Шрифт:
Пролог
Особая благодарность Черит Болдри.
— Попались, ворюги! Это наша территория! — угрожающе зашипел серый кот. Вздыбив шерсть на загривке, он в упор смотрел на сбившихся в кучу на крутой тропинке чужаков. Те воинственно выпустили когти, а их голодные глаза грозно поблескивали в темноте. Одна из кошек держала в зубах пойманного кролика. — Это наша территория и наша дичь!
Серебристый чужак смерил говорившего наглым взглядом и усмехнулся:
— Если это ваша территория, то почему на ней нет ни одной пограничной метки? Здешняя дичь принадлежит всем!
— Это неправда, и ты отлично это знаешь! Убирайтесь отсюда! — крикнула угольно-черная кошка из-за спины серого кота, яростно взмахнув хвостом, а потом, понизив голос, шепнула своему спутнику: — Мы не можем драться с ними, Кремень. Вспомни, что случилось в прошлый раз.
— Я все знаю, Ночь, — так же тихо ответил Кремень. — Но что нам остается?
И тут из-за плеча Кремня решительно выступил здоровенный бурый кот и свирепо зашипел:
— Еще один шаг, и мы спустим с вас шкуру!
Кремень предостерегающе коснулся кончиком хвоста его плеча.
— Спокойнее, Коготь! Как бы нам собственных шкур не лишиться.
Словно в ответ на его слова из-за поворота стали выскакивать новые и новые чужаки, заполняя узкое пространство за спиной серебристого кота.
— Обрыв! — еле слышно произнес Кремень, подзывая к себе щуплого котика. — Беги в пещеру, быстро! Скажи, что захватчики вернулись.
— Но… — начал Обрыв, которому совсем не хотелось оставлять друзей в столь опасном положении.
— Быстро! — приказал Кремень.
Обрыв развернулся и помчался вверх по тропе.
Солнце садилось. Длинные тени скал падали на каменистую землю, окрашенную закатом в цвет пролитой крови. Тишину нарушало лишь тихое журчание воды да доносящийся с высоты резкий, но редкий крик ястреба.
— Дальше вы не пройдете, — нарушил молчание Кремень. — Убирайтесь прочь, ищите себе другое место для охоты.
— Кто же посмеет нас остановить? — осклабился серебристый кот.
— Узнаешь, если решишь остаться! — прошипел Коготь.
Патрульные Кремня плотнее придвинулись к своему командиру, перегораживая проход. Но чужаки бросились врассыпную и, поднявшись на каменистую насыпь, стали обходить горных котов по обочинам тропы. Кремень припал к земле, напружинив мышцы. Он был готов принять бой, несмотря на произошедшее в прошлый раз.
— Остановитесь!
Решительно растолкав патрульных Кремня, перед захватчиками замер старый бурый кот. Шерсть на его морде поседела от старости, однако он был еще крепок и высоко держал голову.
— Я Камнесказ, целитель и вождь Клана Падающей Воды, — провозгласил он, и скалы гулким эхом повторили его слова. — Это наша территория, и вам здесь не место.
— Территория принадлежит тем, кто может ее защитить, — прищурился серебристый.
— Ты не забыл, как накануне сезона Замерзающей Воды мы выгнали вас отсюда? — прошипел Камнесказ. — Не вынуждай нас сделать это еще раз.
Но серебристый лишь язвительно осклабился.
— Вы выгнали нас? Что-то не припомню такого!
— В прошлый раз мы сами решили уйти! — крикнула бурая с белыми пятнами кошка, сидевшая на вершине большого камня. — Просто нашли местечко, где было больше дичи!
— Вот именно, — хлестнул себя хвостом по бокам крепкий полосатый чужак. — А теперь мы решили вернуться! И никакие возражения кучки блохастых трусов нам не указ, ясно? — Он выпустил когти и угрожающе царапнул ими по камням.
— Клан Падающей Воды с незапамятных времен живет в этих горах, — закричал Камнесказ. — Мы…
Его слова заглушил яростный мяв. Бурая с белыми пятнами кошка первой спрыгнула вниз и впилась когтями в плечо Ночи. Наглый полосатый чужак завопил еще громче и кинулся на Кремня. Горный кот несколько раз перекувыркнулся через голову и ринулся в драку. Скалы огласились истошными воплями дерущихся.
С высоты темнеющих небес Клан Бесконечной Охоты беспомощно взирал на разгорающееся сражение.
Глава I
Воробушек сладко потянулся, подставляя шерстку лучам солнца. Теплый ветерок шелестел вокруг, принося запахи распускающейся зелени. Где-то в вышине распевала птица, а с озера доносился тихий плеск.
— Воробушек!
К лепету волн примешался звук легких кошачьих шагов, и Воробушек сразу представил себе, как его наставница Листвичка шлепает по мелководью.
— Воробушек! — ее голос раздался чуть ближе. — Иди сюда! Вода так чудесно освежает лапки!
— Спасибо, не хочется, — буркнул Воробушек.
Для него вода означала совсем не ласковый трепет волн. Плеск озера пробуждал в нем воспоминания о бурлящем холодном потоке, о тянущей ко дну тяжелой намокшей шерсти, о том, как вода заливает нос и глотку, выдавливая из груди вместе с воздухом и жизнь…
Один раз он тонул во сне, когда вместе с древним воином Листопадом заблудился в темных подземных туннелях, а второй раз едва не погиб наяву, когда вместе с товарищами спасал в туннелях заблудившихся котят из племени Ветра.
«С меня воды хватит до конца жизни!»
— Как хочешь, — разочарованно вздохнула Листвичка. Шаги ее стали удаляться, постепенно убыстряясь, и Воробушек догадался, что его наставница скачет по волнам, как расшалившийся котенок.
Он побрел вдоль берега. Листвичка поручила ученику набрать цветов мальвы, но, сколько ни принюхивался Воробушек, он никак не мог различить знакомого резкого запаха. Как только шаги Листвички затихли вдали, Воробушек резко развернулся и птицей вспорхнул на берег. У него было дело поважнее сбора трав.