П 2
Шрифт:
– Всего лишь год, и ты уже возвел город? – с сомнением покачал головой лекарь.
– Геласий, а разве тебе мальчишки не рассказывали о нашем поселении, которое мы поставили всего лишь за год.
– Глиняные дома, - фыркнул тот.
Как видно, он все же интересовался бытом своих учеников. И это хорошо. Потому что, в этом случае слова Михаила не висят в воздухе, а имеют под собой основу. Пусть пока и хлипкую.
– Дома поставленные из сырца, не значит плохие. В той же Таврии такие здания стоят уже сотни лет. Из дерева строить еще быстрее, и сохраняются они ничуть не меньше. Правда, через год, другой я собираюсь начать строить из камня. Но если это я могу отодвинуть на некоторую перспективу. То больница нам нужна уже сейчас.
– А разве у русов нет церквей и священников? Сомневаюсь, что они станут молча смотреть на мои труды?
– Отец Нестор просвещенный священнослужитель и понимает важность лекарства. Так что, он наоборот станет тебя всячески поддерживать и поощрять.
– Как-то сомнительно.
– Просто поверь. И потом, для начала ты можешь отправиться сам, без семьи. Я выплачу тебе вперед годовое жалование, а там, если не понравится, ты сможешь вернуться. Город стоит на Славутиче, по которому ходят в том числе и ромейские купцы. Так что, это не проблема.
– Если ты меня отпустишь.
– Мне и так хватает проблем, чтобы еще и тебя неволить. В любом случае, у тебя есть месяц, чтобы подумать. По истечении этого срока придет человек от меня. И если согласишься, проводит к условленному месту. Мне и впрямь не стоит лишний раз появляться в Константинополе.
– А годовое жалование?
– Получишь от него же.
– Хорошо, я подумаю.
Они поговорили еще минут пятнадцать прежде чем им принесли исходящего паром запеченного ягненка. Впрочем, это не помешало им продолжить беседу. Как говорится, дьявол таится в деталях. Вот их-то они и оговаривали. Правда, только на случай, если только Геласий решит отправиться в далекую и дикую Русь.
Расставшись с ним, Михаил направился на другую встречу. Причем ему предстояло пересечь город поперек, перебравшись в район Карпиан, граничащий с Венецианским кварталом. Причем, на этот раз это была весьма сомнительная забегаловка, в квартале трущоб.
Михаил специально назначил встречу именно здесь, чтобы избежать возможных свидетелей. Подобные загаженные заведения не привлекали даже солдат обычных армейских частей, а городская стража здесь если и появлялась, то только в случае массовых беспорядков. Тот еще гадюшник.
Но это и хорошо. Ладно Михаил, с него, что говорится, взятки гладки. А вот те, кого он тут поджидал все еще были на службе и им подобная встреча могла аукнуться. Так что, лучше избежать лишних глаз.
Появление в дверях сумрачного обеденного зала посетителе в цветах варанги, сильно удивило завсегдатаев. Мало того, что внутри обосновался непонятный тип, слишком хорошо одетый для этого квартала, а на улице бездельничает не меньше десятка подозрительных типов, так еще и эти нарисовались.
– Здравствуй, ярл, -поднялся навстречу Михаил, приветствуя Ларса Аструпа. – Сьорен, - не менее обрадовался он своему наставнику. – Йенс, - крепко обнял здоровенного кузнеца. – Браин.
Немой, светясь улыбкой от души приложился по плечу, своего спасителя, беззвучно шевеля губами. Но Романов без труда разобрал, его слова по губам. Ничего конкретного, всего лишь выражение радости от встречи.
– А гаже местечко выбрать было нельзя, - скривившись, произнес Сьорен.
Манерничает. Понятно, что солдаты стараются ходит в заведения поприличней. Но это скорее из-за статуса и самоуважения. Ни грязью, ни миазмами их не испугать. Но отчего бы не поддеть своего ученика, ткнув его носом в промах. Ну и пусть его. Парня это ничуть не задевает.
В подтверждение этих мыслей, едва опустившись на лавку, Сьорен тут же потребовал лучшего вина, какое только найдется в этом свинарнике. Да еще зыркнул так, чтобы у кабатчика не возникло сомнений, в оценке его заведения. Тот и не думал возражать. Разве только озадачился вопросом, уплатят ли ему за выпитое и съеденное.
– Кислятина, - недовольно скривился Ларс, отпив немного вина.
Реакция Сьорена ничуть не отличалась. Плевать на грязь и вонь. Но в винах разбираться он научился. И то, что еще четыре года назад для него было великолепным напитком, сегодня уже таковым не являлось. Ну что тут сказать. Все познается в сравнении.
– Ну, рассказывай, государственный преступник, как ты докатился до жизни такой, - опуская кружку на стол, произнес ярл.
– Да, что тут рассказывать. Алексей хотел чтобы я поставил поселение в безводной степи, что мне не понравилось. Все долги ему я вернул, так что воли его надо мной не было. Вот и отправился на Русь. Поставил город на границе Переяславского княжества.
– Прямо город, - хмыкнул Сьорен.
– Именно город. Можешь даже не сомневаться. Пока небольшой. Но уже сейчас в нем живет почти девять сотен человек. А через несколько лет будет гораздо больше.
– Верю, верю, - отмахнулся бывший наставник.
– Я так понимаю, что с нами ты встретился не потому что соскучился, - вновь отпив из кружки, произнес Ларсен.
– И соскучился тоже. Но так-то, да. По делу. Прежде чем поставить город я получил на это разрешение у переяславского князя, да потом еще и договорился о дружбе с половцами. Только, как выяснилось, выгоду от такой дружбы они согласны, а вот с помощью уже возникают трудности. Вот и получается, что мне нужна своя дружина.
– Не уверен, что у тебя получится ее содержать, - покачав головой возразил ярл. – Одно дело собрать небольшую дружину для набегов. И совсем другое, чтобы оборонить город. Тем более, что ты мелочиться не любишь, и наверняка у тебя там скоро появятся мастерские.
– Уже появились. Плавим железо, куем сталь, оружие, доспехи, варим стекло. Пока немного. Но дальше, будет больше.
– Уже сейчас лакомый кусочек. Жди гостей, если не со степи, то от князя.
– Потому и думаю о дружине. Моих сил мало.
– Повторяю, содержать дружину дорого.
– А если из тех, кто отслужил в варанге и решил вернуться? Серебро у них имеется. Значит захотят обзавестись семьями и домами. Пусть поживут у нас с годик, осмотрятся. А как понравится, так и своих перевезут, или сами семьями обзаведутся.