Перед лицом любви

Она ворвалась на организованный Шейном Махони званый вечер подобно петарде. Короткое черное платье едва прикрывало ее белые, словно алебастровые, бедра, что большинство людей уже не находило модным. Высокие каблуки явно доставляли ей неудобство.

Выглядела она довольно аппетитно, а Шейну нравились крутые изгибы женского тела. Ее темные волосы были небрежно собраны на макушке в узел, скрепленный двумя желтыми карандашами. Это выглядело довольно экстравагантно для официального мероприятия с коктейлями. В таком вот виде, с вымученной улыбкой, она вошла в помещение, где проходил прием.

Очень интересно!

Вообще-то, она была не в его вкусе. Не потому, что не была по модельному высокой и стройной, а из-за того что, явно не привыкла к подобному обществу и нервничала.

Все женщины, с которыми Шейн встречался в последние годы – хотя нет, пожалуй, всегда, – были уверенными в себе. Решительными, откровенно сексуальными. И, как сказали бы Броуди и Ной, ни одна из тех, с кем он встречался, так и не смогла удержать его рядом.

В этой же было что-то интригующее. Шейн осознавал это, но ему было все равно. Даже двинулся было прочь, но что-то заставило его обернуться, и он увидел, как у нее подвернулась нога. Он бросился к ней, но она сумела выпрямиться и тут же быстро оглянулась по сторонам, чтобы удостовериться, что никто не заметил, как она оступилась. Шейн улыбнулся, наслаждаясь ее растерянностью. Определенно не решительная, не смелая и не откровенно сексуальная.

И все же было в ней нечто невероятно притягательное. Не только из-за того, что она выделялась, как дикий цветок на фоне элитных роз, но и потому, что казалась знакомой.

Он не спал с ней – это точно. Не летал с ней на одном из своих самолетов, не встречал в компании «Скай-Хай эйр» и не был связан с ней по работе.

Так кто же она?

Мимо проходил официант, и она взяла с его подноса фужер шампанского, наградив парня быстрой улыбкой, способной сразить наповал на расстоянии пятидесяти шагов, поскольку была искренней. От этого она стала не просто красивой – от нее нельзя было оторвать глаз.

И, тем не менее, официант не улыбнулся в ответ, что разозлило Шейна. Да, ее тело не покрыто искусственным загаром и не отполировано в фитнес-клубах, как у других присутствующих здесь женщин. Нет, она не была особо изящной и чувствовала себя явно не в своей тарелке, но она была гостьей и в этом качестве заслуживала такого же обхождения, как и другие.

Шейн, конечно же, поговорит с официантом, хотя, что это даст? Собравшиеся здесь сегодня люди бесцеремонны, все без исключения. Черт! К нему самому цеплялись не менее трех раз еще до начала тусовки, в том числе Мишель, с которой он порвал после двух встреч, когда она стала заявлять на него какие-то права.

Но эта женщина ни к кому не приставала, наоборот, старалась не привлекать к себе внимание. Довольно давно, никто не вызывал у Шейна такого жгучего интереса. Он не спускал с нее глаз. Она пыталась убрать непослушные волосы назад в узел, но ничего не получалось, потому что пряди тут же вываливались и снова падали ей на шею и плечи.

Да, крайне неуклюжая особа.

Очаровательная, сексуальная, совершенно неуклюжая.

Кто она и как затесалась в собравшуюся здесь элегантную, изощренную толпу? Коль скоро именно Шейн организовал это мероприятие для одной из самых богатых клиенток компании «Скай-Хай», у него был список приглашенных, который можно было назвать виртуальной версией издания «Кто есть кто» в Лос-Анджелесе, поскольку Сандре Питерсон ничто так не нравилось, как блестящие приемы, устроенные в ее честь.

И если кто-то находил странным, что Сандра предпочла компанию «Скай-Хай» для организации званого вечера по поводу ее обручения, то Шейн понимал, что ею двигало. Преданность своему делу, гибкость и способность выполнить любые требования клиента прославили компанию. Он сам следил за этим. Компания предоставляла услуги на самом высоком уровне, и таким клиентам, как Сандра, это нравилось, поскольку даже ее семья не смогла бы организовать прием с таким размахом. Или не стала бы? Ее приемные дети были крайне испорченными. А дочь? Ходили слухи, что она немного не в себе.

Неудивительно, если учесть состояние ее матери. По сравнению с трастовым фондом Сандры, даже состояние Шейна выглядело, как родительская дотация подростку на недельные карманные расходы. Такое огромное богатство часто оказывает сильное воздействие на людей.

Кому это знать, как не ему? Родители Шейна были жуткими снобами, а большинство женщин, с которыми он встречался, были настоящими профурсетками. К счастью, Шейн редко встречался с кем-нибудь более одного-двух раз. В большинстве случаев он сам являлся инициатором разрыва, но с недавних пор ситуация изменилась. После Мишель он встречался с тремя женщинами, и все отказали ему в повторном свидании.

Похоже, он утрачивает свое умение обвораживать женщин. Прискорбно для парня, который всю жизнь полагался на свое умение найти подход к людям.

Тем временем, очаровательная незнакомка, внимательно изучая присутствующих, двинулась в глубь со вкусом обставленного зала.

При том, что собравшиеся на протяжении многих дней старались сделать все, чтобы всеми правдами и неправдами попасть сегодня сюда, лишь бы отметиться на этом великосветском рауте, ее отношение к происходящему заинтриговало Шейна.

Вытянув шею, она оглянулась, и явно не рассчитала скорость своего движения, поскольку, вернув голову в нормальное положение, едва не врезалась в стоявшее в кадке дерево. Она успела остановиться, прежде чем ударилась головой о ствол, но в этот момент у нее сломался каблук. Шейн получал удовольствие, наблюдая за происходящим. Нет, она здесь точно не ко двору! Но он был чертовски рад, что она пришла, кем бы она ни была.

Собираясь на прием, она убеждала себя, что справится, что не будет убегать и прятаться. Но, взглянув на сломанный каблук, Дэни Питерсон почувствовала, как решимость покидает ее.

Насколько было бы легче убежать.

Проклятие!

Хоть бы сохранить достоинство, но это, наверное, не так легко сделать при отсутствии одного каблука.

Ну и пусть! Все равно в семье ее считают тронутой, так почему бы не «оторваться» в подтверждение этого?

Но судьба распорядилась иначе.

– С вами все в порядке? – спросил низкий мужской голос.

Дэни вздохнула, разглядывая злополучный каблук.

– Это зависит…

– От чего?

От того, удастся ли ей наскрести денег на покупку новых туфель.