в таких науках, как физика, химия, математика. Люди иначе взглянули на само время и пространство, подобрали «ключи» к иным мирам.
После освоения принципа извлечения энергии из кристаллического метана, залежей которого оказались на планете огромные количества, проблема энергокризиса разрешилась. Впоследствии кристаллы начали покрывать двойным слоем специального напыления, предотвращающего испарение и облегчающего транспортировку.
Дезире вздохнула, бережно положила кристалл, который вновь стал менять цвет, на одну из чаш старых аптекарских весов, на другую чашу перекочевало несколько маленьких грузиков.
– Малова-то, конечно, – со вздохом проговорила девушка.
Тем не менее, теперь у общины было некоторое время для поисков новых складов или лабораторий, уцелевших со времен расцвета цивилизации. В подобных развалинах хранилось многое, чем еще пользовались выжившие.
Дезире оставалось выполнить последние действия по подготовке кристалла к работе и его можно будет передать технарям. А те уж займутся обеспечением более-менее сносного уровня жизни в пределах пары цехов фармацевтического завода, где община и обосновалась. К сожалению, хоть завод и имел прямое отношение к лекарствам, но его склады оказались абсолютно пусты. По всей видимости, во время войны здесь была проведена основательная ревизия, а само производство остановлено.
Девушка обогнула стол, подошла к одному из покосившихся шкафов и, недовольно бубня себе под нос, что работать в таких условиях равносильно самоубийству, приоткрыла дверцу. Факт того, что община перебралась в этот недавно найденный завод, конечно же, радовал. Но все-таки мог бы староста найти пару крепких парней, чтобы те привели ее мини-лабораторию в порядок. Тяжело работать и сосредотачиваться на исследованиях, если мысли постоянно возвращаются к тому: как бы ни уронить склянку с раствором или реторту.
Словно в подтверждение недовольства, одна из полок жалобно взвизгнула, резанув слух, наклонилась. Стоящая на самом краю плотно закрытая стеклянная банка с чем-то сыпучим тут же поползла вниз. Дезире успела подхватить ее в последний момент. При этом она с ужасом наблюдала еще за десятком таких же склянок. Часть из них была подписана, часть не имела никаких опознавательных знаков. Поймать их все, в случае группового самоубийства, было невозможно. К счастью, пока что они смирно сидели на своих местах, не спеша преподнести неприятный сюрприз.
Поддерживая подмышкой банку с белесым порошком, Дезире, как могла осторожно, подцепила своевольную полку. После чего, вернув беглянку на место и взяв взамен интересующие её склянки с реагентами, вернулась к столу, на котором мирно покоился кристалл.
– Посмотрим, что тут у нас… – она откупорила одну из склянок, отвернулась от зловонного сизого дымка, запах которого тут же заполонил комнату. Проведенные почти все сознательные годы в компании отца, который прославился своими многочисленными открытиями в области химии, вернее сказать – повторными открытиями утерянных знаний, Дезире могла не без хвастовства сказать, что способна многие химические компоненты определить по запаху. Кивнув сама себе, девушка повязала на нос тонкую повязку из пористой ткани, служащей простеньким фильтром. Затем подожгла горелку и смешала еще несколько компонентов в специально предназначенной для этого чистой колбе, отчего лаборатория стала похожей на шоу пиротехников.
– Красота… – вздохнула Дезире и установила колбу над огнем, помешивая ее содержимое стеклянной палочкой.
Дверь скрипнула, пропустила в маленькую комнатушку глоток чистого воздуха.
– Эй, долго ты еще тут? – в проеме показалась физиономия паренька лет тринадцати.
– А ну марш отсюда! – девушка грозно свела брови. – Сколько уже раз говорила тебе – никогда не входить, когда я работаю! Или ты ослеп, не можешь прочесть, что написано на табличке?
– Собрание будет, – паренек обиженно хлюпнул носом и пожал щуплыми плечиками. – Ты просилась напомнить тебе.
– Хорошо, спасибо Сэмми. А теперь все-таки кыш с глаз моих, а то вылью на тебя чего-нибудь и станешь похожим на большую жабу.
Паренек, видимо почувствовав всю реальность угрозы, скрылся за дверью, но тут же вновь просунул голову в узкую щель и с горящими глазами спросил:
– Это оно?
– А ну брысь!
Дезире шикнула на наглеца, потом осторожно подцепила кристалл пинцетом, опустила в разогретую жидкость. Тот плавно осел на дно маслянисто-густого варева, которое тут же зашипело, забурлило, медленно поднимаясь к самым краям колбы.