Чтение онлайн

– Он погибает?

– Нет, не совсем. Не в обычном смысле.

Магда нахмурилась.

– Как это понять?

– Просто: он останется в живых. – Судя по жестам, Мерит не собирался объяснять ей это, но затем решился. – Я создал такую контролирующую сеть, что применение силы станет узконаправленным. Тонкие нити магии Ущерба выжгут человеку разум, уничтожая личность, как молния выжигает сердцевину древесного ствола до самых корней.

В этом смысле человек, его личность, умрет. Он никогда не сможет заново обрести то, что будет уничтожено магией Ущерба силы Исповедника. Человек останется жить, но его личность сотрется. В этом смысле он погибнет.

– Что же будет существовать вместо него?

– Магия Приращения тут же заполнит пустоту, создавая в ней вместо былого человека, вместо того, что уничтожила магия Ущерба, абсолютную, совершенную, слепую преданность Исповеднику. Исповедник станет центром его вселенной, единственным, что имеет для него значение. Исповедник поглотит его личность… точнее, то, что от нее осталось.

В этом царстве полного подчинения и предельной уступчивости человек будет знать только заглушающую все прочее тягу к объекту его преданности – Исповеднику, руководящему им. Вот что станет единственной целью его жизни. Без указаний Исповедника, который овеял его своей силой, он окажется в страшной пустоте.

Что бы ни приказал Исповедник, человек подчинится. Если это будет физически возможно, он выполнит приказ без промедления, даже ценой собственной жизни. Если невозможно, он все равно будет отчаянно стараться выполнить приказ, пока Исповедник не остановит его или пока не погибнет. Единственной целью существования такого человека сделается исполнение велений Исповедника.

Поэтому ты можешь себе представить: если Исповедник спросит, человек без колебаний расскажет всю правду.

Он начисто лишится способности лгать. Эта его составляющая – желание, способность, необходимость лгать – будет уничтожена навсегда. Того, кем он был, уже не вернуть. Когда Исповедник попросит сказать правду, ее изложение станется единственным, что важно для человека, которого коснулась эта сила.

Магда пришла в ужас.

– Как вообще можно кому-то давать такое могущество?

Переплетя пальцы и упираясь локтями в колено, он наклонился к ней.

– Воинам выдают мечи, верно? А дети волшебников наследуют их смертельно опасные способности. Люди, избравшие военную службу, хотя бы проходят отбор. Дети же получают могущество без должной подготовки и на деле способны причинить огромный вред. Посмотри, как используют свои способности сторонники императора Сулакана – способности, безоговорочно данные им от рождения. Они используют свое могущество для уничтожения невинных.

Иначе говоря, избирать на роль Исповедника и наделять такой силой следует человека подходящего, разумного, редкую натуру, заслуживающую такой ответственности. Таким же должен быть тот, кому поручили ключ к вместилищам силы. Из подходящего человека выйдет хороший инструмент. Из неподходящего – оружие зла. Личные качества человека определяют, хороший он инструмент или нет.

Она начинала понимать, почему Совет сразу же отказал в его просьбе.

– Я слышала, что попытки создать такого Исповедника опасны и могут даже оказаться губительными. Весьма вероятно, что ты убьешь хорошего человека, стараясь сделать его Исповедником.

Обвинение ничуть его не смутило. Во всяком случае, решительности у него не убавилось.

– Да, это так. Магия, о которой мы сейчас говорим, очень опасна. Я верю в свои силы, но не могу поручиться, что все пойдет именно так, как я предполагаю. Такого никто никогда не делал. Добрые духи, насколько я знаю, даже не предполагали такую возможность. Если не проделать все абсолютно правильно, до мелочей, преображение может вдруг пойти совсем неправильно, и человек погибнет. Такой риск существует.

Он опять придвинулся к ней, заглядывая в глаза.

– Но разве отказ от попытки менее опасен? Несмотря на все старания наших войск, многие наши поселения и города захвачены и разгромлены. Мы теряем в сражениях тысячи воинов. А орда с юга продолжает двигаться на север, приближается, чтобы истребить всех нас.

Ты сама сказала, что в Цитадели что-то происходит, что ты ищешь ответы, что все мы в опасности, что предатели среди нас и скорее всего собираются всех нас уничтожить. Нам нужно найти тех, кто за это в ответе. Ты полагаешь, спасение от смерти нашего народа не стоит превращения специально отобранного человека в Исповедника?

Магда заглянула в его карие глаза в поисках признаков того, что он сбит с толку, заблуждается или даже сошел с ума. Но не нашла ничего подобного.

Она посмотрела на изящную женщину, вырезанную Меритом из белого мрамора. Перед ней явно был не тот, кто начинает действовать, не продумав полностью все до мелочей.

– Признаю, смысл в этом есть, – наконец сказала она.

Магде никогда не нравилась идея преобразования человека с помощью магии. Но именно это он и предлагал. Ужасно.

Она перешла к тому, что хотела узнать с самого начала.

– Как насчет других погибших волшебников? Которые якобы погибли по твоей вине. Ты так и не рассказал эту часть истории.

Восторженное воодушевление, светившееся в глазах Мерита, когда он рассказывал о ключе и Исповеднике, погасло, как костер под ливнем. Его явно расстроил возврат к этой теме.

Магде было неприятно возвращать его к тому, что так явно причиняло ему боль.

Но под угрозой весь их народ. Ей необходимо отыскать истину.

– Дело в том, что – я уже объяснил, и, надеюсь, ты поняла – без требуемых формул, спрятанных в Храме Ветров, невозможно внедрить такую магию даже в простейший ключ, тем более создать Исповедника. Более того, мы при этом идем на весьма опасные действия, к которым следует относиться крайне серьезно. Если не будут правильными все компоненты, попытка непременно окажется неудачной и легко может стать последней.

– Я могу понять, почему ничего не получится без всего того, что, по твоим словам, необходимо. Но почему сама попытка создать ключ так опасна?