Чтение онлайн

– Маловато, конечно, но постараемся обойтись тем, что есть… - Бел оглядел небогатые пожитки.
– Все одно больше взять неоткуда… Давай руки!
– скомандовал он Олее.

– Зачем ты это делаешь?
– недоуменно спросила женщина, глядя на то, как ловко Бел перебинтовывает ее руки, причем умудряется обматывать полоской ткани каждый из ее пальцев в отдельности.

– Запоминай, как я это делаю, и потом уже сама перевяжешь мои пальцы точно таким же образом.

– Хорошо… Но зачем…

– Затем, что у нас появилась возможность уйти отсюда, причем нас вряд ли кто рискнет остановить. Правда, это дело крайне опасное, но нам с тобой выбирать не приходится. Второго такого случая нам может и не представиться…

Бел взял оставшийся кусок ткани и разорвал его пополам, а затем одной из этих полос обмотал лицо Олеи, причем сделал это таким образом, что у нее остались неприкрытыми только глаза и рот.

– Неплохо… - Бел, чуть откинувшись, посмотрел на дело своих рук.
– Просто замечательно! Теперь, если мы опустим у тебя капюшон на лицо, то получится то, что надо! Мать родная не узнает…

– Объясни мне, наконец, в чем дело!

– Конечно, объясню, а ты пока что обматывай мои пальцы точно так, как я тебе показывал… Быстрее! Кстати, там, на дороге, пока что никто не идет?

– Пока нет… Кстати, поста стражников нет на их прежнем месте. Вернее, они не ушли, а просто сошли с дороги и отошли подальше. Странно…

– Значит, я не ошибся в своих предположениях… Давай, перебинтовывай поскорей! Время дорого!

– Так ты мне, наконец, пояснишь, в чем дело, или по-прежнему будешь говорить загадками?
– Олея не очень умело обматывала пальцы Бела полосками ткани. А попробуй сделать это побыстрей, если у самой пальцы перебинтованы и еле шевелятся!

– Понимаешь, в Вайзине… Эта страна в строго определенное время года - в последний месяц зимы, лета, осени и весны - в это время принимает к себе на лечение людей, больных тем или иными болезнями, причем болезнями из числа тех, что считаются неизлечимыми. В это время туда стекаются люди из многих стран, в надежде на то, что им там сумеют помочь.

– А кто их лечит?

– Жрецы, причем помощь они оказывают безвозмездно. По слухам, кое-кто из исцеленных даже возвращается к себе домой живыми и здоровыми, чувствуя себя чуть ли не заново рожденным. Ну, а те, кому тамошние жрецы-лекари помочь не в состоянии - те остаются там навсегда. Случается и такое, что выздоровевшие люди по своей воле остаются в Вайзине, чтоб ухаживать за больными.

– Очень хочется надеяться, что к тем методам лечения, которые применял Иннасин-Оббо, лекари Вайзина не имеют никакого отношения… - вздохнула Олея, по-прежнему возясь с бинтами.
– И все-таки это очень благородно со стороны властей той страны: тратить силы и средства на лечение больных, к тому же иноземцев, до которых им, по сути, не должно быть никакого дела! Не знаю, что думаешь ты, а у меня подобная доброта вызывает самое искреннее уважение и восхищение. Если все обстоит действительно так, и лекари бескорыстно и по зову сердца лечат больных, то, на мой взгляд, они, и верно, чуть ли не святые!

– Ходят слухи, что с лечением в Вайзине все далеко не так просто, как это может показаться на первый взгляд.

– Какие еще слухи?

– Не очень хорошие. Подобное отношение к неизлечимо больным людям выглядит слишком возвышенно и трогательно, а я человек приземленный, и что-то не очень верю в подобную чистоту помыслов и благородство души… Ладно, давай быстрей, нам надо поторапливаться!

– Я так и не поняла, для чего мы с тобой так замотались бинтами? На меня сейчас, наверное, смотреть страшно! И скажи мне, наконец, что ты собираешься делать? Для чего мы с тобой изображаем из себя двух людей после ранения?

– Не после ранения, а просто очень больных людей! Прежде всего… - Бел стал обматывать свое лицо последними кусками ткани.
– Прежде всего, постарайся выслушать меня спокойно и постарайся понять правильно то, что я собираюсь тебе сказать. У нас с тобой просто нет иного выхода кроме того, что я намереваюсь сделать… Кстати, вот и они… Смотри!

И верно: с той стороны, откуда ранее шли отряды солдат, направляясь к границе, сейчас показалось что-то вроде небольшой толпы или процессии. Люди шли не рядами, а как бы каждый сам по себе, и в то же самое время сбившись в одну кучу, будто боялись, что хоть немного отойдя в сторону, они уже не сумеют вернуться. И звон колокольчика раздавался именно оттуда, из этой толпы, только вот этот звук не был таким радостным и чистым, каким звенели колокольчики на родине Олеи. Здесь был неприятный, резкий звук, который не радовал, а, скорее, пугал, и эта разница несколько тревожила. Такое впечатление, будто идущие предупреждали о своем появлении: мы идем, а вы уж решайте сами, что будете делать, когда увидите нас… Вон, даже стражники, стоящие на посту - и те заранее отошли в сторону, подальше от дороги, словно те стражники чего-то всерьез опасались.

– Кто это?
– спросила Олея, глядя на неторопливо идущую толпу.

– Больные люди, те, кто идет в Вайзин в надежде на исцеление, и мы с тобой сейчас постараемся присоединиться к ним. Надеюсь, они не откажут нам в просьбе идти вместе с ними. А для нас с тобой сейчас главное - пересечь границу, уйти от преследования.

– Это я понимаю, но ты мне так и не ответил - что это за люди? Кто они такие?

– Прокаженные. Сейчас последний месяц осени, вот они и направляются в Вайзин, надеясь на излечение.

– Что?!
– у Олеи перехватило дыхание.

– Ты не ослышалась. У этих людей действительно проказа. Оттого-то они и ходят повсюду с колокольчиками - таким образом предупреждают всех о своем появлении.

– Ты… ты… Да неужели ты всерьез рассчитываешь на то, что мы подойдем к этим?!..

– Не только рассчитываю, но и надеюсь на это. Я тебе уже сказал - у нас просто-напросто нет иного выхода!

– Мы же заразимся!

– Может, да, а возможно, и нет. Что ни говори, а все же, по счастью, заражаются далеко не все… Надо рискнуть, надеясь на то, что Боги будут милостивы к нам.

– Я туда не пойду!
– Олея в страхе смотрела на приближающихся людей.
– Ни за что не пойду!

– Думаешь, мне очень хочется это делать?
– с еле скрываемым раздражением едва ли не огрызнулся Бел.
– Так вот, спешу сообщить: оказаться среди тех, кто болен проказой, у меня нет ни малейшего желания, и будь у нас хоть самый малый шанс покинуть Ойдар каким-то иным способом, то я бы его использовал! Увы, этого шанса у нас нет, и в ближайшее время он вряд ли появится. Мы оказались в такой ситуации, что хочешь - не хочешь, а надо идти на риск!