Чтение онлайн

Если бы не Уокер и его люди, свадьба превратилась бы в побоище. Обезумевшие семьи винили друг друга. Каким-то образом Уокеру удалось удержать жаждущую мести родню от немедленной схватки и отправить людей по домам. Затем он организовал полномасштабное расследование, используя все свои немалые возможности. Он так ничего и не выяснил. Недостатка в подозреваемых не было: в каждой семье хватало людей, возражавших и против перемирия, и против свадьбы, но никаких доказательств не нашлось. Это не помешало родственникам начать уличную войну, безжалостно расправляясь с каждым, кто имел неосторожность попасться в одиночку. В конце концов вмешались власти, пригрозив изгнать обе семьи с Тёмной Стороны. Воцарилось угрюмое и очень хрупкое перемирие. С тех пор прошло шесть лет. Мелинда и Куинн покоятся по отдельности в своих семейных склепах, и никто по-прежнему ничего не знает. Разумеется, существуют подозрения и теории заговоров, но когда их не бывает?

Чтобы найти убийцу, я сделал бы что угодно, но вскоре после той свадьбы моя собственная жизнь покатилась под откос. Кончилось тем, что я получил пулю в спину от Сьюзи Стрелка и бежал с Тёмной Стороны, поклявшись не возвращаться обратно.

— Ужасная трагедия, — сказал Винсент. Он взял фотографию co стола и внимательно посмотрел на неё:

— Мне их и сейчас не хватает. Словно что-то во мне умерло вместе с ними. Может быть, я держу эту фотографию на столе для того, чтобы не забывать о дне, когда я последний раз в жизни был счастлив.

Винсент поставил фотографию обратно на стол и улыбнулся:

— Жаль, что я не могу показать им моё самое большое достижение. И теперь кто-то или что-то хочет остановить электростанцию. Потому я и попросил Уокера связаться с тобой. Ты мне поможешь?

— Возможно, — сказал я. — Я сейчас пытаюсь прочувствовать ситуацию. Расскажи всё по порядку, с самого начала.

Винсент откинулся на спинку своего директорского кресла и сцепил пальцы, положив руки на живот. Говорил он ровно и спокойно, не переставая, однако, поглядывать на контрольные мониторы.

— Это началось две недели назад. Все как всегда, обычный день. Внезапно останавливается одна из главных турбин. Саботаж. Работа любительская: механизм просто раздроблён. Мои люди вернули турбину в строй меньше чем за час, но тут же начали отказывать различные системы по всей электростанции. И так продолжается до сегодняшнего дня. Одно чиним, другое выходит из строя. На запасные части уже ушло целое состояние. Грубая работа, никаких изысков — бессмысленное разрушение… Диверсанта никто ни разу не засёк. Ты видел, какую я задействовал охрану, но толку никакого. Повсюду камеры, видеозаписи исследуют специалисты — и тоже ничего. Мы даже не можем понять, как этот ублюдок приходит и уходит! А разрушений все больше, мы уже не успеваем с ремонтом. Ещё немного, и упадёт выработка электроэнергии, а от нашего электричества зависят очень и очень многие.

«И если кто-то потопит “Прометей инкорпорейтед”, утонешь и ты», — подумал я.

Вслух я ничего не сказал, из вежливости.

— А как насчёт конкурентов? — спросил я. — Может, кто-то из производителей электричества хочет поживиться за твой счёт?

— Конкуренты есть всегда, — хмуро ответил Винсент. — Но нет таких, которые могли бы прикрыть дыру, если мы пойдём ко дну. “Прометей инкорпорейтед” обеспечивает двенадцать целых и четыре десятых процента потребности Тёмной Стороны в электричестве. Если мы остановимся, придётся вводить режим экономии, периодически отключать электроэнергию. Это никому не надо. Остальным компаниям придётся работать на износ, чтобы справиться.

— Ну, хорошо, — сказал я. — А как насчёт тех, кто просто тебя не любит? Не случилось ли тебе нажить новых врагов?

Винсент улыбнулся.

— Месяц назад я бы сказал, что на всём свете y меня нет ни единого врага. Но сегодня… — Он ещё раз посмотрел на свадебную фотографию. — Мне снятся плохие сны. Мелинда и Куинн, день их смерти. Я всё думаю… Вдруг тот ублюдок, который их убил, решил взяться за меня?

— Такого оборота я не предвидел.

— А почему за тебя? И почему через шесть лет?

— Может, убийца думает, что я что-то знаю… Хотя я представить себе не могу, что именно. А может быть, дело в том, что ты опять здесь, Джон, и всё началось снова. Страшно представить, сколько старых обид всплыло на поверхность с тех пор, как ты вернулся на Тёмную Сторону.

Спорить с этим было трудно, и я решил переменить тему:

— Вернёмся к фактическому ущербу. Ты говорил про грубую работу?. .

— Ну да! Диверсант явно не разбирается в технике. Есть десяток мест, куда можно ударить — и электростанция остановится. Достаточно просто покрутить ручки, надо только знать где. Ну и, конечно, самый главный технологический процесс, который обеспечивает работу «Прометей инкорпорейтед». Моё изобретение, я держу его в секрете, в стальной камере, прикрытой самыми современными защитными системами. Даже властям нелегко туда попасть без кодов доступа.

Винсент наклонился ко мне через стол. В глазах читалась мольба.

— Ты должен помочь мне, Джон. Речь идёт не только о деньгах. Если «Прометей инкорпорейтед» остановится и на Тёмной Стороне возникнут перебои с электричеством, начнут умирать люди. От энергии зависят сотни тысяч жизней.

Мне следовало предвидеть такой поворот. Ничего не могу поделать, люблю сентиментальные истории.

Винсент показал мне подземные помещения, куда посторонним вход заказан. Повсюду было безупречно чисто и сверхъестественно тихо. Генераторы оказались компактными и почти бесшумными. Повсюду циферблаты, шкалы, индикаторы, масса хитрой электроники — китайская грамота для меня. Я, впрочем, не забывал регулярно выражать восхищение. И все это изобрёл Винсент в те дни, когда он ещё был механиком, а не директором. Экскурсию Винсент сопровождал подробными объяснениями, но их я пропускал мимо ушей, кивая и высматривая следы, которые мог оставить диверсант. Когда он показал и рассказал все, мы остановились перед тяжёлой стальной дверью. Винсент смотрел на меня, явно ожидая, что я скажу.

— Это все… очень чисто, — произнёс я. — Производит огромное впечатление. Трудно поверить, что здесь вырабатывается столько электроэнергии. Признаться, я ожидал механизмов в десять раз крупнее.

Винсент улыбнулся.

— А энергия вырабатывается не здесь! Источник там, за дверью, здесь лишь оборудование, преобразующее энергию в электричество. Секрет в моей собственной технологии процесса, происходящего за запечатанной дверью. Чудо науки, если мне будет позволено так сказать…

Я с подозрением посмотрел на стальную дверь.

— Если ты хочешь сказать, что там y тебя ядерный реактор…

— Да нет же…

— … или ограниченная сингулярность…

— Это было бы слишком примитивно, Джон! Процесс совершенно безопасный, никаких вредных отходов. Боюсь только, что я не смогу тебе ничего показать. Есть вещи, которые приходится держать в секрете.

Тут он остановился, и мы оба оглянулись, услышав какой-то шум. Грубо трясло одну из машин в дальнем конце зала, уже повалил дым. По ушам резанул сигнал тревоги, и сработала система автоматической остановки.