Перикл
Шрифт:
Перикл
Дела мои и мысли благородны,
Я низких побуждений не имею!
К тебе сюда пришел я с честным сердцем,
И честь мою никто не посрамит.
А кто меня бесчестным почитает,
Того мой меч в бесчестье уличает.
Симонид
Ну что ж! Вот дочь моя. Пускай решает!
Входит Таиса.
Перикл
Скажи, о красота и добродетель,
Родителю разгневанному, точно ль
Сказать иль написать тебе дерзнул я
Хотя бы слово о моей любви?
Таиса
Но я совсем тебя не упрекаю;
Приятна мне была бы речь такая.
Симонид
Однако ты решительна, мой друг!
(В сторону.)
Ах, как я рад решительности этой.
(Громко.)
Тебя я укрощу и усмирю!
Как смела ты без моего согласья
Свою любовь и нежность подарить
Какому-то пришельцу?
(В сторону.)
Он, пожалуй,
По крови столь же знатен, как и я.
(Громко.)
Итак, принцесса, либо ты смиришься
Передо мной, а ты, бесстрашный рыцарь,
Мою признаешь волю, либо я
Вас повенчаю. Ну, подайте руки
друг другу. Пусть уста скрепят союз.
И пусть взамен печали и тревоги
Лишь радости вам посылают боги.
Довольна ль ты?
Таиса
Да, если я любима.
Перикл
Любима больше жизни!
Симонид
Хорошо.
Так вы согласны?
Таиса и Перикл
Если есть на это
Твое соизволенье, государь.
Симонид
Мое соизволенье — вас поздравить.
Вас обвенчать и в спальню вас отправить!
Уходят.
АКТ III
Входит Гауэр.
Гауэр
Сонм пировавших сном объят:
Наелись гости и храпят;
Тем громче храп, чем крепче сон,
Желудок их обременен.
Зеленоглазый хищный кот
У норки мышку стережет,
Сверчки за печкою поют:
Им хорошо, им сладко тут.
Возвел невесту Гименей
На ложе. С девственностью ей
Пришлось расстаться, и растет
Ее дитя — зачатый плод.
Все, что пришлось мне пропустить,
Я вас прошу вообразить.
Вот пантомима перед вами;
Я поясню ее словами.
Пантомима
Входят с одной стороны Перикл и Симонид со свитой. Навстречу Им — гонец; он склоняет колени перед Периклом и подает ему письмо. Перикл показывает письмо Симониду. Вельможи преклоняют колонн перед Периклом. Затем входит Таиса, беременная, и кормилица Лихорида. Симонид показывает дочери письмо; она выражает радость. Таиса и Перикл прощаются с Симонидом и уходят с Лихоридой и свитой. Затем уходят Симонид и другие.
Великим рвением горя,
Перикла, своего царя,
По всем путям, во все концы
Искать отправились гонцы.
Иной — на быстром корабле,
Иной — пешком, иной — в седле.
Молва в Пентаполис ведет
Отважных путников. И вот
Теперь читает Симонид
Письмо, которое гласит,
Что Антиох-прелюбодей,
С преступной дочерью своей
Погибли. Тирский же народ
Царя Перикла тщетно ждет.
И Геликану царский трон
Предложен; но не хочет он
Принять венец; народ в смятенье.
Но Геликан умов броженье
Весьма искусно усмирил.
Он всенародно объявил:
«Пускай двенадцать лун сменится;
Коль царь Перикл не возвратится,
Он, Геликан, принять венец
Согласен будет наконец».
Когда про это все узнал
Пентаполис, возликовал
Его народ; рукоплеща,
Шумели граждане, крича:
«Ну кто бы мог предугадать,
Что Симонида славный зять
И сам окажется царем?»
Но вот покинуть царский дом
Спешит Перикл, а с ним жена,
Хоть и беременна она.
Как ей перечить в час такой?
Берет кормилицу с собой
Царица. Слезы расставанья
Не поддаются описанью,
А потому пропустим их.
Уже Нептун средь волн морских
Качает путников. Почти
Свершил корабль их полпути.
Но рок изменчив: норд завыл
И злую бурю породил.
Корабль, как утка, на волнах
Ныряет. Всех объемлет страх.
Царица бедная кричала
Так, что рожать с испугу стала.
Рассказ не стану продолжать:
На сцене можно увидать
Все, что последует. Итак,
Вообразить сумеет всяк,
Что это палуба, и вот
Перикл к богам взывать начнет.
(Уходит.)
СЦЕНА 1
На палубе корабля в море.
Входит Перикл.
Перикл
О бог пучины! Обуздай же ад
Встающих к небу волн! Тебе подвластны