Шрифт:
Пролог
– Где мужик-то?
– Да не пойму! Там мелко вроде! Не утонул же он в самом деле!
Молодой мужчина с бородой и длинными, тщательно уложенными усами заглядывал в открытый люк, светя карманным фонариком. И хотя на улице, гудящей сигналами, рычащей моторами, говорящей сотнями ртов, царил разгар пасмурного дня, в каменном колодце было всё же темновато.
– Дaйте мне! – пыталась отнять у мужчины фонарик тётушка в длинной мятой куртке с объёмной сумкой, висящей на сгибе локтя.
– Да нету его там! – Бородач раздражённо отводил от неё руку.
Ещё несколько прохожих, которым некуда было спешить, заглядывали в люк, пытаясь подсветить внутрь смартфонами. Другие стояли поодаль, делая вид, что ждут автобуса, но старательно вытягивая шеи в сторону места происшествия.
С пронзительным воем к противоположному тротуару подлетела белая машина с сине-оранжевой полосой вдоль корпуса. Оттуда выскочили двое мужчин в синей форме с нашивками.
– О, приехали! – констатировала очевидное тётушка в куртке.
Эмчеэсовцы дождались зелёного сигнала светофора и поспешили к скоплению людей.
– Что тут? – обратился немолодой, гладко выбритый мужчина к бородачу. Его напарник помладше в разговор не вступил, видимо отдавая инициативу старшему по званию.
– Здрасте. Да вот мужчина упал в люк, но мы, сколько ни ищем, найти его не можем.
– Спускались? – деловито уточнил старший спасатель.
– Нет, – развёл руками молодой человек, взглядом указав на дорогую, хотя и несколько нелепо сидящую на нём одежду.
– Понятно, – раздражённо произнёс спасатель и повернулся к напарнику: – Игорь, щуп давай. И робу принеси.
Некоторые наблюдатели, взглянув на часы, начали расходиться. Кто-то испытывал неловкость оттого, что не решился промокнуть и испачкать одежду, спасая человека. Другие, чьи дела могли ещё подождать, а совесть спала, убаюканная присутствием специалистов, продолжали наблюдать. Кто-то даже фотографировал на смартфон.
Спустя двадцать минут безрезультатных поисков старший спасатель, грязный и злой, высунулся из люка и опёрся локтями на асфальт:
– Так, граждане. Это шутка такая или что? Вы знаете об ответственности за ложный вызов?
– Какая шутка?! – возмутилась тётушка. – Человек упал! Я сама видела. Шла вот на остановку. Гляжу, парень – шмяк туда. Только вскрикнуть и успел. И ведь даже знаков, паразиты, не поставили! А если б ребёнок?!
– Да. Я тоже видел, – на сей раз поддержал её бородач. – Такой в очках, с рюкзаком. Ну, может, чуть постарше меня.
– И мы! – пискнула коротко стриженная студентка в очках. Её пухленькая подруга на всякий случай кивнула.
Ещё кто-то присоединился к нестройному хору.
– Та-ак… – Спасатель подтянулся на руках, вылезая из люка. – Игорь, у тебя руки чистые, набери у меня «служба ССП». Это, похоже, их епархия. Опиши ситуацию, а потом принеси мне салфеток, что ли. И протокол для свидетелей.
– Ага. А кто это? – Младший коллега уже тыкал в кнопки старенькой мобилы.
– Служба грязной работёнки, – буркнул старший. Потом всё же пояснил: – То ли Служба странных происшествий, то ли ещё как. Фиг вспомнишь. Они со всеми этими сталкериадами разбираются. Так что, если непонятка какая, лучше их звать. Поверь мне, кучу проблем снимают. Я тебе потом телефон дам. – Он повернулся к зевакам: – Так, господа хорошие, заполним протокол, набросаем словесный портрет пострадавшего, и можете быть свободны.
Через час, когда все разошлись, к уже огороженному люку подошли двое: низенькая полная светловолосая женщина и сутулящийся худощавый мужчина с тёмным ёжиком тонких волос, оба примерно между тридцатью и сорока годами. Женщина была в удлинённой чёрной куртке с поясом и в туфлях на небольших каблуках. Разбавляли строгую картину лишь серьги, похожие на два пересекающихся портала, один выше, другой ниже. Строгий костюм на мужчине сидел чуть мешковато, прищуренные глаза смотрели на мир сквозь старенькие, но вполне щегольские очки.
– У-у-у! – заглянула в колодец женщина. – Прости, Вить, но я туда не полезу. К тому же это ты у нас следопыт. А я так – на подхвате.
– Не скромничай, Вера, – с улыбкой парировал её спутник, присев рядом с люком. – Когда надо, ты и Эверест без посторонней помощи передвинешь. Ну-ка, тряхни там легонько.
– Что, прямо средь бела дня?! – удивилась Вера.
– Я же сказал: легонько. Про коня на скаку – это вы на своей Вологодчине будете…
– Дурак ты, и шутки у тебя дурацкие, – вздохнула женщина и, тоже присев на корточки, положила на край люка ухоженную руку с неброским маникюром.
Где-то внизу раздался плеск воды и шорох осыпающегося грунта. Виктор подсветил фонариком:
– Н-да. Мелко. Вот совсем у людей совести нет – уже средь бела дня переходят!
– Да где б он там зеркало-то нашёл? – скептически отозвалась его напарница.
– Там же, где мальчишка на стройке полгода назад. Если Серая узнает, что мы и этого прохлопали, – руки по самую ж… ноги оторвёт.
– Фу-у, Витя! – сморщила аккуратный носик Вера.
– А что «фу»? Так и будет, гарантирую! Ладно, давай выясним, куда этого везунчика унесло… – Виктор поддёрнул рукава пиджака, и над правым запястьем стала видна маленькая татуировка скрещенных порталов. Один выше, другой ниже. Он дотронулся до асфальта, вжал в него ладони, закрыл глаза и будто потянул на себя колодец люка. Задвигались под веками зрачки. Вера не мешала, разглядывая витрину ближайшего магазина белья.
Наконец мужчина открыл глаза. Длинно выдохнул, отряхнул руки.
– Ну слава богу. Эн-Терра. Та ещё задница мира, но это не так уж страшно. Всё, пошли.
– Пошли, – согласилась Вера. – Витечка, а подбрось меня сегодня домой, а? Так не хочется от остановки тащиться, а ты на машине…
Хлопнула дверца серой «Октавии». Заработал мотор.
От фонарного столба отлепилась девушка с чёрным каре и в байкерской косухе. Достала смартфон. Покликала большим пальцем, набирая номер. Дождалась ответа и нарочито развязно сказала: