Песнь ножен

…Странный, жутковатый мир.

Мир не столько «меча и магии», сколько «магии и меча».

Мир окруженных горами маленьких королевств, каждое из которых зависит от воли и желания волшебника-покровителя, реальная же власть зависит от отрядов наемников, прозванных Красными Шатрами.

Мир, где за горами — таинственная волшебная страна, где, как говорят, ВОЗМОЖНО ВСЕ…

Здесь не помнящий своего прошлого Солдат — рыцарь, великий полководец — рискует жизнью, дабы защитить родной город своей возлюбленной-принцессы от чудовищного нашествия монстров-зверолюдей, а по пятам за ним следует враг, пришедший из другого мира. Враг, который терпеливо ждет момента, когда Солдат обретет, наконец утраченную память и встретится с ним в ПОСЛЕДНЕЙ БИТВЕ…

Странная магия витала в воздухе. Она переливалась яркими, насыщенными цветами — красным, желтым, оранжевым, лиловым, черным, вырисовывая причудливые узоры среди облаков. Она текла словно лава из вулкана — горячая, опаляющая магия, прожигая себе путь в лазури небес. Те, кто видел ее, замирали на месте, пораженные дивной картиной. Те, кто не смотрел вверх, вскоре поднимали головы, желая полюбоваться невероятным зрелищем. Небесные краски отражались от земли, и солнце переливалось тысячами фантастических оттенков на холмах и травах долины…

— Что это? — спросил Солдат у своей жены, принцессы Лайаны. — Погодное явление?

— Погодное явление! — передразнила Лайана, улыбнувшись ему. — В твоем родном мире люди все списывают на погоду. Нам здесь это бы и в голову не пришло, а ты рассуждаешь о погоде десять раз на дню… Нет. Ни дождь, ни ветер, ни солнце здесь ни при чем. Это юный волшебник наконец-то расправил крылья — выражаясь фигурально, разумеется. Он направляется в родное гнездо.

Лайана вела себя так, словно была абсолютно здорова. На самом же деле принцесса утратила память и ничего не ведала о прошлом. Да, теперь она была осведомлена о своем происхождении и прежней жизни, но знала об этом исключительно со слов других людей. Впрочем, она сохранила некоторые прежние черты, присущие королевской особе: величавую походку, великолепные манеры и немного надменную речь.

Некогда проклятие, поразившее семью Лайаны, ввергло принцессу в безумие, но теперь оно исчезло — вместе с утраченной памятью. Солдат часто думал: если память однажды вернется, то все начнется сызнова. Жуткая болезнь разума заставляла Лайану вновь и вновь пытаться убить собственного мужа и изводила ее ночными кошмарами…

— Направляется в родное гнездо? Чтобы сразиться с узурпатором ОммуллуммО?

— Именно так, — отозвалась Лайана. — Наш ведьмачонок наконец-то вырос.

Предыдущий Король магов назвал ИксонноксИ своим наследником. Теперь ему предстояло занять место Великого Чародея, обязанного контролировать все магические силы мира и блюсти равновесие между Добром и Злом. Но когда предыдущий Король магов покинул бренное тело, ИксонноксИ был еще слишком юн и не сумел противостоять своему отцу — узурпатору ОммуллуммО, самовольно занявшему его место. Лишь благодаря Солдату молодой маг скрылся от злобного чародея. Теперь же он обрел мощь и был готов к битве с отцом, который лишился рассудка, проведя несколько столетий замурованным в темнице. И магия, залившая небеса, была посланием ИксонноксИ. Вестью, гласившей, что он направляется к трону узурпатора в Семи Пиках…

Впрочем, Солдата занимали и другие, не менее важные проблемы. Несколько дней назад голову королевы Ванды, сестры Лайаны, вышвырнули за городскую стену. Еще один узурпатор — канцлер Гумбольд — предал казни королеву Зэмерканда, тем самым, декларировав свой отказ открыть ворота и впустить Солдата. Вот почему карфаганцы — Красные Шатры, — которыми командовал Солдат, разбили лагерь подле городских стен.

