Чтение онлайн

«Тебе конец, ущербная».

К чему были эти слова? К тому, что уже готовились мои документы на отчисление. Декан мне даже слова не дал сказать, а лишь кричал и кричал, время от времени, стуча кулаком по столу, а я из его возмущений поняла, что та брюнетка рассказала о случившемся так, что абсолютно во всем была виновата я. Поскольку характеристика со школы у меня была не очень, мне никто не верил.

Декан буквально прогнал меня из своего кабинета и я, еле волоча ноги, взяла в автомате бутылочку воды, после чего села на ступеньки. Внутри царило сплошное негодование. Вот как так можно? Лишь раз возник конфликт с богатенькой и все — меня выгоняют из университета, где я с трудом получила стипендию.

Но еще больше мне было совестно перед папой и Хтонией. Они мне стольким помогли и папа очень беспокоился о том, чтобы меня приняли сюда, поскольку хотел, чтобы у меня было хорошее образование, а я, в итоге и дня тут не продержалась. Что же я за такая проблемная дочь?

Я все думала о том, что делать дальше и от этих мыслей голова взрывалась. Из-за этого очень долго бродила по ближайшему парку, ведь мне так легче размышлялось, а, когда вернулась домой, увидела, что Хтония готовила праздничный ужин.

— По какому поводу? — спросила, снимая обувь. В квартире пахло просто невероятно вкусно.

— Будем праздновать твой первый учебный день. По такому поводу твой папа даже выходной взял. Он сейчас в магазине, но уже скоро вернется и мы как раз сядем за стол.

Совесть стала грызть сильнее и создавалось ощущение, что, еще немного и она вовсе прогрызет дыры в моем сознании. У меня так и не повернулся язык сказать о том, что меня отчислили. Сидя за столом я вовсе решила, что попытаюсь опять поговорить с деканом. Нельзя же так просто сдаваться.

Хоть и понимала, что, скорее всего, это бесполезно. Все же я точно проблемная.

Пытаясь подобрать слова, которые скажу декану, я лежала у себя в комнате на кровати и смотрела в потолок, а потом случайно услышала какой-то стук. Кто-то кидал камушки мне в окно. Учитывая, что время близилось к полночи, я напряглась, а выглянув в окно и, увидев во дворе рядом с домом Кириана, очень сильно удивилась.

— Что ты тут делаешь? — спросила, открыв окно. — И откуда знаешь, где я живу?

— Спускайся, Очкарик.

— Зачем?

— Позажимать тебя хочу.

— А? — я широко расскрыла глаза и, пошатнувшись, сделала шаг назад. Но, взяв себя в руки, вернулась к окну. — Ты же сейчас несерьезно?

— Очкарик, привлекательнее тебя даже тот фонарный столб. А теперь подумай серьезно ли я захотел облапать тебя.

— Можно было просто сказать «Нет. Я пошутил». Оскорблять зачем? Вернее, пугать. Объятия с тобой для меня, как фу, — я стиснула зубы, но поймала себя на мысли, что мне сейчас даже ругаться толком не хотелось. Я была истощена сегодняшними событиями.

— Спускайся, — нечто подсказывало мне, что он это повторял в последний раз. Судя по всему, не любил возиться с другими людьми.

— Сейчас ночь и я тебя ни черта не знаю. А вдруг, ты сделаешь со мной нечто плохое?

— Плохое я буду делать с девчонками, а тебя, черт возьми, я сейчас спущу за шкирку.

— Ага. Попробуй, — я фыркнула и закрыла окно, еле сдержавшись, чтобы не сказать, что вообще-то я тоже девушка. Но, немного потоптавшись на месте, все же опять выглянула в окно и сказала: — Ладно. Сейчас спущусь.

Наш дворик был тихим и, несмотря на позднее время, я видела, что соседи играли в карты сидя в старенькой беседке. Поэтому я ничего не боялась, а приход Агеластоса вызывал любопытство.

— Чего ты хотел? — спросила, подойдя к парню. Ночью было прохладно и я вовсю куталась в огромную куртку своего отца, которую прихватила при выходе из квартиры. — И как узнал, что я тут живу? Если честно, ты меня сейчас немного пугаешь.

— Может, не зря.

Он немного приподнял край капюшона и посмотрел на мое лицо, которое сейчас было полностью исцарапанным. Хорошо хоть Хтония и папа поверили в то, что это соседская кошка на меня набросилась.

— Что, Очкарик, из универа прогнали?

— А тебе что с этого? — буркнула.

— Я тебя в рабы присмотрел.

— Какая жалость, что тебе теперь придется искать кого-нибудь другого на эту должность, — я саркастично фыркнула.

— Могу вернуть тебя в универ взамен на твое подчинение.

Я сдвинула брови на переносице и очень сильно нахмурилась.

— Ты сейчас издеваешься надо мной?

— Очкарик…

— Я девушка! — не выдержала и перебила парня, сказав это громче, чем следовало.

— Поговорим об этом, когда у тебя вырастет грудь. То есть, никогда.

— Как же я тебя ненавижу… — прошептала на выдохе, а Кириан на это даже не обратил внимания. Ему было плевать. — И к тебе в чертово рабство я не пойду.

— Две недели полного подчинения взамен на возвращение в универ.

Я на это даже ничего не ответила. Просто развернулась и ушла, громко захлопнув за собой деревянную дверь подъезда.

Следующее утро началось с очередных угрызений совести. При чем, очень сильных и буквально пожирающих меня изнутри.

Я вообще надеялась проснуться пораньше и незаметно выскользнуть из квартиры, но около двери меня подловила Хтония.

— Ты куда? А завтракать, кто будет?

На все мои нелепые утверждения, что я не голодна, мачеха упрямо отвечала, что мне нужно хорошенько поесть перед началом учебного дня, ведь так и знания будут лучше восприниматься.

Еще оказалось, что папа через Хтонию передал мне шоколадку.