Чтение онлайн

— Ну, значит, вы лучше нас, — усмехнулся следователь, — я не собираюсь спорить.

— Правильно, потому что сказать нечего, В общем, так, сынок. Вы ищите террористов. Их много развелось, видишь, какая у нас политическая ситуация неприятная. Есть еще вопросы?

Следователь задумчиво глядел в черные глазницы, такие глубокие, что при определенном положении тени и света они казались пустыми бездонными дырами. Вопросов было еще очень много, но все они, к сожалению, никакого отношения к взрыву в торговой галерее и гибели племянника не имели. Пока, во всяком случае.

На визитной карточке Радченко Эдуарда Сергеевича, менеджера фирмы «Вирджиния», был ручкой вписан номер мобильного телефона. У Вари голова шла кругом. Ей страшно хотелось курить, но вместо сигареты она сунула в рот леденец и набрала номер.

— Да! — рявкнул мужской голос так, что зазвенело в ухе.

— Эдуард Сергеевич, что с вами? — ласково и удивленно прощебетала Варя. — Вы здоровы?

— Кто это?

— Варя Богданова.

— Ах, ну да, привет, извините, не узнал.

— Эдуард Сергеевич, я насчет того костюма, от «Шанель». Помните, вы показывали каталог? Пришла коллекция?

— Какой костюм? — спросил он металлическим голосом после долгой паузы.

— Ну как же? От «Шанель», бледно-зеленый шелк, троечка, юбка, топик и пиджак. Там у вас еще были к нему туфли и сумочка из крокодиловой кожи. Вы обещали отложить для меня. Мы договаривались о наличных, с деньгами все нормально. Я могу подъехать в бутик? Да, кстати, вам большой привет от Петра Петровича.

Последовала еще одна пауза, невозможно долгая, словно Радченко забыл, что говорит по мобильному.

— Я вас понял, — произнес он наконец тихо и испуганно, — я готов с вами встретиться. Скажите, где и когда.

У Вари сильно стукнуло сердце. Она глубоко вздохнула и нечаянно проглотила леденец, чуть не подавилась, но справилась с кашлем и строго отчеканила:

— В Сокольниках, у церкви, через час. Вы знаете мою машину, белый «Опель».

Тронувшись с места, она доехала до ближайшего универсального магазина, купила маленький диктофон, кассеты, легкую полотняную сумочку и прозрачный шелковый шарф, вышла, огляделась, села за столик в уличном кафе у магазина, заказала стакан сока. Надо было успокоиться. Менеджер Радченко был неплохим психологом, и малейшее волнение могло испортить всю игру. Она казалась себе человеком, который решился перейти пропасть по жердочке с завязанными глазами, в туфельках на каблуках и без всякой гарантии, что там, на противоположной стороне, не пристрелят, если все-таки дойдешь.

Неделю назад в подмосковном ресторане Пныря устроил очередное застолье. Был какой-то значительный повод, собралось очень много народу. Ресторан сняли целиком, все пять залов.

В последнее время старый вор все чаще требовал, чтобы Варя присутствовала на его праздниках, объясняя это тем, что среди приглашенных могут оказаться энергетические вампиры, а у нее какая-то особенная, здоровая аура, которая, как щит, прикрывает беззащитного старика от вредных энергетических потоков. Ему было плевать, что рано или поздно до Мальцева дойдут слухи о ее близком знакомстве с воровским авторитетом. Он пекся о собственном здоровье, врачам не доверял, болезни считал результатом порчи, а Варю чем-то вроде витамина для укрепления иммунитета.

Идти на тот банкет в загородном ресторане она особенно опасалась, так как знала, что там будет несколько крупных предпринимателей, знакомых ее мужа. Мальцев улетал в Бельгию на какую-то международную конференцию именно в тот день, и ему, заместителю министра, могли запросто потом донести, что его молодая супруга прямо из аэропорта явилась на сомнительный сабантуй. Варя решила подстраховаться, заранее нащебетала Мальцеву в машине, по дороге в аэропорт, что ее пригласила в загородный ресторан сокурсница, у ее приятеля день рожденья.

Дмитрий Владимирович относился спокойно к ее отдельной жизни, не особенно интересовался, где и с кем она встречается, малейшее недоверие считал унизительным для себя и для нее. Но тут вдруг напрягся, стал спрашивать, как зовут сокурсницу, чем занимается ее приятель.

«Может, я разучилась врать?» — испугалась Варя. Но потом поняла, в чем дело. У загородного ресторана была дурная репутация.

— Когда вернешься домой, обязательно мне позвони, — попросил Мальцев перед таможенным контролем.

— Конечно, ты как раз в это время приземлишься.

— И все-таки лучше бы тебе не ходить. — Он убрал прядку ей за ухо. — Придумай что-нибудь скажи, у тебя голова болит или мой рейс задержался, ты сидишь со мной в аэропорту.

— Ага, я бы с удовольствием посидела с тобой в аэропорту, — кивнула Варя, — но мне придется ехать в пустой дом. И Светка обидится, она ужасно обидчивая. Объясни, в чем дело? Почему ты так не хочешь, чтобы я ехала в этот чертов ресторан?

— Не лучшее место, — хмуро пробормотал Мальцев, — пару месяцев назад там случилась бандитская разборка со стрельбой.

— Серьезно?! — Варя сделала испуганные глаза.

Она отлично знала о перестрелке. Ее организовал сам Пныря. Заманил туда молодого зарвавшегося конкурента, за банкетный стол подсадил провокатора, который устроил скандал, завершившийся стрельбой. Пныря любил возвращаться туда, где ему удалось одержать победу, и пировать как бы на крови побежденного противника.

Объявили, что посадка заканчивается. Варя обняла Мальцева, принялась целовать его в щеки, в губы, в глаза и прошептала:

— По теории вероятности, в течение года по крайней мере это место можно считать самым безопасным в Москве. Я тебя люблю, Митенька.

Сейчас, сидя в тени под полосатым тентом уличного кафе, потягивая вишневый сок через трубочку, Варя думала, что у ее драгоценного Мальцева интуиция отсутствует напрочь, как обоняние у безносого. Знал бы он, что тот вечер в загородном ресторане дал ей редкий, причудливый шанс спасти ему жизнь.

— Наркотики есть в доме? — спросил капитан Косицкий, поговорив с диспетчером «скорой».

— Я не знаю… понятия не имею. — Раиса испуганно замахала руками. Олег промычал что-то. Приблизившись, капитан услышал гулкое, как из черного колодца: «Не-е… не-е…»