Шрифт:
Потребитель VI класса Дэвид Кермен замер, наблюдая, как из щели факса в стене его холостяцкой квартиры желтой змеей выползает пластиковая лента и сворачивается в приемном лотке. Кермен с мрачным видом поправил пустую кассету для ленты. Хороших новостей не будет — лишь очередные известия о наших неудачах в войне с Сириусом и новые сообщения о растущих ценах.
После недолгого колебания Кермен взял кассету телефакса и вставил ее в считывающее устройство. И невольно вздрогнул, когда на экране возник броский заголовок:
ВОЙНА С СИРИУСОМ ОБХОДИТСЯ НАМ СЛИШКОМ ДОРОГО
Он пробежал глазами текст:
«Военный сектор, 14 ноября (передано по субрадио). В сражении за Сириус-IV иноземные силы хитроумным маневром прорвали оборону землян. Внезапный удар чужаков обошелся Земле в восемь истребителей, людские потери составили более сотни ранеными и убитыми.
Согласно официальному сообщению, нападение началось с того, что одиннадцать космических кораблей произвели отвлекающий маневр на орбите седьмого спутника Сириуса-IV, где располагается наша база. Потом в бой вступил батальон кораблей-москитов…»
Кермен потер усталые глаза. Следующая сводка — как, впрочем, и все остальные — изобиловала подробными описаниями оборонительных и наступательных операций. Он почти не разбирался в том, как ведутся войны, и эти детали были ему скучны.
Сменившая военную тематику экономическая подборка отнюдь не улучшила настроение.
«ИНДЕКС ЦЕН СНОВА ПОДСКОЧИЛ
Нижний городской район, 16 ноября. В результате серьезного поражения сил землян в секторе Сириуса ожидается новый скачок потребительских цен. В утреннем выступлении министр экономики и развития Харрисон Морч уверенно прогнозирует рост цен на уровне 5 %. „Мы пытаемся сдержать цены, — говорит он, — однако инфляционное давление слишком велико. Остается надеяться, что военные действия вскоре завершатся и мы вернемся к стандартам мирного времени, тогда…“»
Раздраженный, Кермен нетерпеливо нажал на кнопку. Экран погас. Какой смысл тратить очень даже немалые деньги, подписываясь на факс-сервер и получая затем только скверные новости?
«Дела не были так плохи еще год назад, до начала войны», — размышлял он, машинально выбирая из меню блюда на завтрак и усаживаясь перед окошком доставки, едва заказ был отправлен. Тогда он даже подумывал обратиться за получением разрешения на брак. Сейчас, конечно, об этом не могло быть и речи: его экономический статус полностью изменился. А Салли, работавшей в «Бюро регистрации внеземных событий», напротив, повысили зарплату, и она оказалась вне матримониальных притязаний Кермена. Теперь она относилась к III классу и в ближайшее время собиралась замуж за коллегу.
Так называемый омлет из водорослей сегодня оказался на редкость безвкусным.
Дэвиду было тридцать три, и с каждым днем он не становился моложе. Слишком бледный, слишком худой, с близко поставленными глазами и редкими волосами. Стоило ему подкопить немного деньжат, чтобы попытаться улучшить свое положение, как начиналась какая-нибудь война, цены взлетали, и все его сбережения шли прахом. Пять лет назад случилась эта заваруха на Проционе, потом год-другой спокойного существования — и затем новая стычка в районе Проксимы Центавра. А теперь — Сириус.
«Пробить себе дорогу просто невозможно».
Дожевав завтрак, Кермен бросил посуду в утилизатор и быстро застучал по кнопкам гардероба, затребовав второй из двух своих лучших костюмов. Он и был получен: серый креповый с темно-голубой отделкой. Пиджак уже начал протираться на локтях.
«Надо бы купить новый костюм, прежде чем цены взлетят до астрономических высот».
В офис он прибыл в 7.00 утра, когда рассвет едва начал подсвечивать низкое осеннее небо. Кермен работал сортировщиком в отделе обработки заявлений паспортного управления Конфедерации и, как правительственный служащий, зарабатывал мало. Забастовки для таких, как он, исключались в принципе, поэтому Дэвиду оставалось лишь констатировать очередной виток инфляционной спирали.
На его приемном лотке уже скопилась приличная груда заявлений о выдаче паспорта — не меньше 180. Кермен сел в кресло, одарил неискренней улыбкой сослуживцев и взял лежащее сверху заявление. На протяжении всего остального дня они будут поступать примерно со скоростью семь бланков в минуту.
«А что, если обрабатывать одну форму каждые шесть секунд, то есть десять за минуту? Тогда за минуту я буду рассматривать по три штуки и смогу за час разделаться со всеми накопившимися».
Если сохранять эту скорость — десять в минуту, — то можно будет время от времени делать короткие передышки. Эта была одна из игр, в которую он играл сам с собой, чтобы хоть немного скрасить нудную работу.
Первое заявление поступило от пользователя II класса Либига Д. Квеллена с семьей; он хотел следующим летом посетить аванпост на Ганимеде. Левой рукой Кермен сунул это заявление в отсек, помеченный биркой 14-а, а правой взял из пачки следующее заявление. Обычная дневная работа — Кермен поворачивался в кресле то в одну сторону, то в другую.
Спустя какое-то время он увеличил скорость до 12 заявлений в минуту, а иногда даже получалось обработать 13. Когда часы показали 7.57, лоток опустел. Можно перевести дух. Восемь секунд свободного времени — вот сколько он заработал сейчас, до появления следующего заявления.
Рассортировать, взять… рассортировать, взять… тупая, механическая работа. Ум она практически не загружала. Да и платили ему соответственно — 163 доллара в неделю. Недавно этого едва хватало на жизнь, а теперь эта инфляция…
10.30. Наконец-то перерыв! Кермен потянулся и встал, мимоходом заметив, что девушка в приемной сбросила ему три заявления уже после того, как прозвучал долгожданный сигнал. Стерва. Она обожает такие трюки.
В течение перерыва Дэвид каждый раз проделывал своеобразный ритуал. Он по диагонали пересекал офис, направляясь к очистителю, затем держал руки в энергетической ванне, пока кончики пальцев не очищались от налипшей на них с бумаг грязи, потом подходил к единственному большому окну, чтобы просто посмотреть на запруженную людьми улицу.
Кермен отвел взгляд от окна и с улыбкой повернулся к Монтано, крупному мужчине, занимавшему соседнее кресло на протяжении всех шести лет, что Кермен проработал в паспортном управлении.
— Приятный денек, — сказал Монтано. — Для ноября.
— Да.
— Просмотрел утренний факс? Похоже, цены снова взлетят.
Дэвид кивнул.
— Смотрел. Не знаю, как продержаться.
— Ну… как-нибудь. До сих пор удавалось. Жене вскоре должны прибавить.
Жена Монтано нажимала кнопки на автоматическом автомобильном заводе. И ей чуть ли не каждую неделю повышали зарплату.