Шрифт:
Жила – была поживала, горя не знала, в одной деревеньке славной девушка. И звали её Перекати Поле. Конечно же, имелось у девушки настоящее имя, знатное, родителями нареченное, но из-за характера её своенравного, сердца сухого, смелости безрассудной, все её звали Перекати Поле. Так как никто не мог Перекати Поле обидеть, за живое задеть, зацепить. Была она смелая, на язык острая, что даже плохие люди боялись с ней на одной дороге встречаться. И сама госпожа Удача ей всегда благоволила, богатство в руки шло, из ссор всегда она победительницей выходила.
И конечно, со временем, связалась Перекати Поле с лихими людьми, которые в лесу жили, караваны проезжающие грабили, добрых людей обижали. Только что веселились и ни в чём беды не знали. Ибо сами ни к чему и ни к кому не привязывались, семьи не заводили, словно трава дурная перекати-поле жили.
И вот, когда жизнь Перекати Полю самой сладкой казалась, когда Удача благоволила ей пуще прежнего, сама Богиня Карна обратила на Перекати Поле своё божественное внимание. И послала ей каплю живительную в сердце. Что бы растопить его. Не дать ему высохнуть окончательно. Ибо каждый входит в пору особенную, когда все ошибки прошлого, все уроки Жизненные, придётся на своей спине пропахать, прожить, через сердце свое пропустить. Сменили боги благословение на проклятие, нашла тоска-печаль на сердце девичье, и заболела Перекати Поле. Вроде бы жива здорова она была по-прежнему, руки –ноги на месте, глаза зоркие, сердце такое же смелое, а жизнь стала ей тоскливой казаться. И друзья-товарищи по делам разбойным ей тоже не всласть. Кутежи, попойки, бражничанье, жизнь разбойничья стали казаться ей никчёмными и безынтересными. Поняла Перекати Поле, что заболела она сильно – пре сильно. И что болит у неё не что иное, как Душа, которая не только в сердце нашем живёт, или в голове, а во всём теле.
Поведали лихие люди девушке, что живёт в дальнем буреломном лесу колдунья. Страшная – престрашная, старая – престарая, но во всех сердечных делах сведущая, любую сердечную боль одолеть могущая. Только лес тот был глухим и непроходимым. Боялись даже они в него заходить, ибо кто в те чащи по незнанию бегал поживиться, тот назад живым уже не возвращался. Но Перекати Поле была не робкого десятка, а кручина так сильно зацепила сердце девушки, что не побоялась она пойти в тот лес, к бабушке – колдунье. Бросила всё, а пожитков-то у неё особо и не имелось, кроме золота, серёг да перстней, у добрых людей отнятых. Взяла она кинжал поострее, и отправилась в путь дорогу.
Долго ли, коротко ли, предстала перед Перекати Полем густая, непролазная чаща. Увидала она деревья поваленные, мхом поросшие, сучьями гнилыми растопырившиеся. Забором не проходимым встали пред ней сосны высокие, разлапистые, дубы могучие весь солнца свет забрали, что, зайдя в лес, не могла разглядеть девушка даже руки своей. Однако ж ничто не могло сломить её желания к колдунье добраться…
И отыскала-таки Перекати Поле избушку, в которой жила колдунья. Стояла та в самой густой чащобе, посреди болота…
Вошла девушка внутрь, не постучавши, не спрося разрешения. И глазам своим не поверила от картины взору представшей. Увидала Перекати Поле в избушке себя. Только на много лет старше, уродливее и злее. Смотрела на неё исподлобья та, которая пошла тем же путём, что и она. Которая никого никогда не слушала, никого не любила и не привечала. Урокам судьбы не вняла, превратилась в одинокого изгоя, с сердцем злым и погасшим. Стояла пред Перекати Поле старуха. Страшная – престрашная, страшнее всех уродин, кого когда-либо приходилось встречать девице….
Конец ознакомительного фрагмента.