Чтение онлайн

Христиан II был последним королем унии, его несчастье заключалось в том, что он хотел не только именоваться им, но и быть. Печален был его конец — 27 лет содержался он под стражей в своем собственном королевстве и умер пленником.

Но в эти дни, молодой и жаждущий власти, он только начинал свой королевский путь. Железо и кровь должны были скрепить непрочные узы, привязывавшие Швецию к его державе. В 1518 году появился Христиан с сильным флотом под Стокгольмом; два года продолжалась борьба и, наконец, в 1520 году Швеция была подчинена.

В датском войске числился военный врач Теофраст Аромбаст фон-Гогенгейм, он принимал участие в походах Христиана; побывал в Стокгольме, который он называет датским городом.

Но звезда Христиана быстро склонялась к закату — неблагополучно было в датском королевстве. Жестокое правление его вызвало национальное восстание в Швеции и окончательную потерю ее. Внутри страны он попытался сломить власть феодалов, опираясь на горожан и крестьянство, но потерпел неудачу и вскоре вынужден был бежать.

Когда происходили эти события, Теофраст был уже далеко. Он пересек север Германии, Литву и задержался в могущественнейшем восточном государстве — Польше.

Польша являлась восточным форпостом европейского католического мира. За нею лежало дикое, но грозное Московское царство, наступательные движения которого надо было сдерживать огнем и мечом. С Балкан надвигалась другая гроза — турецкие полчища, против которых также можно было использовать польские военные силы. Еще недавно немцы узнали военную мощь Польши, разгромившей тевтонское рыцарство и остановившей их продвижение на восток. И если в XVII веке Польша утеряла свое влияние, то это произошло не потому, что соседи превзошли ее в военном отношении, а лишь благодаря внутреннему разложению королевства, вызванному феодальной реакцией. Причиной падения польского колосса было раздробление, фактический захват власти многочисленными феодалами и обострение внутренних неурядиц и воин.

Но в эти дни, под властью Ягеллонов, Польша была еще сильным централизованным государством, выгодно отличавшимся от родной Теофрасту Германии, раздираемой внутренними противоречиями и постоянным вмешательством иностранцев в ее внутренние дела.

Но и здесь Гогенгейм пробыл недолго — к югу лежал его путь, в Валахию, потом Далмацию, Кроатию, которые прошел он и замкнул круг Италией, покинутой им после студенческих лет.

Говорили, что из Польши Теофраст предпринял путешествие в Москву и Константинополь. Нет документов, подтверждающих эту версию, но чему же удивляться, — не было далекого пути, который казался бы непреодолимым для этого любознательного человека. Но когда безудержная фантазия современников приписала ему посещение Африки и Азии, он сам отверг эту честь.

«Неверно, что я узнал Африку и Азию и перелистал эти страницы. Но кто же смог бы бродить во всех уголках мира?»

Особенное впечатление произвело на него лечебное искусство валахов и цыган во время скитаний его в юго-восточной части Европы.

«Я видел прекрасные напитки для лечения ран, которые благодаря своей особой природе излечивали необычайные раны… Я видел… одного валаха, который давал выпить не более одного глотка и этим вылечивал всяческую рану и укол. Я также видел в Кроатии одного цыгана, который брал сок одной травы и давал его пить… и излечивал».

Сам он не только учился и наблюдал. Всюду лечил он больных, иногда участвовал в диспутах и, очевидно, уже начал публичную критику современной медицинской науки и пропаганду своих новых взглядов. Эта его деятельность приносила больше неприятностей, чем славы и доходов. Врачебное сословие восставало против заносчивого чужака и, как он сам говорит, врачи «изгнали его из Литвы, потом из Пруссии, потом из Польши».

Теофраст не преувеличивает своих успехов в диспутах и спорах и с горечью говорит, что противники «одержали над ним некоторые победы или в первых состязаниях восторжествовали; так было в Данциге и Вильдше (Вильне)».

Прежде чем попасть в Италию, не был ли Теофраст на острове Родосе, владыкам которого — ордену иоаннитов, венецианцы оказывали помощь в войне с турками, и не лечил ли раненых его защитников? Предположение такое законно, ибо позднее Теофраст говорил, что пришлось ему видеть сарацин и турок и, кроме того, обладал он обширными сведениями о ранениях стрелами, которые к этим дням вышли из употребления в Западной Европе, познавшей огромные преимущества огнестрельного оружия.

Перед 1525 годом — датой своего возвращения в Германию, был он в Италии и снова в качестве военного врача принимал участие в походах, осадах и сражениях.

В Италии тогда скрестились интеоесы мировых держав и на ее полях решались судьбы Европы.

12 января 1519 года умер император Максимилиан. Трое могущественных монархов явились соискателями императорской короны: эрцгерцог Карл, король испанский, Франциск I, король французский, и Генрих VIII, король английский. Почти полгода продолжалась борьба претендентов, все было пущено в ход: уговоры, подкуп, запугивания, военные угрозы. Наконец 28 июня наступил мелодраматический финал: по старинному обычаю во Франкфурте-на-Майне из маленькой часовни Варфоломеевской церкви вышло семеро избирателей германского народа, облаченных в красные мантии, и единогласно провозгласили императором римским двадцатилетнего эрцгерцога Карла — сына покойного Максимилиана.

Огромные денежные средства, предоставленные в распоряжение молодого Габсбурга аугсбургским банкирским домом Фугеров, сделали свое дело. Новый император был коронован в Аахене.

Франциск французский проиграл свое первое столкновение с испанским королем, но это был первый эпизод в их многолетнем соперничестве. Вскоре они вступили в борьбу за господство в Северной Италии и Неаполе. С 1521 года начались военные действия. Они развивались с переменным успехом, иностранные войска наводняли итальянские владения.

Развязка наступила неожиданно. 27 февраля 1525 года Франциск I, храбрый рыцарь и неосмотрительный полководец, был взят в плен императорскими войсками в сражении при Павии. В этом же году Теофраст фон-Гогенгейм вернулся в Германию.

Не легко дались ему эти десять лет скитальческой жизни.

Средства на жизнь приходилось добывать врачебной деятельностью, а заработок этот в те времена был скуден и случаен. И если Теофраст много раз (Нидерланды, Дания, Италия) служил лекарем в иностранных войсках, то к этому его понуждал, конечно, не только интерес к военной медицине, но и желание получить твердый заработок и обеспеченное пропитание.