Чтение онлайн

Тафари протянул бармену деньги за выпивку и посмотрел в сторону большой двери напротив бара.

– Несколько человек. Наверное, все уже в каютах,– он встал и собрался уходить. – Чуть не забыл, Мистер Кармер. Как проснетесь после гипнокамеры, а они здесь, кстати, просто кайф – спускайтесь в игорный зал «Тихой ложи», вон за той дверью. Там соберется очень интересная компания.

Тогда-то мне и пришла в голову мысль, что это не мой рейс. Игорные залы были только на частных лайнерах, а я покупал самый дешевый билет. С другой стороны когда-то я уже летал на грузовых и военных кораблях, переделенных для перевозки пассажиров. Ничего не мешало корпорации купить модифицированный «Дионис» у какого-нибудь разорившегося миллиардера и использовать его как межпланетный автобус.

– Конечно, обязательно спущусь, – ответил я и допил виски. По правде говоря, я надеялся побыстрее забыть этого типа и уснуть.

А ведь если задуматься, офицер, меня спас мой алкоголизм. И безответственность.

В общем, когда до взлета оставалось 10 минут, я направился в свою каюту. Все отсеки на корабле соединяла одна большая лестница и лифт. На нем я и поднялся на второй этаж.

Скажу сразу: я не ложился в гипнокамеру. Знаю, что это «небезопасно и неприемлемо», что «даже дети знают как смена гравитации влияет на организм». Так и есть. Но я просто ненавижу гипнокамеры, ненавижу нейроинтерфейсы и все такое, что залазит к тебе в мозги и нажимает «Выкл». Алкоголь делает с головой тоже самое и справляется с этим намного лучше. Поэтому, после того как «любитель поговорить с попутчиками» ушел, я заказал еще моего любимого шотландского снотворного. Его было достаточно, чтобы проспать взлет, полет и приземление.

И ни в какой игорный зал я спускаться не собирался.

Я зашел в свою крохотную каюту и лег на койку, но спать не собирался. Я по опыту знал, что как только на корабле включится автоматическая гравитация – меня может стошнить. Лайнер тряхнуло. Голова закружилась, я схватился руками за койку, но все прошло: от хорошего виски меня вырубило. Может, это было очередное совпадение? Кто знает, как все обернулось бы, если бы я не отключился.

Короче, часа два я проспал спокойно, но потом естественная нужда дала о себе знать. В «Дионисах» каюты расположены сбоку от коридора, а туалет – в самом начале, около лестницы. Когда я сделал свои дела и, пошатываясь, вышел из туалета, тишину нарушал только гул вентиляционной системы.

Но вдруг я услышал рядом с лестницей чей-то голос. Потом что-то застучало, как будто внизу кто-то пробежал по ступенькам. Чертовщина, конечно, но я все-таки подошел поближе к лестнице. В самом низу кто-то говорил, но я ничего не мог разобрать из-за работающей вентиляции. Я прижался к стене и медленно спустился на пару ступенек.

– …еще не привыкла. Я тоже это заметил. Такое бывает.

Голос был неприятный, ни мужской и ни женский.

– Ты думаешь, та жидкость поможет? – спрашивала девушка, ее голос был красивее.

– Конечно. Мы залили в гипнокамеру целую канистру. Когда мистер Крамер проснется – то испытает кое-что необычное.

Опять тишина. Любопытство окончательно победило и я спустился пониже.

– Мне так надоело летать туда-сюда, надоело прятаться! – снова заговорила девушка. – Надоел этот… маскарад! Давай сбежим куда-нибудь на Земле и спрячемся, пожалуйста.

– Мы это уже обсуждали, – отвечал ей человек неопределенного пола, – он найдет нас где угодно. Все это – не наша жизнь, какой бы сладкой она не была. Она принадлежит не нам.

В животе у меня все застывало от этого голоса.

Девушка всхлипнула.

– О Матерь Вездесущая, неужели мы обречены! Каждый раз приходится привыкать… – и вдруг усмехнулась. – Хотя знаешь, таким ты нравишься мне еще больше. Как тебе вообще это пришло на ум?

