Пастырь

Цикл "Сын ведьмы":

Книга 1. Сын ведьмы

Книга 2. Ронин

Книга 3. Пастырь

По пыльной дороге в Маньчжурской степи, попыхивая дымом из высокой трубы, неспешно катился странный автопоезд. Впереди, в открытом кабриолете, ехали Артём, Фёдор, Андрей и Вито Лосано. На жёсткой сцепке следом прыгал по кочкам крытый прицеп с дымящейся трубой. Внутри урчал паровой электрогенератор, по ходу движения подпитывающий электромотор автотягача. На плоской крыше фургона, греясь на весеннем солнышке, сидел Алексей.

Такую необычную картину увидел в бинокль главарь отряда хунхузов. Конечно, бандит не знал имён путешественников, даже не догадывался, что они русские. Но это для грозы Маньчжурских степей совершенно неважно. Под рукой разбойничьего атамана дюжина всадников с карабинами. Угрожать лихим наездникам мог бы только пулемёт в опытных руках. Однако, к своему удовольствию, главарь шайки его в бинокль не высмотрел. А пистолеты в ручках изнеженных европейских путешественников жестокого китайца не пугали. Опытный грабитель караванов не собирался вступать с чужестранцами в рискованный бой.

Главарь молодецким свистом прервал процесс изъятия ценностей у пленённых купцов, заставив разгорячённых грабежом бойцов вскочить в сёдла. Захваченный караван чуток подождёт, а вот европейцы могли развернуть странный автопоезд и дать дёру. По степи на автомобилях бедняки не колесят, упускать редкую добычу не хотелось.

– Впереди на дороге хунхузы караван грабят! – обернувшись к Алексею, привстал с заднего сиденья автомобиля встревоженный Андрей.

– Спокойно, Андрюха, сейчас супостатов распугаем, – неохотно вставляя рукоять маузера в деревянную кобуру-приклад, тяжело вздохнул Алексей.

Сын Ведьмы обещал Варваре не губить народ зря по пути к светлому будущему. Вразумлять словом. Однако по-китайски Алексей изъяснялся слабовато, поэтому решил использовать громкое слово товарища маузера – так для малограмотных хунхузов доходчивее выйдет.

Главарь банды в дикой степи тоже предпочитал начинать встречу с незнакомцами дружным грохотом винтовочного оркестра. Всадники выстроились в линию поперёк дороги и, передёрнув затворы, приготовили «ударный инструмент» к работе. Хозяин степи не надеялся взять иностранцев на испуг, как обычно удавалось с местными торговцами. Уж слишком нагло пёрли чужестранцы напролом, видно, не знали, с кем на дороге встретились. Церемониться с богатыми путниками никакого резона у разбойника не было. Купцы хоть регулярную мзду платят, а этих ветер унесёт. Проезжих надо обирать сразу до нитки, лучше уже мёртвых – суеты меньше.

Не рискуя подпускать врага на короткую дистанцию, главарь решил начать расстреливать глупых наглецов с четырёхсот метров. Пока докатятся на дальность револьверной стрельбы, из них дуршлаг получится.

Главарь вскинул руку, призывая бойцов приготовиться к залпу. Раскосые глаза хунхузов блеснули азартом, но отвести взор от командира не успели. Внезапно пуля чужака сбила с головы разбойничьего атамана белую папаху. Главарь вздрогнул от неожиданности, но совладал с волной страха и махнул рукой, дав отмашку оркестру смерти.

Вторая пуля угодила дирижёру в лоб, выбив тело из седла.

Часть хунхузов опешила. С такой дальней дистанции они могли только в контур всадника попасть, и то не факт. Но самые горячие не растерялись и вскинули карабины к плечу, намереваясь поквитаться за смерть главаря. Однако частые щелчки чужих выстрелов их опередили.

Не у всех храбрецов оказались высокие головные уборы. Вместе со сбитыми шапками пули выдрали кровавые клочки кожи с волосами. Выстрелить в мчащийся дымящий крематорий на колёсах никто не успел. Дураков дожидаться повторного предупреждения не нашлось – пример с главарём впечатлил всех.

Лошади, учуяв кровь и обуявший всадников страх, беспокойно заметались. О прицельной стрельбе уже и речи не было, а дымящее механическое чудовище неумолимо приближалось. Преимущество дальнобойных карабинов таяло, ещё чуть-чуть – и рой пистолетных пуль сметёт растерявшихся всадников. Кто-то драпанул первым, а следом и всё стадо разбойников бросилось в спасительную степь. Лишь верный конь главаря остался подле свалившегося наземь хозяина. Стук копыт быстро стих вдали.

Из-под ближней телеги выползла неуклюжая фигура бородатого толстячка в поповской рясе и на четвереньках подкралась к коню, бьющему копытом землю возле мертвеца. Жадная ладонь вцепилась в свисающие поводья, не позволив животному убежать при приближении странного колёсного экипажа.

Дымя высокой трубой, тихо урча электромотором, подкатил автопоезд.

– Господа, я поймал ваш трофей! – вставая с колен, заголосил толстозадый попик. – Надеюсь, поделитесь наградой?

– Мы ни с кем не воюем, – спрыгнул с крыши фургона Алексей и убрал маузер в кобуру. – Просто мимо проезжали.

– Так за голову Белого Хунхуза царская казна золотом заплатит, – поднял с земли шикарную белую папаху служитель церкви и высунул палец в пулевое отверстие.

– За головами не охотимся, – беспечно отмахнулся Алексей, проигнорировав вспыхнувший алчный блеск в глазах подошедшего отрядного казначея.

– Мы опять филантропы-пацифисты, – разведя пустыми ладонями, с горьким вздохом признал прискорбный факт Андрюха. Деловой атаман анархисту нравился куда больше, но вновь гневить казака было боязно. Горящий квартал Макао и кучи трупов пугали, повторения безумства Сына Ведьмы интеллигенту не хотелось. Зато теперь можно чуть расслабиться: с прежним атаманом и сотня хунхузов не страшна. Хоть Алексей и дал зарок не губить зря человеческих душ, но, когда потребовалось, рука не дрогнула.

Алексей заметил ехидную ухмылочку товарища.

– Не было времени заблудших на путь праведный наставлять, – шумно захлопнул крышку кобуры провинившийся проповедник. – Это был последний хунхуз. Я зарок дал.

– До Руси мы не доехали, – хихикнул Андрюха. – Можно ещё чуток пострелять.

– Забери от греха. – Алексей раздражённо швырнул соратнику маузер в кобуре.

– Не кажи гоп, пока не перепрыгнул, – поймал оружие ординарец и обернулся к попу: – Кстати, святой отец, далеко ли до границы?

– Если поторопимся, то к вечеру прибудем, – сунул белую папаху хунхуза под мышку расторопный служитель культа. – Добрые люди, а не поможете покойничка на коняшку взгромоздить и верёвочкой прихватить?