Параллельно любви
Шрифт:
— Года через три-четыре они вряд ли пойдут с родителями, так что у тебя фантастическая возможность завязать с дочерью доверительные отношения.
Он обернулся и посмотрел на Марину в упор.
— Марина, — понизив голос, проговорил Асадов, — ей двенадцать лет!
— Я помню. Так что, я иду успокаивать ребёнка?
— У тебя странные понятия о детстве, милая моя. Как успокаивать — так она ребёнок, а как в кино с мальчиком — так ей уже двенадцать лет. Как будто двадцать два!..
— Не ворчи, я тебя прошу. Держи Ксюшу. — Марина передала ему ребёнка, наклонилась и Лёшку поцеловала, прежде чем уйти. Он не проникся, расстроено вздохнул и посмотрел в детское личико.
— Ты у меня умницей вырастишь, правда? Ты не пойдёшь с каким-то мальчишкой в кино, ты папу будешь любить больше, да, солнышко?
Юля вбежала в гостиную и бросилась ему на шею.
— Папа, спасибо! Я тебя обожаю!
Алексей только уныло кивнул. Говорить Юле больше ничего не стал, дотерпел до того момента, когда они остались с Мариной вдвоём. Дети уже улеглись, даже Ксюшу укачали и сами начали укладываться спать. И вот Асадов стоял у кровати, наблюдая за тем, как жена откидывает одеяло и взбивает подушки, и снова завёл разговор об этом мальчике.
— Кто он вообще такой?
— Первая любовь.
— Чья?
— Господи, Лёша, как с тобой иногда трудно. Не моя же.
— Мне всё это не нравится, так и знай. И запомни: если что — я был против.
— Вот спасибо тебе!
Он лёг в кровать, точнее, сел, сунув за спину подушку, и сложил руки на груди.
— И Соня тоже!.. Нашла себе мужа! Это надо же было догадаться, подарить семилетнему ребёнку столько денег! Тоже мне, режиссёр! Мозгов вообще нет. А я ведь ей говорил — посмотри, за кого ты замуж выходишь!
— Что-то ты разошёлся на ночь глядя.
— Разойдёшься тут…
Марина легла, отвернулась от Алексея, но зато прижалась к нему спиной.
— Мариш, может не отпускать Антона к ней на каникулы?
— Он и так мать видит только по телевизору.
— В этом не я виноват.
Они помолчали. Марина послушала немного, как муж пыхтит от возмущения, потом попросила:
— Алёш, ложись, хватит обижаться на весь мир… Ложись, я соскучилась.
Он посмотрел с интересом.
— Да?
Марина улыбнулась.
— Да. Ты бы давно заметил, если бы не пылал гневом.
Асадов съехал по подушкам вниз и прижался к жене.
— Сильно соскучилась?
— Сильно.
— А любишь сильно?
Марина перевернулась, приподнялась на локте и легко поцеловала его в губы.
— Сильно.
Они пару минут целовались, Марина обняла его покрепче, провела губами по щеке, которая стала уже немного колючей, а Асадов вдруг заявил:
— Знаешь, а я с ними в кино пойду. Или в машине подожду.
Марина приподнялась, чтобы посмотреть на мужа сверху вниз, и, стараясь сдержать улыбку, но при этом говорить строгим тоном, передразнила его:
— Хватит, я сказала. Целуй.
Конец