Неправильный голос засмеялся неправильным смехом.

– Пойдем наверх и я тебе расскажу. Только тихо, чтобы они не услышали.

По ступенькам быстро застучали шажки. Я поднялся и осторожно выглянул в коридор – пусто. Потом быстро вернулся в свою каюту и запер ее изнутри.

Спать мне больше не хотелось.

Знаете, говорят «любопытство сгубило кошку». В моем случае только благодаря ему она и осталась жива.

Я сразу подумал: почему там на лестнице они говорили обо мне? И что они имели ввиду? Целый час я пролежал словно оцепеневший. Мозг рисовал самые разные картины того, что может со мной произойти. Я не знал что делать, но от бездействия становилось еще страшнее. В каюту никто не зайдет до самой посадки. Может, просто отсидеться здесь? А если они начнут искать мистера Крамера? И зачем он им нужен?

Неизвестность пугала. И эта же неизвестность порождала новые вопросы: почему меня все принимают за Ричарда Крамера? Чего ко мне привязался этот чернокожий мистер? И кому принадлежит тот голос?

Все это из-за любопытства, как я и сказал. Оно сильнее любого страха. Мой дядя как-то сказал, когда я был маленький: «Чем все время бояться монстра под кроватью, лучше из любопытства загляни туда сам. Даже если монстр тебя сожрет – ты хотя бы будешь знать, что он и вправду там был».

Они что-то говорили про жидкость, которую залили в гипнокамеру и я решил начать с нее. По работе я часто копаюсь в них, чаще всего народ просит увеличить мощность, чтобы лучше спалось. С собой я всегда беру мультитул, поэтому быстро добрался до емкости с синтоморфином, который служит одновременно транквилизатором и снотворным. Только там был не он. У синтоморфина специфический запах, похожий на аромат сирени, а эта жидкость отдавала плесенью. Я решил, что это наркотик, ведь не просто так мой новый друг в ресторане говорил, что гипнокамеры здесь «просто кайф».

Корабль забитый наркотой, на борту сумасшедшие наркоманы, а меня приняли за своего? По крайней мере это хоть что-то объясняло, и странный голос тоже. Я немного успокоился и начал думать, как быть дальше.

Стандартный сон в гипнокамере занимает три часа. Значит, скоро мистера Крамера начнут искать и времени у меня мало. Я достал мультитул и машинально покрутил его в руке, превращая то в плоскогубцы, то в нож, то в отвертку.

Так. Что делать, если на корабле чрезвычайная ситуация? Спасаться, конечно же! Найти спасательную капсулу? Нет, пока не долетим до орбиты – бессмысленно. Иначе топлива в капсуле не хватит. Подыграть им, пока не подлетим к Земле? Нет, ни в коем случае, меня тут же раскроют! Подать сигнал SOS? Хороший вариант, но тогда на корабле запустится тревога и они учуют неладное. Я стал размышлять по-другому. Что я умею делать? Перезагружать роботов. Замечательно! Разбирать и чинить всякий хлам для домохозяек. Уже лучше, чем ничего. Но что я мог разобрать или починить, чтобы попасть на Землю? Робота? Гипнокамеру?

От злости я кинул мультитул на пол. Он отскочил и попал в предохранитель на одном из модулей гипнокамеры. Предохранитель разбился.

Сломать?

Что я мог сломать?

Систему жизнеобеспечения? Нет, мы все умрем, но надо запомнить.

Гравитацию?

Канализацию?

Автопилот? Его никак не сломать, есть резервная прошивка.

И тут я вспомнил, что полетом управляет интеллект, пусть и компьютерный. А значит, его можно было обмануть. Что он будет делать, если запутается? Сообщит о неполадках в центр управления. Если неполадки не будут мешать – продолжит полет, пока не приземлится. Потому что это безопаснее, чем висеть в открытом космосе. А из центра управления навстречу вылетит спасательный корабль. Но что за неполадки? Не слишком большие, чтобы не запустилась тревога, и не слишком маленькие, чтобы вылетели спасатели. Я пытался вспомнить все, что угодно, любую неисправность, с которой я сталкивался.