Чтение онлайн

— Зато их ткани — одни из лучших в мире, — тут же встала на защиту южан Астрид. — Их мастера искуснее наших. И это я еще не говорю об их художниках, скульпторах и поэтах. Неужели юг так вам не нравится?

— Конечно, мне нравится юг, сестрица. Особенно их фрукты и овощи, — широко улыбнулся Эрик.

— А еще вино, — добавила Хельга, кивая.

— Да-да! — поддержал ее Эрик. — Их вина великолепны! Но, увы, сестрица, вином и фруктами войну не выиграешь. Вестонцы, как и их король, — слабаки.

Принцесса Астрид ухмыльнулась в ответ.

— Братец, ты как был неучем, так и остался. Если бы ты каждый раз не убегал с уроков мэтра Якоба, то знал бы, что в отличие от наших ярлов, мнящих себя великими полководцами, Карл Третий, король Вестонии, жестоко подавив мятеж, смог объединить под своей властью всю страну. Он запретил своим дворянам воевать между собой, объявив, что отныне все споры будет разрешать только королевский суд. Он запретил герцогам, графам и баронам чеканить собственные монеты. И это только начало. И если, не дай боги, тебе когда-нибудь придется сражаться с вестонцами, то не забывай, что их армия гораздо лучше подготовлена к войне, чем наша.

— Ну, это ты загнула! — хохотнул принц Эрик. — Взгляни на этих разодетых павлинов! Один наш воин стоит дюжины этих виноделов.

— Этим, как ты говоришь, павлинам известно такое понятие, как дисциплина. Знаменитые вестонские когорты считаются непобедимыми.

— То-то наши отряды уже несколько месяцев безнаказанно грабят их города и караваны.

— Это ты правильно заметил, брат, — холодно произнесла принцесса Астрид, вставая в полный рост и поправляя образовавшиеся складки на платье. — Именно безнаказанно! Наши воины возвращаются домой живыми и невредимыми только потому, что ни разу еще не встретились в бою с вестонскими когортами. Им противостоят маленькие городские гарнизоны. Потому что все аристократы вестонских северных провинций увели свои войска на войну с аталийцами, чем и пользуются наши ярлы. Скажу больше, их поступки отнюдь не героические. Они поступают, как обычные бандиты и грабители.

— Сестра! — воскликнул принц Эрик. — Ты не забыла, что говоришь сейчас о своих соотечественниках?!

— О, братец, — усмехнулась принцесса. — Я помню об этом всегда. Но и ты должен кое-о-чем помнить. Ты сейчас говоришь с будущей королевой Вестонии. Заруби себе на носу, как только на моей голове окажется корона, первым делом я наведу порядок на северных рубежах моего королевства.

Больше не сказав ни слова, принцесса Астрид, гордо приподняв подбородок, проследовала к дверям чердака. Когда ее силуэт исчез в темном проеме, принц Эрик обратился к Хельге.

— Нет, ну ты видела, кузина? Этот смешной и слабый принц Луи еще даже не выиграл Испытание, а она уже мнит себя будущей королевой! И это притом, что этот принц — самый младший сын Карла Третьего!

— Милый кузен, — покачала головой Хельга. — Ты так и не заметил, что наша тихоня сестренка уже давно превратилась в Астрид Стремительную. Если она что-то себе вбила в голову, значит, это обязательно сбудется.

— Да уж… — почесал затылок принц Эрик. — Упрямства ей не занимать.

— А еще железной воли, — добавила Хельга. — Я ни на миг не сомневаюсь, что она взойдет на трон Вестонии. Так что советую прислушаться к ее словам.

Эрик тяжело вздохнул:

— Может, ты и права…

Некоторое время они молча наблюдали за оживлением, творившимся во внутреннем дворе, размышляя каждый о своем. А потом Эрик снова тяжело выдохнул, словно очнулся от короткого сна, и взглянул на мрачную Хельгу. На его лице появилась насмешливая улыбка. Он уже знал причину отвратительного настроения кузины.

— Что с тобой, Хельга? — спросил он. — С того самого дня, как прибыло посольство вестонцев, ты темнее тучи.

— С чего ты взял? — попыталась отмахнуться от него девушка.

— Да ладно, — усмехнулся Эрик. — Можешь не притворяться. Астрид мне все уже рассказала. Слова того наглого вестонца на белой лошади задели тебя! Мне казалось, что ты не должна была принимать его слова на свой счет.

Хельга, закатив глаза, покачала головой. Астрид все такая же болтунья, как и прежде. Так и не научилась держать язык за зубами.

На самом деле Хельга боялась признаться самой себе, что тот наглец действительно заинтересовал ее. Было в этом юном вестонце что-то такое… Что-то необъяснимое… Словно она уже видела его когда-то. Более того, складывалось такое впечатление, будто они уже с ним знакомы много лет. Эти странные и необъяснимые доселе чувства заставляли ее сердце биться чаще. Но вместе с тем вызывали раздражение и злость.

Принц Эрик, не дождавшись ответа кузины, произнес:

— Если он так тебя бесит, могла бы тогда остановить его сердце или придумать еще что-нибудь. Ты ведь целительница, не мне тебя учить всяким штучкам.

— Во-первых, ты забыл, что на время Великого Испытания объявлено перемирие, — возразила Хельга. — А, во-вторых, твоя сестра оторвет мне голову, если что-нибудь случится с человеком из свиты ее обожаемого принца Луи.

— Но ведь дуэли же разрешены, — произнес принц Эрик. — Хочешь, я прикажу Магнусу, чтобы он проучил его? Обещаю, вестонец останется жив. Правда, без языка он уже не сможет разговаривать, но ему это пойдет только на пользу. Что скажешь?

— Забудь, — отрезала Хельга, поднимаясь. — Идем… Нас наверняка уже обыскались.

Сказав это, девушка двинулась вперед. Если бы она обернулась, то обязательно заметила знаменитую хитрую улыбку принца Эрика. Он всегда так улыбался, когда задумывал совершить какую-нибудь пакость.

Нортланд. Фьёрдград, столица Винтервальда.

С того момента, как я посетил гильдию наемников прошло два дня. За это время мэтр Беро де Бриансон, главный распорядитель посольства его высочества принца Луи меня так и не побеспокоил. Хотя мне прекрасно было известно, что более именитая часть нашей делегации ежедневно посещала дворец конунга. К слову, оба кузена Макса тоже были там.

Сказать по правде, такой расклад мне был только на руку. Я бы даже был не против, если бы обо мне вообще забыли, желательно до самого окончания этого Великого Испытания.

Я, конечно, понимал, что эта свобода временна, поэтому пользовался ей максимально рационально.

На третий день рано утром, во время завтрака, когда Жак и Люкас отправились выполнять одно мое поручение, я обратился к Сигурду Хансену, который сидел за моим столом и молча поглощал яичницу с салом.

— Ты в курсе условий контракта, который я подписал с гильдией?