Чтение онлайн

— Рюмку водки, пожалуйста, — сказала она.

— Вы меня подождете, пока я схожу за напитками?

— Пойду лучше с вами, — ответила Пейтон, заметив, что ее не оставляют вниманием.

Остаться под косыми взглядами — перспектива не из приятных. Да она протрет стул, ерзая от неловкости.

У стойки, не успев заказать напитки, Барри заговорил с широкоплечим приземистым человеком, по-видимому, тоже дантистом. Обменявшись с ним несколькими словами, Барри извинился и пояснил:

— С этим человеком я работал в Чикаго, он был моим шефом. Недавно он перебрался в Нью-Йорк и теперь заведует отделением стоматологической хирургии в клинике Хиллсайд-Бай в центре Манхэттена. Встретив меня на симпозиуме, он пригласил меня на работу, а я до сих пор не решил, поехать ли мне в Нью-Йорк или перебраться в Бостон.

— Зачем вам перебираться сюда, если вы можете получить место в Нью-Йорке?

— Вам нравится Нью-Йорк?

— Я никогда не была там, но Бостон мне надоел. Хотела бы жить в Нью-Йорке. Наверное, увидишь — захватит дух. — В голосе Пейтон слышались нотки провинциальной простушки.

Заказав Пейтон водку, а себе шотландское виски с содовой, Барри спросил:

— Сядем за столик или вы хотите познакомиться с моими друзьями? — Он показал на группу мужчин, стоявших неподалеку, кто с рюмкой, а кто с бокалом в руке.

— Лучше сядем за стол, вы мне расскажете о себе, но ели у вас дела…

— Все дела я уже закончил, — беззаботно произнес Барри, усевшись напротив Пейтон. — Прослушал курс лекций, побывал на выставке нового оборудования и даже получил несколько деловых предложений.

Далее последовал длинный рассказ о планах Барри на будущее, о частной практике, которой он хочет обзавестись, о перспективах лазерной техники и о других, не менее перспективных нововведениях, которые он станет непременно использовать.

Пейтон не поняла добрую половину, не помогли и вопросы: Барри сыпал непонятными терминами и даже приводил выкладки баснословных доходов, которые принесут ему его начинания. Однако было заметно, что Барри говорит искренне, не рисуясь. Пейтон хорошо поняла лишь одно: из Бостона Барри направляется на горнолыжный курорт, а значит, у него водятся деньги и, вероятно, немалые.

После третьей рюмки она решила, что Барри — настоящий богач. Она подсела к нему поближе и не ошиблась — Барри сменил тему, опустившись на землю.

— Неужели у вас нет парня? — заинтересованно спросил он. — Вы такая красивая, просто не верится. Вы похожи на девочку, за которой я увивался в школьные годы. — Барри взял Пейтон за руку.

Она улыбнулась и, с опаской оглядевшись по сторонам, поцеловала его в пухлую щеку. Нет, он не был парнем ее мечты, но она бы не отказалась улечься с ним в койку. Придя к этой мысли, она всполошилась, вспомнив наставления Нелл — «но только не ложись с ним в постель, поспешишь — все испортишь». Действительно, торопиться не надо. Барри от нее без ума.

Из гостиницы Барри повез Пейтон в зубоврачебный кабинет, уступленный ему на вечер приятелем, где снял ей камни с зубов.

Барри занимался зубами Пейтон в течение года, раз в месяц приезжая в Бостон — чаще на семинар, конференцию или выставку, а иногда единственно для того, чтобы продолжить врачевание пациентки, которую принимал в зубоврачебном кабинете своего друга.

Ее зубы оказались запущенными. Помимо двух искусственных передних зубов, которые пришлось заменить, Барри пломбировал ей другие зубы, иногда удаляя нерв, а на некоторые, кривые или источенные, ставил коронки. Пейтон часами сидела в кресле, удивляясь, что может нравиться человеку, который ковыряется у нее во рту, вероятно, кишащему гнилостными бактериями.

Однако незавидные зубы его, видимо, не смущали, и он нередко, заглядывая ей в рот, говорил, казалось, на полном серьезе: «От вас веет жаром» или, варьируя фразу: — «Ваш жгучий взгляд не дает мне работать».

С открытым ртом, обычно набитым ватой, Пейтон ответить, естественно, не могла, и на том дело заканчивалось, предоставляя в дальнейшем повод для размышлений: искренен Барри или подшучивает над ней.

Однако, в конце концов, она поняла, что Барри относится к ней серьезно. Он нисколько не походил на тех легкомысленных, беспечных парней, которые, едва познакомившись с понравившейся девицей, пытаются стянуть с нее трусики в ближайших кустах. Придя к этой мысли, Пейтон сочла возможным приступить к решительным действиям, чтобы вынудить Барри наконец объясниться.

Однажды, выплюнув вату после пломбирования зуба, она усадила Барри на свое место и, расстегнув ему молнию на ширинке, взяла его пенис в рот, еще не отошедший от укола новокаина. Объяснения не случилось, но Барри, придя в экстаз, осыпал ее лицо страстными поцелуями, и Пейтон впервые в жизни почувствовала, что ее, возможно, любят по-настоящему.

Барри часто звонил ей (он жил в Чикаго), а когда не заставал ее дома (Пейтон иногда ходила в кино или встречалась в баре с Викторией), то всегда просил передать, чтобы она ему позвонила, как бы поздно ни возвратилась.

В этих случаях Нелл встречала ее словами:

— Звонил Барри. Просил тебя позвонить. Будь с ним поласковей, не упусти жениха.

Правда, фразы варьировались, но суть была одинакова.

Барри вел себя деликатно и никогда не допытывался, с кем она проводила время, хотя в его голосе и звучали тревожные нотки. Впрочем, через минуту он начинал рассказывать о себе, о своих планах на будущее, неизменно предвкушая быстрый успех.

Однажды он разоткровенничался:

— В любом бизнесе надо брать быка за рога, использовать новейшие технологии, идти в ногу со временем. Не всем такое дается. К примеру, взять моего отца. Сейчас у него куча денег, но он долгие годы проработал простым бухгалтером, корпя над своими бумагами по четырнадцать часов в день. А в каких условиях он работал! Я однажды был в его офисе — настоящая конура. Правда, он все же разбогател, видно, вложив накопленные по доллару, а то и по центу деньги в какой-то прибыльный бизнес. Но сколько лет на это ушло! Такая жизнь не по мне. У меня есть идеи, их надо только осуществить. — Барри говорил искренне, убедительно.

Нелл давно спала сладким сном, и потому Пейтон ответила не менее убедительно:

— А ты знаешь, чего сейчас хочется мне? Мне хочется, чтобы ты был рядом со мной и я могла бы взять в руку твой толстый пенис.

— Я хочу жениться на тебе, — сказал Барри, когда лечение Пейтон близилось к завершению, — но пока не делаю тебе предложения. Видишь ли, мои родители прочат мне в жены одну молоденькую еврейку, а если им что-то втемяшилось в голову, их с места не сдвинешь. Но я их уломаю, не сомневаюсь.