Падшие
Шрифт:
Лицо Кэма по-прежнему скрывалось в тени, но по нему совершенно не было заметно, что он преодолел под дождем несколько тысяч миль. Его темные волосы и кожа оставались сухими. Золотые крылья, теперь небольшие и плотные, единственные в нем излучали свет, как будто их выковали из чистейшего золота. Он аккуратно сложил их за спиной, когда присел рядом с Дэниелом на растрескавшийся деревянный ящик, но их как будто тянуло к переливчато-серебряным крыльям второго ангела. Таков был естественный порядок вещей, необъяснимое доверие. Дэниел не мог отодвинуться ни на дюйм, чтобы не потерян, Люс из виду.
— Она так прекрасна, когда спит, — тихонько заметил Кэм.
— Поэтому ты хотел, чтобы она уснула навеки?
— Я? Да никогда. И я бы убил Соф ню, а не позволил ей сбежать, как поступил ты.
Кэм подался вперед, поставив локти на ограждение. Внизу Люс поплотнее намотала на шею одеяло.
— Я просто хотел ее. Сам знаешь почему.
— Тогда прими мои соболезнования. Тебя ждет разочарование.
Кэм встретился с Дэниелом взглядом и потер подбородок, еле слышно и горько рассмеявшись.
— О, Дэниел, твоя недальновидность меня поражает. Ты еще не заполучил ее.
Он окинул Люс долгим взглядом.
— Она сама может так считать. Но мы-то оба знаем, насколько мало она понимает.
Крылья Дэниела плотно прижимались к лопаткам, но кончики все равно топорщились. В сторону Кэмовых. Он не мог этому помешать.
— Перемирие длится восемнадцать дней, — сообщил Кэм. — Хотя у меня такое чувство, что мы можем понадобиться друг другу и раньше.
Он встал, ногой оттолкнув ящик. От скребущего звука, донесшегося с потолка, глаза Люс распахнулись, но оба ангела нырнули в тень прежде, чем ее взгляд успел за что-либо зацепиться.
Они застыли лицом к лицу, оба все еще измотанные битвой, но знающие: это было лишь предвестие того, что грядет.
Медленно Кэм протянул вперед правую руку. Дэниел поднял свою.
И пока Люс внизу снилось, как разворачиваются самые великолепные крылья на свете, подобных которым она никогда прежде не видела, два ангела на стропилах пожали друг другу руки.