То была армия, принадлежавшая иностранному государству. Наемники, традиционно охранявшие богатый город Зэмерканд от врагов — ханнаков, зверолюдей, варваров Фальюма, Да-тичетта и Неведомых Земель. Не так давно Красные Шатры под командованием Солдата разгромили орды, посланные ОммуллуммО. Захватчики нашли здесь свою погибель. Честь Карфаги была восстановлена. Для государства, чьи жители славились своими воинскими умениями, это было необычайно важно.

Солдат созвал капитанов на военный совет. Он происходил в одном из огромных красных шатров, обычно служивших жилищем для целого полка карфаганской армии.

Лайана отказалась присутствовать на собрании, рассудив, что это — внутреннее дело карфаганцев. Она решила так, хотя исход совещания неизбежно должен был повлиять и на ее будущее. Солдат уважал выбор жены и радовался ему. Он не хотел, чтобы наследница трона Гутрума слушала препирательства.

Первое слово взяла Велион, капитан Орлов — старейшего из Шатров армии Солдата.

— Никогда прежде в истории Карфаги наемники не позволяли себе вторгаться в город, который взялись охранять. Никогда они не вмешивались в политику. Наши старейшины придут в ужас при одной мысли об этом. И даже если королева Ванда была законной правительницей, а узурпатор Гумбольд — всего лишь безродный выскочка, это не наше дело. Мы обязаны защищать город от внешнего врага. То, что происходит внутри его стен, — забота гутрумцев, а не карфаганцев.

Окончив речь, Велион уселась на свое место среди других капитанов и скрестила руки на груди, давая понять, что ей более нечего сказать. Велион знала, что ей не позволят заговорить во второй раз. Таково правило: каждый капитан имел возможность высказаться лишь единожды, выразив одобрение или же порицание планам главнокомандующего. Позже он был обязан хранить молчание. Так пресекались долгие и бессмысленные дискуссии ни о чем. Ты выразил свое мнение — теперь замолчи и дай сказать другим.

После Велион поднялся капитан Шатра Тигров. Впрочем, он привел те же аргументы, что и предыдущий оратор. И следующий за ним капитан говорил то же самое…

Солдата снедала досада. Он негодовал на Велион, которая всегда была ему добрым другом и верным соратником, а на сей раз, выступила против него. Впрочем, Солдат знал, что ему следует смирить свой норов. Иногда страсти преобладали над его рассудком, и он впадал в неистовую боевую ярость, снискавшую ему славу на поле брани. Однако Солдат предпочитал сохранять контроль над разумом.

Он явился из иного мира — прошел через некое окно, соединявшее реальность с этим необычным местом, где обитали невиданные существа и велись странные войны. Некогда, в прежней жизни, кто-то причинил ему огромное зло. Или, возможно, это он причинил зло кому-то… Произошло нечто, поселившее в его сердце горечь и ненависть. Вдобавок он не помнил ни себя, ни своей родины и жил здесь под прозвищем Солдата. Единственная ниточка, связывающая его с прошлым…

— Как же так? — наконец подал голос Солдат. — Или я не вернул вам былую славу? Разве не помог я победить тех, кто унизил вас, разгромив в битве? Мне удалось преуспеть лишь благодаря помощи моей жены. И теперь, когда ее сестра приняла жестокую смерть от рук Гумбольда и его ставленника Каффа, именно она является законной правительницей Зэмерканда.

Капитан Шатра Волков поднялся на ноги и взял слово.

— Ты неверно понял, генерал. Мы бесконечно благодарны за то, что ты повел нас в бой. Ты и впрямь восстановил честь нашей армии, и потому мы преданны тебе душой и телом. Но ты просишь, чтобы мы вторглись в Зэмерканд с оружием в руках. Между тем подобный образ действий — против всех наших законов. Наши войска не сумеют найти работу в других странах и городах-государствах, если люди уверятся, что те, кому они платят за охрану, в любой момент могут напасть на них. Жители Зэмерканда должны сами свалить самозваного короля, коли он им не по душе. Мы не имеем права атаковать город. Это станет пятном на репутации карфаганских наемников во всем обитаемом мире.