Пираньи
Шрифт:
— А что это такое? — осклабился Бейси.
— То, о чем тебе доложили утром, — сказал Форбрайт. — Синяя папка с тремя нулями.
— Уважаю профессиональную работу! Мы, оказывается, подстраховываем друг друга. — Директор ЦРУ отнюдь не был ошарашен известием.
— Билл, шутками здесь не пахнет, — медленно проговорил Форбрайт. — Если информация об испытаниях «скорпиона» просочится за пределы Лэнгли…
— Я все учел, парни. Но все же надо было ввести меня в курс дела сразу.
— Учти еще то, что ты подчиняешься Совету национальной безопасности.
Бейси выдержал прямое попадание взгляда Форбрайта с широкой улыбкой, обнажавшей золотые коронки.
— Я вижу, к чему ты клонишь, Сирилл. Но у меня вопрос к вам обоим: если я выполню ваши… м-м… будем говорить, пожелания, — на сколько нулей вырастет мой счет в «Чейз Манхэттен»?
Бурш и Форбрайт переглянулись.
— Не знаю, — решительно отрубил Форбрайт. — Ничего обещать не могу, все мы сидим на одном шестке.
— Предпочитаю сидеть отдельно. О национальных интересах я пекусь не меньше вашего.
Бурш усмехнулся, но снова сдержался.
По кабинету поползло молчание, холодное, неприятное и обманчиво спокойное, как ядовитая змея.
Директор ЦРУ хлопнул себя по ляжкам и захохотал.
— А здорово я вас прижал, коллеги! Ладно, говорите, что вам от меня надо.
Форбрайт поправил галстук.
— Какое ведомство у тебя занято… сбором информации о работе физических лабораторий?
— Второе, группа «Ф».
— Сколько исполнителей в группе знают о «скорпионе»?
— Четверо.
— Эти люди… должны исчезнуть, хотя бы на время. Вся добытая информация…
— Будет у вас завтра утром. Все?
— Да.
Форбрайт посмотрел на Бурша, но адмирал молчал.
— Тогда до связи, парни. А где же ваш любимец, итальянец?
Речь шла о Тони Галдеано, и невинный с виду вопрос свидетельствовал о том, что Бейси знает, где в настоящий момент находится помощник Бурша.
— В командировке, — после паузы ответил директор АНБ.
— Передавайте ему привет.
Директор ЦРУ вышел, насвистывая марш «зеленых беретов». Несколько минут в кабинете было тихо.
— Как ты думаешь, Дэвид, он сделает, что обещал? — спросил наконец Форбрайт.
— Сделает, но не уверен, что не оставит себе копии. Да шут с ним! Давай поговорим лучше о возможных последствиях и о том, как их контролировать. Информация об испытаниях «лазера» будет передана на базу «Дикс», а реальная — в Шугар-Гроув, на нашу станцию связи. Все готово, через час-два мы получим видеоролики от всех наблюдателей.
Директор АНБ кивнул, подвигал челюстью и сказал:
— Ты веришь в предчувствия? Я — нет, воображения не хватает, но у меня с утра болит живот. К чему бы это?
— К поносу, — серьезно ответил Бурш.
БОРТ «ГРЕЙТ ХАНТЕР»
4 июня, 7 часов 45 минут
Кларк вошел в бомбовый отсек, переоборудованный для установки электроники «скорпиона». Трое специалистов из «ИИ», занятые своим делом, не обратили на него внимания.
— Сандерс! — крикнул Кларк. — Вы знаете, по каким целям будет… работать ваш «скорпион»? — Из-за гула двигателей приходилось напрягать голосовые связки.
— Конечно, — коротко отозвался Бартлоу, не поднимая головы. — «Скорпион» будет работать по четырем целям — в космосе, в воздухе и на земле. Вас что-то беспокоит, полковник?
— Меня беспокоит, знают ли об этом обитатели Гранд-хоум?
Бартлоу выронил штекер со шнуром и рывком обернулся.
— Откуда вы…
— Это секрет. Но вы не ответили на вопрос. После испытаний вас будут судить как обыкновенных убийц. Вас это не волнует?
— О чем вы, Дональд? — обернулся Милфорд.
— О том, что наземная цель «скорпиона» — индейская резервация, — раздался сзади Кларка голос пилота. — Можно подумать, что ты этого не знал.
— Я — нет. — Милфорд посмотрел на Бартлоу. — Это правда, Сандерс?
Бартлоу пожал плечами, искоса глянув на продолжавшего молчать Эрхарта.
— Ну и что? Индейцем больше — индейцем меньше…
— О, гнилым душком потянуло! — проговорил Дейм, принюхиваясь. — Ну конечно, это же речь нашего дорогого министра обороны! Надо же, какая у тебя память, Сандерс!
Бартлоу сжал кулаки.
— Полегче, приятель! Наш министр — парень что надо! Чем он тебе не нравится?
— Не нравится? Да я просто без ума от него! Если ты к нему вхож, передавай мое искреннее восхищение цветом его лица.
Милфорд рассмеялся.
— Горячий ты парень, Стив. Какая муха тебя укусила?
Гладко выбритое тонкогубое лицо Бартлоу пошло пятнами.
— Этот пес смеет обвинять лучших людей…
Кулак Дейма врезался в квадратный подбородок специалиста по лазерам. Бартлоу отлетел к вогнутой панели индикации одного из аппаратных шкафов.
— Перестань, Стив! — Кларк сжал плечо пилота. — Иди в кабину!
Тем временем Бартлоу вскочил на ноги и бросился к пилоту, но Кларк заступил ему дорогу.
— Спокойно, капитан, иначе вас могут высадить раньше пункта назначения. Пилот у меня один.
— Хорошо, Стив, — сказал Бартлоу, кривясь в бледной улыбке, взгляд его был полон ненависти, и пилот понял, что нажил себе смертельного врага. — Мы сквитаемся на базе. Обещаю, майором ты пробудешь недолго.
— Ладно, ладно, — проворчал Дейм, быстро остывая. — Я не против повышения. Не выношу, когда мне грубят. — И он вышел из отсека.
— Парень очень импульсивен, — сказал Кларк, — но ведь он высказал свое отношение к происходящему. Военная программа? Хорошо! Безопасность страны? Отлично! Испытания нового оружия? Великолепно! Я знаю, что такое воинский долг и дисциплина, но речь идет о плохо замаскированном убийстве! О целях «скорпиона» мне стало известно двадцать минут назад, Стив хорошо знает возможности наших бортовых компьютеров. До этого момента я колебался, не знал, что делать, но вы помогли мне сориентироваться. И вот что я вам заявляю: мы не позволим провести испытания «скорпиона» на живых людях. Не думаю, чтобы Крейг и вообще командование базы были замешаны в этом грязном деле. Так вот, как только пройдут выстрелы по спутнику и по воздушным мишеням, я отключу «Джорджа» и разверну самолет на базу…